Разрушение - Наталия Джастер

По коже побежали мурашки. Хотя я не могла разобрать, вызвано ли это его прикосновением или его словами. Чаще всего действовало и то, и другое.

Я придвинулась ближе и накрыла его ладони своими. При этом алые ленты на наших запястьях соприкоснулись. В тот миг я поняла, что обладание короной никогда не будет для меня такой же ценностью, как ношение этой полоски ткани.

Не имело значения, при каком дворе мы оказались. Я была его домом. А он — моим. Независимо от Сезона, это было нашей клятвой с того самого момента, как мы выбрали друг друга.

Я услышала мольбу в своем голосе, тоску и дурное предчувствие.

— Я просто взволнована.

Поэт внимательно изучил мое лицо.

— Так и должно быть.

— И мне…

— Страшно?

Я кивнула. Мы обсуждали это во время пути, тщательно планируя каждую деталь нашего прибытия. Обычаи и нравы этой земли. Как вести себя на публике. Как обращаться друг к другу на глазах у толпы. Что говорить, что показывать, а что скрывать.

Большую часть этого мы с Поэтом отточили еще в Весне. Мы подготовились настолько хорошо, насколько могли.

Но по мере того как сокращались километры между нами и замком, меня все больше поглощала нервозность. Я хотела, чтобы все получилось. Я хотела, чтобы получилось у нас. Я хотела, чтобы он восхищался моим королевством, чтобы его здесь приняли. А еще я хотела, чтобы мы были в безопасности. Но даже исполнение одного из этих желаний, не говоря уже о всех трех, станет настоящим испытанием.

Я дала Поэту обещание. Но это не значило, что впереди нас не ждет борьба.

В то время как угрозы таились у самой поверхности под греховным блеском Весны, опасности могли пустить глубокие корни под спокойствием Осени. Всю мою жизнь эта нация была миролюбивой. Но у каждого Сезона была своя темная сторона, дремала она или нет, и моя земля просто еще не прошла проверку на прочность.

Поэт прижался лбом к моему лбу.

— С тобой ничего не случится. Сначала я разорву этот мир пополам. То есть, — он ухмыльнулся, — если ты не опередишь меня.

Я ласково пожурила его:

— Теперь ты просто льстишь.

— Я проявляю чувство собственника. И реализм. Я видел тебя в действии, Принцесса. Ты могла бы поставить врага на колени одним лишь взглядом. Уж поверь мне, я-то знаю.

— Мой хмурый взгляд и твой язык?

— Именно. Это непобедимая комбинация. — Поэт выглянул в окно, где с буков, словно золотые крапинки, сыпались листья. — А что до причины моей хмурости минуту назад… — он снова перевел взгляд на меня. — Присмотрись повнимательнее.

Я окинула взглядом тени на его лице.

— Нику.

Губы Поэта изогнулись.

— Так-то лучше.

— Ты расстроен, что не увидел его реакцию на все это.

Он ничего не ответил, потому что в этом не было нужды. Хотя Нику иногда ехал с нами, сын Поэта предпочитал экипаж моей матери, потому что в нем было окно на крыше, и он привязался к лошадям, которые его везли.

Кроме того, они с мамой стали настоящим дуэтом. Мальчик быстро очаровал ее — черта, унаследованная от отца.

Во время одной из остановок мы с Поэтом обнаружили мою мать дремлющей вместе с Нику в их карете. Мамины руки заботливо обвивали его худенькое тельце. От этого зрелища на моих губах расцвела затаенная улыбка.

Но поскольку в данный момент Нику уютно устроился в карете королевы, Поэт пропустил реакцию сына на Осень. Тот первый проблеск восхищения, озаривший лицо ребенка. Я тоже его пропустила.

Я обвила руками шею Поэта.

— Но ты недолго будешь это пропускать.

Как по команде, наша карета, покачнувшись, остановилась. Процессия последовала нашему примеру, колеса замерли на дороге. Папоротник захрустел под тяжестью экипажей, рыцари выкрикивали приказы, а лошади тихо ржали.

Впечатленный Поэт сделал вид, что внимательно изучает меня.

— Как ты это сделала?

Должно быть, злорадство было явно написано на моем лице.

— У меня свои методы.

— О нет, — поддразнил он, хватая меня за талию в тот момент, когда я взялась за дверную ручку и попыталась покинуть карету. Я рассмеялась, когда он рывком притянул меня обратно к себе. — Отвечай на вопрос, пока я не запер тебя здесь.

— Разве принцесса не может быть загадочной?

— Только не эта, — пригрозил он. — Рассказывай.

— Приказывать королевской особе? — Я изобразила свирепый взгляд. — За такое полагается наказание.

— Ты забываешь, — Поэт прикусил мою нижнюю губу и прошептал: — Я приказывал тебе многое, и ты подчинялась с большим энтузиазмом.

Не двигайся.

Веди себя хорошо.

Возьми глубоко.

А теперь кончи для меня еще раз.

Вот так, Ваше Высочество.

Жар скопился под моим платьем. Бедра сжались, ложбинка между ног пульсировала от распаленного тепла.

Сезоны, помогите мне. С кавалерией, спешивающейся и патрулирующей периметр, и откинутыми оконными занавесками, выставляющими нас напоказ, этот момент никак не подходил для возбуждения. Но этот мужчина регулярно пробуждал во мне подобные порывы, особенно в самые неподходящие моменты.

Я страстно желала впиться губами в губы Поэта, насладиться его скульптурным телом, прижатым к моему. В самом деле, если этот шут прошепчет еще хоть одну дикую пошлость, я буду вынуждена задернуть шторы и запереть дверь, а пока безрассудное искушение обвивалось вокруг моих бедер, словно шелковая веревка.

Несмотря на то, что карета находилась в нашем полном распоряжении, роскошь уединения исчезнет, как только мы доберемся до дворца. Там дни будут заняты делами. И каждая пара глаз будет пристально следить за нами.

Суета снаружи усилилась. Крики стали громче.

Подавив стон, я взяла свои мысли под контроль, пока они не стали еще более откровенными.

Предсказать остановку нашей процессии не составило труда. Помимо заседаний при дворе вместе с матерью, уединения в библиотечном крыле или сбора урожая в полях, я никогда не была принцессой, которая сидела бы без дела в замке вместо того, чтобы изучать географию своей страны. Любой истинный правитель поступил бы так же.

В любом случае, я быстро определила наше местоположение. Шарообразные силуэты, свисающие с группы невысоких деревьев неподалеку, подтвердили мою догадку.

— Я знаю эту глушь, — призналась я Поэту. — Знаю ее так же, как ты знаешь лес полевых цветов.

Его губы изогнулись.

— Тогда чего же ты ждешь? Представь ее мне.

С удовольствием. Я расправила плечи как раз в тот момент, когда к карете приблизились шаги. Мгновение спустя дверь распахнулась. От этого движения