Равнины гнева - Изабелла Халиди

— Надеюсь, ты меня хорошенько оцарапала, Да'Нила. — Подмигнув, он развернулся на каблуках и, больше не взглянув в ее сторону, небрежно направился на другую сторону лагеря, засунув руки в карманы и насвистывая на ходу веселую мелодию.

Бросив еще один потрясенный взгляд на свои окровавленные пальцы, она пробормотала себе под нос: — Что, черт возьми, только что произошло? — Затем, прижимая плащ к следу от укуса, поспешно прошла через портал и оказалась на острове Ур-Чисиси.

ГЛАВА

19

Скифия была крупнейшим городом королевства Тирос, где проживало более половины населения королевства. Красный дворец, названный так из-за камня глубокого землистого цвета, из которого он был построен, находился на самом краю города и возвышался на вершине холма, с которого открывался вид на всю столицу. Огромный лес окружал Красный дворец, образуя естественный барьер между простолюдинами и Королевскими владениями.

Прошло несколько дней с тех пор, как Эдан Вилкас и лейтенант Рун Брайан отправились в сердце Скифии в поисках некоей текстильной лавки, которую их король приказал им найти по причинам, которые он еще не раскрыл Эдану.

Они вернулись без особой удачи, и хотя средний принц хотел послать людей на поиски этого места, Киан отклонил такую просьбу, боясь, что об этом узнают и предупредят владельцев.

Не желая давить на короля и его старшего брата, Эдан потакал ему, зная, что у того, должно быть, были свои причины держать это в секрете. Если кто-то и работал тихо и без ведома окружающих, то это был Киан. То, как он почти три десятилетия планировал свою месть их презренному отцу, было проявлением такого уровня терпения и самодисциплины, которые Эдан даже представить себе не мог, не говоря уже о том, чтобы практиковать самому.

И за это он еще больше восхищался своим старшим братом.

Пока принц и Рун неторопливо прогуливались по улицам Скифии, к ним подошел аптекарь, из-за толстого слоя снега двухэтажные домики в стиле коттеджей с традиционными терракотовыми крышами казались бесчисленными, плотно набитыми поганками.

Рун внезапно напрягся, уставившись широко раскрытыми глазами на раскачивающуюся вывеску с символом зеленой змеи.

— Ты в порядке? — Спросил его Эдан, переводя взгляд с темно-рыжего мужчины с короткой стрижкой на здание перед ними. Какая-то фигура промелькнула над окном, заставив его моргнуть, узнавая. — Это был не Мэйлис? — Капитан снова появился за стеклом, его голова с медными кудрями подпрыгивала, когда он метался туда-сюда. — Что, черт возьми, он делает? Разве он не должен быть на тренировочной площадке?

— Вскоре после вашего отъезда в Бакар он взял длительный отпуск и сейчас работает здесь.

— Что? Зачем ему это делать?

— Ну, ты же знаешь, что он прежде всего целитель, в армию он пошел только позже, и с единственной целью скопить достаточно денег, чтобы открыть собственную практику. Ты же знаешь, что таков был его план с самого начала.

Кивнув, но все еще чувствуя, что он что-то упускает, Эдан сделал шаг к входной двери. — Пойдем внутрь, я не видел его уже… — Рун резко встал перед ним, преграждая ему путь. Брови принца взлетели вверх, озадаченный странным поведением воина. — Не потрудитесь рассказать мне, что вы делаете, лейтенант?

— Э — э… — Рун прочистил горло, большим пальцем тревожно поигрывая по сжатому кулаку. — Я должен тебе кое-что сказать.

— Прямо сейчас? Пока я собираюсь зайти внутрь?

Единственным ответом мужчины было слышимое сглатывание, он по-прежнему избегал встречаться со смущенным взглядом Эдана.

— Хорошо, что ж, давайте послушаем.

— Ты помнишь Калу? — спросил Рун.

Разум Эдана погрузился в воспоминания, имя звучало так знакомо и в то же время так чуждо. Затем его осенило. — Сестра Кейна? — Рун кивнул. — А что насчет нее? Подожди, разве она не была еще и целительницей?

Бледное лицо и пустой взгляд были единственным ответом лейтенанта, когда он застыл на месте, повернувшись спиной ко входу в аптеку и прямо на пути Эдана.

— Что с тобой такое? Просто выкладывай уже…

— У нас с ней ребенок.

Принц уставился на сурового воина, быстро моргая. — Что у тебя с ней? — спросил я.

— Ребенок.

— Ребенок, — повторил Эдан, широко раскрыв глаза.

— Да.

— И как именно это произошло?

— Ну, обычно мужчина и женщина занимаются сексом…

Эдан сильно толкнул мужчину в плечо, раздражаясь все больше и больше по мере того, как проходили секунды. Он предупреждающе поднял палец. — Ты выводишь меня из себя прямо сейчас, не испытывай меня. Как, черт возьми, у тебя появился ребенок, Рун?! РЕБЕНОК! С каких пор!?!

Лейтенант с каштановыми волосами потер затылок. — Если ты помнишь, Лир, Кала и я были ранены по пути в Моринью более двух лет назад, и поскольку Кала — целительница и пострадала не сильно, она предложила позаботиться обо мне. Мы проводили много времени вместе, и что ж, одно привело к другому, и через пару месяцев мы узнали, что она беременна.

— Черт возьми. Почему ты мне не сказал? Кто-нибудь знает?

— Да, конечно, я не держу это в секрете, просто ты вернулся всего год назад и был занят тем, что помогал своему брату управлять королевством, и у тебя были похороны твоего отца, и весь прочий королевский багаж, который сопутствует тому, что ты второй в очереди на трон.

Чувствуя вину за то, что был поглощен своими мыслями, но зная, что он ничего не мог сделать по-другому, Эдан сказал: — Значит, все это время ты убегал туда каждый день?

Еще один кивок головой. — Кала только что родила, и Кейн предложил ей переехать к нему и помогать ей заботиться о ребенке, пока я буду на дежурстве. Они сейчас живут здесь с ним, Кала и моя маленькая девочка.

Эдан схватился за голову, откровение друга поразило его в полную силу, и он прошептал: — У тебя есть маленькая девочка?

Ослепительная улыбка засияла напротив него, когда все выражение лица Руна сменилось с беспокойства на гордость. — Ава, — сказал он, сверкая глазами. — Я хочу, чтобы ты с ней познакомился.

Как только эти слова слетели с его губ, дверь позади него распахнулась, и оттуда, топая, вышел очень раздраженный Кейн. — Ваше высочество, — обратился он к лейтенанту, — как раз вовремя вы появились. Я бегал кругами весь этот чертов день!

Ниоткуда донесся громкий крик радости, а затем сердце Эдана растаяло, когда маленькая девочка с копной медных кудрей и самой широкой улыбкой, которую он когда-либо видел, выбежала из дома, протягивая пухлые ручонки и бросаясь к Руну.

— Папаааааа!

Улыбаясь от уха до уха, лейтенант подхватил