Катастрофа для декана - Ханна Леншер

Ирмина напряглась, я почувствовал, как ее ногти впиваются в мою коленку.

Лорд Ланарит удивленно вскинул брови, а Лериан брезгливо поморщился, глядя на говорящее стекло.

— Что несет эта рухлядь, Эйдан? — принц ткнул стеком в сторону зеркала.

— Это дефектный обучающий артефакт, Ваше Высочество. Он путает слова и выдает случайные фразы из лекций, — бесстрастно ответил я, хотя внутри бушевал ураган. — Я как раз собирался сдать его на утилизацию. Сегодня же.

Зеркало возмущенно поперхнулось, уловив мою угрозу, и обиженно замолчало.

Лериан фыркнул, вытирая руки о белоснежный платок.

— Забудь о своих амбициях слепить из нее боевого мага, Тенебрис, — холодно отчеканил принц, опираясь обеими руками о край стола, прямо над тем местом, где пряталась Ирмина. — Она моя невеста. И я не позволю какому-то дракону портить мне будущую жену!

Лорд Ланарит деликатно кашлянул, Лериан перешел черту и сейчас мог получить по лицу. Внутри меня взревел дракон, но я почувствовал, как маленькая рука начала робко поглаживать мою ногу.

Это прикосновение мгновенно остудило вспышку ярости, вызвав совсем другие чувства.

— Если вы закончили осмотр моего кабинета, Ваше Высочество, — процедил я, — то я бы предпочел вернуться к работе.

Лериан выпрямился.

— Ты всегда был скучным чурбаном, Эйдан. Идемте, советник. Проверим библиотеку. Если эта девчонка опять забилась в какой-нибудь пыльный угол с книжками, я лично прикажу ее наказать.

С этими словами принц развернулся на каблуках и направился к выходу. За ним, молча кивнув мне на прощание, последовал советник.

Они вышли. Дверь захлопнулась. Я запечатал ее заклинанием и отодвинулся от стола.

— Вылезайте, Ланарит.

Ирмина выбралась и встала передо мной.

— Спасибо, — прошептала она. — Если бы он меня нашел…

Вернон на столике громко кашлянул.

Я проигнорировал артефакт, глядя только на девушку.

— Почему вы прячетесь от него, Ирмина? — Мой голос прозвучал хрипло, ломая тишину. — Он — ваш будущий муж. Вы должны встречать его с распростертыми объятиями.

Она резко вскинула голову, и в ее зеленых глазах я не увидел ни капли покорности. Только чистый, неразбавленный драконий огонь, который мне так нравился.

— Потому что я скорее выйду замуж за болотного тролля, чем за этого напыщенного идиота, — с чувством выдохнула она, и ее слова прозвучали как клятва.

Мое сердце пропустило удар. Надо было что-то сказать... Но Ирмина не ждала от меня ничего, быстро развернулась и выскользнула за дверь.

— Дурак ты, Тенебрис, — проскрипело зеркало.

— Согласен.

Глава 18. Ирмина

Побег и прятки под столом магистра Тенебриса не спасли от неизбежной встречи.

Отец ожидал у самого выхода с боевого факультета, заложив руки за спину. Его лицо выражало ту степень разочарования, которая в детстве заставляла меня прятаться под кровать.

— Ирмина, приведи себя в порядок для ужина с Его Высочеством, — бросил он вместо приветствия. — И я надеюсь, ты, наконец-то, вспомнишь, к какой семье принадлежишь!

И уже меньше, чем через час, я сидела в роскошном, излишне позолоченном зале лучшей ресторации города. Моя шея затекала от тяжелого фамильного колье, а от приторного запаха жареных устриц в сливочном соусе слегка мутило.

Напротив восседал Лериан. Он изысканно разделывал птицу серебряным ножом, периодически бросая на меня снисходительные взгляды. Отец сидел по правую руку, исполняя роль бдительного конвоира.

— Вы очаровательно молчаливы сегодня, моя дорогая Ирмина, — протянул принц, промокая губы салфеткой. — Надеюсь, это следствие вашего трепета перед нашей скорой свадьбой, а не усталость от тех садистских игрищ, которые Тенебрис называет учебой? Он всегда таким был.

Я чуть не поперхнулась вином, закашлявшись, и уставилась на него во все глаза. Что он имеет в виду?

— Простите?

Отец рядом со мной предупреждающе сжал мою руку под столом, но было поздно. Лериан усмехнулся, откидываясь на спинку стула.

— Ах да, вам не говорили. Мы росли вместе. — Принц покрутил в пальцах хрустальный бокал. — Эйдан Тенебрис — сын бывшего королевского советника, только его казнили за заговор против короны. Впрочем, грехи родителей не передаются на детей, Эйдана всего лишь лишили титула и отправили служить в пограничье. Так что да, мы давно знакомы. Все детство дружили.

В голове сложился пазл из тех странных взглядов, полных взаимной ненависти, которые они бросали друг на друга. Вот почему их общение было лишенно почтительности. Тенебрис имел на это полное право ненавидеть принца! Но из-за чистоты крови, он, боевой маг, был вынужден кланяться изнеженному! Внутри меня вспыхнуло горькое возмущение за несправедливость по отношению к Эйдану.

— Хотя дружили — это слишком громко сказано, — брезгливо продолжил Лериан, не замечая перемены в моем лице. — Он цепной пес короны и его место у моих ног. У него нет ни манер, ни должного уважения к иерархии. Я неоднократно говорил вашему отцу, леди Ирмина, что отдавать вас в его грубые руки — чудовищная ошибка. Тенебрис способен только разрушать. И если он посмеет…

— Магистр Тенебрис — лучший преподаватель в этой академии! — слова вырвались у меня быстрее, чем я успела подумать. Я выпрямилась, сжав серебряную вилку так, что побелели костяшки. — Он учит студентов выживать в реальном бою. И ни разу, ни при каких обстоятельствах, не переходил грань профессиональной этики. Хоть он строгий, но справедливый. А уважение иерархии… на полигоне важен резерв и умение думать, Ваше Высочество, а не родословная.

В повисшей тишине было слышно, как на соседнем столе звякнула вилка.

Лицо принца пошло красными пятнами. Его водянистые глаза сузились. Мой выпад, эта неприкрытая защита стала для него пощечиной.

— Я смотрю, стокгольмский синдром — распространенная болезнь на боевом факультете, — процедил ледяным тоном Лериан, роняя нож на тарелку. — Или, возможно, дело не в восхищении его педагогическим талантом, Ирмина? Я слышал, женщины часто питают слабость к шрамам и мрачным типам. Но запомните раз и навсегда: вы станете моей женой. И больше не будете защищать прислугу в моем присутствии.

Я открыла рот, чтобы ответить ему так, как научилась на плацу, но отец грубо пнул меня по ноге и попытался сгладить углы:

— Ваше Высочество, Ирмина просто переутомилась. У нее сложный период адаптации. Ирмина, извинись перед принцем.

— Мне не за