Пламя - Наталия Джастер

— Риз что-то искал на пастбище.

Прежде чем Авалея успела настоять, чтобы я признал ее комментарий, я пошел напролом и рассказал, как следовал за королем, как видел, что Риз обвел контур одного из стволов, и как он предвкушающе гладил поверхность.

Осознание озарило лицо королевы.

— Он искал туннели.

Блядь. Туннели. Как и в любом замке, в осенней крепости были встроены в стены тайные ходы — выходы для обитателей, чтобы спастись во время осады. Но эти каналы были секретными, о них знали лишь избранные.

Королева нахмурилась.

— Но откуда ему знать о туннелях?

О, я мог, блядь, догадаться. Я бросил на нее многозначительный взгляд, пока ее глаза не расширились.

— Мастера.

Так и должно было быть. Предки этих так называемых элитных ремесленников спроектировали и построили замковые ходы, а затем, вероятно, передали знания своим преемникам. Бриар говорила об этом, когда объясняла историю гильдии. Как вероломные шпионы, работающие на Риза, они, естественно, доложили о существовании туннелей Лету.

Авалея задумчиво отвела взгляд.

— Но тогда Лето уже знало бы, где они находятся. Ему бы не пришлось искать.

— В таком случае, я внесу поправку. Он знал, где они, но хотел в этом убедиться.

— Ты думаешь, он планирует проникнуть в замок незамеченным.

— Я знаю, что планирует, — сказал я. — Когда-нибудь в будущем, когда его здесь не должно быть. Вопрос в том, с какой целью?

— Нику, — встревожилась она, и это имя завладело всем моим вниманием. — Неужели он попытается…

— Ни единого, блядь, шанса, — прорычал я.

Не говоря уже о том, что Риз не подошел бы к моему сыну и на сто шагов. Я бы сожрал короля заживо еще до этого. Но Лето не станет охотиться на Нику. Фанатик сочтет ниже своего достоинства дважды атаковать одно и то же уязвимое место, особенно если этим уязвимым местом был так называемый слабоумный ребенок. Лето не рискнет потерпеть неудачу и подвергнуться унижению во второй раз.

Тем не менее, я отказывался сбрасывать со счетов способность Риза ударить в какое-нибудь хрупкое место. Он знал, что каждому из его врагов есть что терять, и он найдет способ этим воспользоваться. Именно так поступил бы я.

— В этом нет смысла, — подчеркнула Авалея. — Бриар ушла; он разлучил вас двоих. Проникнув сюда, ему больше нечего выигрывать.

— Принцесса жива. Ее шут жив, — парировал я. — Риз, вероятно, подозревает, что его победа временна, и стремится это исправить. Или ему просто нравится пинать мертвую лошадь.

— Тогда, что бы он ни замышлял, возможно, ты уже помешал ему. Если же нет, он не может планировать ничего немедленного, учитывая скорый отъезд Лета вместе с Весной.

Это было логично. В дополнение к Лету, Весна в настоящее время проживала в гостевых покоях. Бэзил и Фатима прибыли на Праздник Жнеца по приглашению Осени в знак перемирия после того, как мы с Бриар их предали. Но после кровопролития во дворе ежегодные празднества были отложены неизвестно на какой срок. Таким образом, оба Сезона уедут в течение следующих нескольких дней.

— Мы выясним план Лета, — решительно произнесла Авалея. — А пока я прикажу войскам опечатать туннели.

Я покачал головой.

— Оставьте их открытыми. Пусть солдаты патрулируют на расстоянии. — Мой голос опустился еще на октаву. — Гончую не поймать, если убрать кость.

Авалея выдохнула.

— Очень хорошо. Но разоблачение и последующее предотвращение намерений Риза сработает только в том случае, если ты будешь держать свою жажду мести под контролем.

Вздох. На какие жертвы приходится идти.

— К вашим услугам, Ваше Величество.

На самом деле я приветствовал эту просьбу с распростертыми объятиями. Шут был хитрее, чем себя вел. Шут атаковал бы под тщательно выверенным углом. Хотя мои чувства к одной принцессе и разожгли мой темперамент, самая острая атака исходит не от клинка. Поджарить Риза до состояния полоски бекона было восхитительно, но орудовать языком, как кнутом, доставит еще большее удовольствие.

Авалея склонила голову на прощание, давая понять, что я пробуду здесь какое-то время. Ради приличия и на благо Риза.

Мои слова задержали ее у двери.

— Я… не могу произнести ее имя.

Правда обнажилась, как трещина, как нечто сместившееся и вряд ли поддающееся починке. Она мучила меня тоской настолько сильной, что я поражался собственной способности стоять на ногах. Не говоря уже о том, как у меня перехватило горло.

Попытки подавить панику были тщетны. Бандиты, убийцы и мятежники были самыми безобидными препятствиями, о которых моей принцессе приходилось беспокоиться там. В Темных Сезонах мы поклонялись и боялись всемогущей природы по уважительной причине. Одно дело — сражаться с людьми, но это не значило, что они были самыми опасными существами в этом мире.

Королева молча приняла мое признание. Она бросила на меня еще один взгляд через плечо; ее глаза слезились. Поддавшись порыву, женщина бросилась через камеру и взяла мое лицо в ладони — так, как это делала старая Джинни. А затем она исчезла, и дверь за ней со скрипом закрылась.

Я осел на стену; мои кулаки дрожали. Если я произнесу имя принцессы, я разобьюсь, как стекло. Нет, я назову его только тогда, когда получу то, что хочу.

Я найду тебя. Я произнес это обещание одними губами перед тем, как она развернула лошадь и скрылась. И если принцесса и отличалась чем-то, так это проницательностью. Она знала, что ее шут держит слово.

Я найду ее. И когда найду, я буду претендовать на нее так, как никогда раньше.

Если только она останется жива.

Мой взгляд зацепился за пылающий факел, закрепленный на противоположной стене, и языки пламени метались, словно пряди ее волос. Она должна быть в безопасности. Если нет — я это почувствую.

6

Бриар

Если он не в безопасности, я бы об этом узнала.

Неважно, как далеко, как быстро и как долго я скакала от замка, я бы почувствовала эту угрозу. Она бы поглотила меня, словно шестое чувство. И если бы это произошло, я бы не смогла продолжать путь.

Порывы воздуха вырывались из ноздрей моей лошади, и плотное тело кобылы дрожало подо мной, мышцы перекатывались, а копыта втаптывались в землю. Мили и ориентиры проносились мимо, как на фреске: от бурлящих порогов до покрытых коркой бревенчатых и оштукатуренных таверн, от глубоких мшистых пещер забытых фей до переполненных тыквенных грядок, до пелены тумана, способной дезориентировать человека, до луковичных корневых ловушек, до устремленных ввысь деревьев с чертами лисиц и оленей, вырезанными на коре,