Бессмертная - Елена Александровна Тимофеева
Глава 10
По правилам игры бесчестной
Тревожным сном забылся Северный гарнизон. Молчала крепость, заключённая в кольцо осады. Со смотровых башен мрачно взирали на ледяных солдат дозорные. Воины отдыхали после битвы, не зная, что готовит им грядущий день, а властительнице Руаны было не до сна.
Долго она стояла у бойницы, глядя на Скалы безвременья, покуда не прервал её раздумье голос воеводы:
— Давай с утра из баллист по ним бзданём, моя королева!
Демира обернулась, вздохнула устало. Облачко пара слетело с её губ.
— Только чтобы тебя потешить, неугомонный, — согласилась нехотя.
Повернулась, пошла по лестнице вниз, но остановилась, ещё раз взглянула на белые скалы, покачала головой.
— Устала, моя королева? — участие был полон голос военачальника.
— Ничего, не помру, — привычно отругнулась она.
— Чего тебе сейчас хочется? — спросил Сван Молот, готовый справить любую её блажь, но не того ответа ждал, что невольно сорвался с уст Демиры.
— Чего мне сейчас хочется? — с горькой усмешкой повторила она. — Поцеловаться взасос с последним из Сов! Так, чтобы губы потом горели!
— Я же взаправду спросил, моя королева! — растерялся воевода.
— А я взаправду и ответила! — отрезала Демира и быстро пошла вниз, оставив его одного, не оставив даже призрачной надежды.
Всю долгую зиму Чёрный Велор провёл за обрядами, постами и молитвами, выжидая время, накапливая силу. Теперь час пробил.
Проклятие Безликого не тронуло долину Сета, но знал верховный жрец: Руана лежит в снегах, и мир на его земле, в Кронии, в Лемурии — лишь вопрос времени и капризов Норта.
О, обрести бы ту силу, коей владел последний из Сов! Если бы приняла его союз Демира! Но честолюбива руанская королева, не нужна ей помощь магистра, одна хочет сразить Норта Безликого и обрести бессмертие! А возможно ли это?
Сказал тогда Арий Конрад, что у Демиры шанс есть, ничтожный, но есть. А у него, Чёрного Велора, нет. Всю зиму подгрызал разум жреца червь сомнения. Стоит ли испытывать судьбу, пойти на заведомо верную гибель? Одному, нет, бесспорно, не стоит. Но с ней в союзе, с руанской королевой — да! Если объединить их силы, это будет прочный союз Севера и Юга, власть, роскошь, и жизнь, которая не окончится погребальным костром, а вечно продлится.
Велик соблазн, стоит риска. И ранним утром верховный жрец Сета выступил в поход к Руане.
На рассвете в Северный гарнизон прилетел почтовый голубь с посланием от министра. Демира развернула тонкий пергамент, прочла записку, помрачнела.
— Руана в осаде, — сказала.
— Такие же? — Сван Молот кивнул на кольцо ледяных солдат под стенами крепости.
Они почти не спали минувшей ночью, просидели над планом гарнизона, размышляя, прикидывая. Демира не хотела принимать бой в землях Норта, но понимала, иного выхода нет. Лишь измотает осадой своих людей, погубит понапрасну, как тех, кого уже не вернуть. Нет, довольно. Больше ни один солдат не погибнет в этой безумной бойне.
Не хотелось ей показывать людям свою вторую, демоническую сущность. Но если Норт бросит ледяных солдат на стены крепости, и земное оружие защитников окажется бессильно, что ещё ей останется? Не она объявила войну, враг диктует условия, и придётся принять их, хоть и мал её шанс победить в этой схватке.
— Так что, моя королева? — Рука воеводы коснулась её руки.
— Что? — Демира обернулась, взглянула на него.
— Как поступим? — спросил Сван Молот.
— Да как и думали, — ответила она, — попробуем расхлестать их из баллист. Да сдаётся мне, не отогнать их нам от стен крепости. В Руане, думаешь, не пытались? Давай, воевода, кликай горниста, пусть подъём трубит.
Сван Молот молчал, смотрел на неё. Демира хмыкнула сердито, шагнула к нему, положила руки на плечи.
— Очнись, воевода! — сказала жёстко. — Не о том думаешь!
Он не отвёл взгляда, лишь чуть прищурил глаза. Суровый взгляд чёрных глаз, обветренное лицо, упрямо сжатые губы. Военачальник, выстоявший в стольких сражениях и гибнущий сейчас в битве со своим сердцем.
— Что ты делаешь со своей жизнью, безумец?! — Демира встряхнула его.
Руки воеводы сомкнулись на её талии.
— Отпусти! — прошипела она. — Не срамись, солдатня зенки пялит!
— Прости, моя королева, — Сван Молот разжал объятие, шагнул прочь, — морок ступил!
— Не ты первый, — кивнула она с сожалением, — поверь, я не рада этому.
— Думаешь, я рад? — горько усмехнулся он. — Горнист! — крикнул вниз. — Побудку труби! Одиночкой на роду мне написано век свой прожить, — добавил.
— Нет, другое ждёт тебя, — ответила королева, внимательно глядя на него. — Я вижу рядом с тобой женщину. Красивую, мудрую, сильную телом и духом. Скоро.
— Никак, своё отражение в моих латах узрела? — фыркнул воевода.
— Дурень! — рассмеялась Демира. — Идём! С вечера ничего не евши, подкрепиться перед боем надо! И будем строить солдат и заряжать баллисты.
Дред Поллес приподнялся, дотянулся до лежавшей рядом толстой палки, сгрёб почти прогоревшие в костре полешки в кучу. От шороха проснулась Медведица. Села на кошме, протёрла глаза, взяла бурдюк с водой, глотнула. Отставила, перебросила на грудь растрепавшуюся косу, принялась расплетать.
— Ты как? — тихонько спросил военачальник.
— Ничего, — отозвалась она.
Развязала мешок, что под головой лежал вместо подушки, достала гребень, взялась расчёсывать волосы.
— Не мёрзнешь теперь? — спросил он, садясь рядом.
— С тобой не замёрзнешь! — фыркнула она.
Разобрала волосы на пряди, стала заплетать. Кронийский воевода протянул руку, взял другую её косу, неприбранную.
— Чего ты? — тёмные глаза Медведицы удивлённо взглянули на него.
— Ничего, — улыбнулся он в ответ.
Распустил её волосы, погладил, посмотрел, как сбегает с пальцев волной мягкая прядь. Нити серебра блестели в ней, будто рябь на озёрной воде под лунным светом.