Адский город - Джек Хэмлин
Он был прав.
Я знал, что он прав.
Но я беспокоился о Сэнди, поэтому все равно пошел.
Они заперли за нами дверь, и мы вышли на улицу.
Как и раньше, на улице было тихо. Тихо, но напряженно, словно город просто ждал, каждая мышца и сухожилие напряжены и сжаты, готовые к прыжку. Мы шли по кварталу, пока не дошли до его конца. Там ничего не было. Никаких признаков насилия, никаких признаков чего-либо.
Джимми сказал: - Хочешь узнать мое мнение, Стив?
- Всегда.
- Ну, они сбежали обратно в "Силос.
- Им понадобится целая неделя, чтобы дойти туда пешком, - сказала Сабелия.
Джимми кивнул. - Конечно, но когда люди напуганы и в отчаянии, они не могут ясно мыслить. Они бегут. И я думаю, что Скотт и Сеппи убежали, а Сэнди пошла с ними. Думаю, ее не пришлось бы долго уговаривать. Она искала выход, и любое предложение показалось бы ей лучше того, что у нее было.
Он был прав насчет Сэнди; в этом я не сомневался. Но что касается тех двоих, я их не знал. Я не мог адекватно их оценить, кроме как тем, что им не доверял. Они вызывали у меня плохое предчувствие, и я так и сказал.
- "Твое предчувствие оказалось верным, - сказала Сабелия. - Ты не успел узнать их так, как мы в Сило. Мы все работали вместе, чтобы улучшить свою жизнь, но эти двое всегда пытались уклониться от работы, всегда в чем-то сговаривались.
Джимми согласился. - Это правда. Но, я не думаю, что они были нелояльны к нашему делу, трусливы или что-то в этом роде. Я знал таких парней в ВМФ и когда работал на верфях. Просто такие, которые любят уклоняться от дел и облегчить себе жизнь, насколько это возможно. Приспособленцы, наверное. Даже когда мы решили совершить набег на Перривилл - и в итоге нашли тебя и девочек - они не хотели идти. Это было очевидно. Ты говоришь о двух бездельниках. Из тех, кто любит сваливать ответственность на других. Зачем им рисковать шеей, если можно заставить кого-то другого это сделать?
Я довольно хорошо представлял себе, что это за типы. Сам знал таких парней. Мы все знали. Иногда, правда, если бы удавалось отделить таких людей друг от друга, они бы оказались не такими уж плохими. Но, честно говоря, они не были главной причиной, по которой я снова вышел на улицы. Причиной была Сэнди. Конечно, она была занозой в заднице и слабым звеном даже в лучших обстоятельствах, но я все равно беспокоился о ней и по-прежнему чувствовал себя ее защитником, потому что она была в таком ужасном состоянии. Черт возьми, я же был рядом, когда она видела, как ее сестра умирает на улицах Перривилля, и это был настоящий кошмар.
Мы пошли дальше.
Я шел впереди, огибая угол, с подозрением вглядываясь в каждую тень и каждый темный подъезд. Ничто из этого не представляло реальной угрозы; все это было только в моей голове. Я становился профессиональным параноиком, и единственное, что могло бы излечить меня от этого, - это отдых и много сна. И я чертовски хорошо знал, что в обозримом будущем мне не удастся получить ни того, ни другого.
К тому времени, как мы дошли до конца квартала, мы начали видеть множество разрушений - здания, сильно пострадавшие от артиллерийских снарядов или ракет, фасады, покрытые шрамами от пулевых отверстий, дома, сгоревшие до каркаса. Это было именно то, что я ожидал увидеть, когда мы въехали в город. Почему-то вид всего этого меня успокоил. Проходя мимо выжженных дотла руин, переступая через кирпичи и обходя перевернутые машины, я заметил, что телефонные столбы были сбиты, а деревья разломаны пополам. Вдали я увидел, что высокое здание было полностью уничтожено, и его обломки завалили улицу, полностью перекрыв проезд.
- Похоже, здесь кто-то устроил настоящую перестрелку, - заметил Джимми.
- И не только.
Я начал нервничать. Думаю, я был не единственным, потому что Сабелия стала очень тихой, а Джимми, напротив, нервно болтал без умолку.
Пока мы бродили по улицам, двигаясь теперь бесшумно и прижавшись к земле, наши глаза не останавливались ни на секунду: мы смотрели, искали, надеясь предотвратить катастрофу, пока она не произошла. В любой момент какой-нибудь псих мог открыть по нам огонь с крыш, из окон, из-за разбитых машин или из бесчисленного множества других мест.
Такова была уродливая реальность городской партизанской войны.
Ни в одной джунглях мира не было столько чертовых укрытий.
Сабелия остановилась, тяжело дыша. - У меня такое чувство, что мы не одни.
У меня тоже было такое чувство, и оно не покидало меня уже некоторое время.
- Давайте разведаем ситуацию до конца квартала, а потом быстро убежим, - предложил Джимми.
Мы все молча согласились с этим.
Мы двинулись вперед. Теперь впереди шла Сабелия. Не знаю, как это произошло, но она оказалась впереди. Не то чтобы она шла в авангарде или что-то в этом роде, просто на десять футов впереди Джимми и меня. Она кралась, как кошка: винтовка наготове, взгляд прикован к цели, каждая линия ее тела - напряженная, гибкая и каким-то образом опасная. В подростковом возрасте она входила не в одну уличную банду девчонок, так что для нее это было почти естественно. Скрытность и уличные драки были частью ее сущности... или были, напомнил я себе.
- Будьте начеку, - пробормотал Джимми.
Сабелия вздрогнула, словно он нарушил ее концентрацию.
Я начал потеть. Я не видел ничего необычного или даже отдаленно опасного... но при этом был уверен, что за нами наблюдают. Это исходило ни откуда конкретно, но в воздухе витало что-то тяжелое и зловещее. Я не думал, что это мертвецы. Это не имело ничего общего с ходячими трупами и их ненасытным голодом - это было целенаправленно, скрытно и разумно.
- У меня очень плохое предчувствие, что я уже слишком стар для этой херни, - сказал Джимми.
- Тише, - резко сказала Сабелия. Она остановилась, наклонив голову, и