Равнины гнева - Изабелла Халиди

Это была точная копия той, что принадлежала королю Лукану, и той, которую Катал нашел украшающей надгробие в той сильно выжженной деревне на Тиросе. Могильный камень, который, как позже узнал Катал, принадлежал бабушке Дуны. Или, ну, женщине, которая выдавала себя за ее бабушку. Та самая серебряная безделушка, которая теперь висела на изящной шейке его маленького монстра.

Катал отпустил руку Романа, недоверчиво качая головой, сухой вздох сорвался с его плотно сжатых губ. — Для чего это? — спросил он, желая докопаться до сути аномалии.

— Это ключ к Себе, порталу на Небеса. Без него мы не смогли бы переходить в другие царства и не смогли бы призывать богов по своему желанию.

— У всех ли на Острове есть такие?

— Только первые поселенцы Забытого Королевства и военнослужащие. Старшие поколения передают его младшим поколениям и так далее, на случай, если им по какой-либо причине понадобится уехать, но они редко им пользуются. Только армия использует его на регулярной основе.

— Значит, без него на твоем теле ты не смог бы покинуть Остров и вернуться? — Роман кивнул, на что Катал добавил: — Почему он мне не нужен? Все это время я без каких-либо проблем путешествовал туда и обратно.

— Вы божество. Вам не нужно ничего, что помогло бы вам путешествовать по разным мирам. Даже проклятие вашего брата не смогло изменить ваш генетический состав, ваше Святейшество.

— А как ты вызываешь бога?

— Я просто думаю о его имени и бросаю серебряную безделушку в бассейн. Через несколько мгновений появятся и бог, и мое ожерелье. Иногда это может занять больше времени, если бог, о котором идет речь, не может прийти сразу, но это случается редко.

— А что, если вместо одного появится другой бог, которого ты не призывал?

Роман вгляделся в его лицо с мрачным выражением. — Значит, того, к кому ты обращался, больше не существует.

Брови Катала взлетели вверх. — Так это случалось раньше?

— Да, несколько раз, но это было очень давно, генерал. К счастью для нас, Его Святейшее величество не счел нужным заставлять исчезать еще каких-либо богов.

Когда Катал промолчал, Роман повернулся к бассейну и, постояв несколько секунд совершенно неподвижно, бросил в него свою безделушку. Оба смотрели, как он уплывает в космос, пока полностью не исчез из виду.

Роман сделал широкий шаг назад, затем еще один, когда поверхность бассейна начала покрываться рябью и дрожать, как будто какая-то неведомая сила сотрясала ее, бесконечная пустота внутри растекалась густыми завитками черного дыма, которые, казалось, громоздились друг на друга. Наконец дым рассеялся, открывая знакомую форму, которую Катал не видел тысячелетиями, но знал слишком хорошо.

Голова сокола восседала на широких плечах, в то время как мощное тело в одном килте стояло перед лейтенантом, лицо бога было повернуто вперед и в сторону от Катала, который стоял рядом с ним и вне поля его зрения. Через спину бога был перекинут колчан, в то время как его пальцы сжимали длинный изогнутый лук.

— Лейтенант, — прогрохотал бог, его массивное тело возвышалось над гигантским воином, отчего тот казался почти ребенком. — Опять что-нибудь случилось?

Катал пошевелился.

Голова бога резко повернулась. — Ваше Высочество, — потрясенно воскликнул он, опускаясь на одно колено и низко склоняя голову перед Святым принцем.

— Привет, Шед, — сказал Катал, наполовину выплевывая имя. У него зачесалась кожа. Кровь вскипела, когда он вспомнил, что сделал с ней отец Дуны. Насколько опустошенной была его сильная женщина, узнав правду. Как она все еще страдала.

И все из-за того, кто стоял перед ним.

Катал взглянул на бога, того самого, который принял свой смертный облик, пока он оставался на коленях. Более чем осознавая, что ему не следует делать поспешных выводов, когда он не знает истинных причин подозрительных действий Чародея.

Одно из воспоминаний Дуны вспыхнуло в его голове, пока он размышлял о том, как действовать дальше: Чародей бережно держал на руках маленькую девочку, словно защищая ее от какой-то неизвестной угрозы.

И тут его осенило.

Он боялся за нее.

И, возможно, именно это спасло его в этот раз.

— Вставай, — приказал Катал спокойным тоном, зная, что, что бы ни заставило отца Дуны пойти на такие радикальные меры, его намерения были искренними — обеспечить ее безопасность. — Тебе придется многое объяснить…

— Катал?

Его голова дернулась в сторону.

Там стояла она, его потрясающая пара, хорошо отдохнувшая и явно смущенная, когда спускалась к ним, переводя взгляд с одного мужчины на другого. — Отец? Роман? Что происходит?

ГЛАВА

21

Дуна сделала последний шаг и остановилась прямо посередине между тремя импозантными мужчинами, вглядываясь в лица каждого из них в ожидании ответа.

Она снова проснулась в пустой комнате и вернулась бы к блаженному сну, если бы не почувствовала, что что-то ужасно не так. Как будто огромный мешок с камнями запихнули ей в горло и оставили покоиться в желудке, чувство напряжения не отпускало ее.

Не понимая причины этого, учитывая то, что произошло до того, как она заснула в объятиях Катала, она оделась и обыскала лагерь в поисках своего грозного партнера.

Только после того, как ей не удалось найти его и она увидела темно-синюю метку на шее Ото, она пришла к осознанию того, что страшные чувства, разбудившие ее, на самом деле принадлежали Каталу, и что она, должно быть, почувствовала их благодаря их связи.

Ей не потребовалось много времени, чтобы сообразить, в чем дело. Она знала, что он хотел поговорить и с лейтенантом, и с ее отцом, и, как назло, она сама планировала навестить этого самого человека. Она не теряла времени даром, перебравшись на Остров и вызвав Шаха, и они вдвоем прилетели в Священный Город в рекордно короткие сроки, как будто сама судьба подталкивала ее к этому самому моменту.

— Вы двое знаете друг друга? — почти прорычал он в ее адрес, когда Чародей перевел взгляд с нее на Катала и обратно, глубоко нахмурившись на его приятных чертах лица.

Исчез спокойный, терпеливый мужчина, с которым она привыкла ассоциироваться в его присутствии, его карие глаза сверкали, когда пламя гнева опаляло ее, словно обвиняя. — Ты солгала мне, дочь.

— Что? Нет… — Она покачала головой, слова застряли у нее в горле, она не понимала внезапной перемены в поведении отца.

— Почему ты мне ничего не сказала, Дуна? — Требовательно спросил Чародей.

Роман прочистил горло. —