Катастрофа для декана - Ханна Леншер

Я шумно выдохнула, чувствуя, как от страха подкашиваются колени.

— Точно?

— Все хорошо, Ирмина, — мягко коснулся моего плеча Эйдан. — Здесь никого нет. Но нам все равно лучше уйти. Уже поздно.

Кивнув, я поплотнее закуталась в его плащ.

Вернулись мы той же дорогой, что и пришли. Но дальше продолжили путь до общежития, а не до кабинета декана. Кристаллы горели тускло и выхватывали из мрака только куски стен, картин и гобеленов.

— Я могу дойти сама...

— Нет, не можешь.

Каждый шаг отдавался эхом в пустых ночных коридорах. Мы шли слишком близко друг к другу, иногда нечаянно касаясь руками. От этих мимолетных прикосновений по моему телу пробегали разряды тока.

Эйдан смотрел прямо перед собой, его профиль в неверном свете казался высеченным из камня. Суровый, но красивый. Он был всего в нескольких сантиметрах от меня, но нас разделяло не расстояние, а устав, происхождение, кольцо с королевской печатью на пальце моего жениха и мой собственный страх.

Мы оба знали, что не имеем права на этот шаг. Произошедшее тогда на пляже, после первого обращения, было искренним, но невозможным. Здесь, в этих стенах, мы снова стали деканом и студенткой, боевым магом и будущей королевой. И если перейдем черту, то сожжем не только себя, но и всех, кто окажется рядом. Головой я все это понимала, а душой нет… Особенно теперь, когда я знала о его симпатии.

У моей двери мы остановились.

Я повернулась к нему. В полумраке его лицо казалось бледнее обычного, а в глазах застыло странное, тяжелое выражение, от которого у меня перехватило дыхание.

Он протянул руку, и мое сердце подпрыгнуло, предвкушая прикосновение. Я почти закрыла глаза, отчаянно, до боли желая, чтобы притянул к себе, и его губы, жесткие и требовательные, смяли мои…

Но он лишь мягко коснулся пряди моих волос, заправляя ее за ухо.

— До завтра, студентка Ланарит. — Его голос был ровным, почти лишенным эмоций. Только хриплые нотки выдавали, чего стоило ему это спокойствие. Устав победил.

Я сглотнула горечь разочарования, заставив себя отступить на шаг.

— До завтра, магистр Тенебрис, — так же тихо ответила я.

Дерево двери скрипнуло за моей спиной. Когда я закрывала замок, он все еще стоял в коридоре, глядя на меня.

В комнате было темно, подруги спали. Я прислонилась к двери и закрыла глаза руками, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

— Ирми? — раздался сонный голос с соседней кровати. Зашуршали простыни.

Вспыхнул ночник. Вивиан сидела на своей постели, жмурясь от света, а Мильна откинула одеяло.

— Явилась, страдалица! — рявкнула она, зевая и потирая глаза. — Где тебя носило? Мы уже собирались идти в деканат вызволять из лап этого блондинистого изверга.

— На отработке. — Я подошла к своей кровати, стараясь говорить ровно и не обращая внимания на дрожь в руках. — Долго переписывала документы.

Вивиан прищурилась, ее сонный взгляд стал подозрительно цепким.

— Документы? — переспросила она, поправляя растрепанные светлые локоны. — В полночь? А Дариен заходил час назад. Он решил, что Тенебрис бросил тебя в карцер. Возмущался и грозился пойти жаловаться лорду Ланариту.

— Он паникер, — отмахнулась я, стаскивая туфли, которые вдруг показались невероятно тяжелыми. — Магистр Тенебрис просто… задержал меня в архиве. А потом проводил до дверей. Ничего не случилось.

Я пыталась звучать равнодушно, но, видимо, я была никудышной актрисой.

Мильна хмыкнула, скрестив руки на необъятной груди.

— Проводил до дверей, говоришь? Ничего не случилось?

Она переглянулась с Вив. Стихийница расплылась в хитрой, знающей улыбке.

— Ирми, у тебя глаза блестят так, словно ты не пыльные свитки переписывала, а занималась чем-то поинтереснее, — проворковала Вивиан. — А плащ его тоже в архиве нужен был?

Я почувствовала, как к щекам приливает краска. Вивиан заметила, что плащ магистра все еще был на мне, а спасительная темнота коридора осталась далеко за дверью. Лучшие подруги видели меня насквозь.

— Прекратите, — буркнула я, быстро раздеваясь и накрываясь одеялом. — Он декан, а я студентка. Между нами ничего быть не может. А плащ... случайно оказался, просто провожал.

— Конечно-конечно, — хором, с совершенно одинаковой издевательской интонацией ответили девчонки. Они мне не поверили.

В темноте комнаты еще долго слышалось сдержанное хихиканье. А я лежала, прижимая ладонь к щеке, и впервые за долгое время засыпала с улыбкой.

Глава 21. Эйдан

Я отошел от дубовой двери ее комнаты всего на несколько шагов, когда тишину спящего коридора разорвал быстрый топот. Из-за поворота, едва не вписавшись в рыцарские доспехи, выскочил Дариен Гард.

Увидев меня, второкурсник замер как вкопанный. Его форма была помята, идеальная прическа растрепалась, а в руках он судорожно сжимал небольшую коробочку.

— Магистр Тенебрис! — выдохнул Гард, и в его голосе смешались испуг и отчаянная, мальчишеская бравада. — Где она? Где Ирмина?

Я медленно повернулся к нему, сложив руки на груди. Мой взгляд скользнул по его взмыленному лицу.

— Студентка Ланарит находится в своей комнате, Гард. У нее отбой. Как, смею напомнить, и у вас. Что вы делаете в женском крыле после полуночи?

Дариен побагровел. Он сделал шаг ко мне, сжимая кулаки так сильно, что костяшки побелели.

— Я искал ее! Она пропала после ужина! Я знаю, что она была с вами! — Его голос сорвался на возмущенный фальцет. — Вы… вы постоянно придираетесь к ней! Заваливаете ее отработками и доводите ее до слез! Вы вмешиваетесь, магистр!

Я приподнял бровь, внимательно разглядывая этого бунтаря.

— Вмешиваюсь во что, позвольте поинтересоваться? В учебный процесс?

— Вы мешаете нам! — выпалил Гард, окончательно теряя остатки благоразумия. — Я люблю ее! И я знаю, что мог бы сделать ее счастливой, если бы не вы со своими садистскими методами и постоянным контролем! Оставьте ее в покое!

Мне стало смешно и горько. Этот мальчишка, сжимающий в потной ладошке коробочку с марципанами, думал, что рыцарский порыв спасет девушку, которую готовили в инкубаторы для принца.

Я шагнул к нему вплотную, и Дариен невольно отшатнулся, но устоял. Снисходительная улыбка стерлась с моего лица, уступив место холодному взгляду боевого мага.

— Студент Гард, — процедил я, глядя на него сверху вниз. — Напоминаю вам, что я декан боевого