Затмение; Год 1666 – Часть 1 - Нора Ольвич
Торцевые стены соседних домов густо оплёл дикий виноград.
Дорожка от колодца вела не только к двери дома, что был на рисунке, но и к торцевой стене одного из соседних домов. Сад был в совершенно диком состоянии. Трава и кустарники были выше человеческого роста.
Пробираясь к резному высокому крыльцу с навесом второго дома, я видела очень массивную дверь, что выходила к нам во двор.
«— двухэтажный дом, также является в собственности у семьи, это точно, а подойдёт ли ключ к этой двери»?
Второй дом, словно всем своим обликом стремящийся в высоту, с интересной крышей, этот готический стиль я видела когда-то в Париже, он притягивал к себе всё моё внимание. Оба дома, и дворик между ними должны были быть удивительно уютным ансамблем, в котором, наверное, очень хотелось бы жить. Нужно было только поработать с садом. А ещё привлекала некая обособленность и чувство безопасности, что внушали толстые каменные стены строений.
— Давайте начнём с двухэтажного шале, месье Ноэль.
Открыв его и зайдя в гостиную на первом этаже, я на момент просто остолбенела. Это была уменьшенная копия наших покоев с Кристин в доме в Париже.
Только вместо огромного зеркала, на первом этаже, висел совместный портрет Кристин и Жанны, они смотрели, словно в душу, готовые что-то сказать мне.
Работа княжны Луизы, я видела это. Не замечала возраста дам, меня завораживала энергетика, что исходила от изображения. Это были те же ощущения, как с портретом баронессы д' Сов в том далёком имении в горах. Наше с матушкой украшение являло себя во всей красе. Приложив руку к груди, ощутила его на себе под одеждами.
Не узнала своего голоса, когда попросила шевалье Ноэля внести на второй этаж сумки, и поставить их в кабинет.
— Вы уже были здесь, леди?
— В детстве я помню.
— Кто эти дамы?
— Мои предки.
— Вы не похожи на них, вы похожи вон на ту таинственную и незнакомую.
Развернувшись, я увидела над камином небольшой портрет герцогини Франсуазы, а возле окна изображение Анжелик и Антонио.
— На которую из них?
Ноэль показывал на молодую герцогиню Немур.
— Одно лицо, она ваша прабабка?
— Не совсем, но предок у нас один, пойдёмте, ознакомимся со вторым домом, вы займёте его с супругой, внуком и шурином. Там есть большие семейные апартаменты, я помню их. Также с вами в доме, но в другом крыле будет жить мадемуазель Софи — наша няня. Со временем нам придётся найти женщину, которая сможет нам готовить и горничную. Но это не сразу.
Дома строились, словно на века, как, впрочем, и было на самом деле. Мы обошли все покои и комнаты, изучили кладовые и внушительный цокольный этаж с кладовыми и стоками от прачечной и ванных комнат. Я была уверена, что все мы разместимся в имении просто отлично.
— Здесь в кладовых, на полках мы разложим ткани, везде, конечно, нужна уборка, нужно закупить продукты. И осмотреть подачу воды и стоки. А сейчас главное поезжайте за всеми остальными и привезите их сюда, впереди у нас много работы, я закрою за вами все двери и буду ожидать. Не переживайте, я никуда не денусь. Я не вынесу больше поездки на телеге, поверьте, ощутив сейчас себя в безопасности у меня в данный момент, нет желания расставаться с этим чувством.
Закрыв все вышеперечисленные двери за ушедшим мужчиной, я бросилась в дом, который бередил воспоминаниями моё сознание.
Трясущимися руками, отодвинув маленький резной столик, от портрета прижалась к нему и, не дыша, стояла так целую вечность.
«— я здесь, я люблю вас, спасибо, родные».
Гладила руками их лица:
«— матушка, сестра, вы со мной».
Далее взбежала по серой мраморной лестнице на второй этаж, в кабинет.
Понимала, что это знак, не зря этот дом пережил реконструкцию и ремонт, что было видно по тем или иным признакам. Не зря эта лестница именно серая, что так не нравилось Кристин.
Я помню, что Адория рассказывала про единственное большое строение и двор в Тулузе. Дрожащими руками водила по стенам кабинета, продавливая гобелен.
Нашла! И гобелен можно приподнять, всё как когда-то в кабинете у Кристин.
Потайная дверь, и узкая лестница на крышу. Не тот размах, конечно, как в Париже, но идея та же. На чердаке, за старыми ящиками с ненужными вещами неприметная комнатка с металлической дверью, ключик в выбоине под потолком. Открывая, не дышала. Солнечный лучик, проникая в маленькое кругленькое оконце на крыше, передавал привет из Парижа.
«— они всё сделали, чтобы я выжила, а я допустила такую оплошность с Филиппом и Вайолет, как я могла».
Так и знала, что будет ещё запас испанских дублонов в небольшом ящичке, и бумажный пакет с документами, словно дубликаты тех, что нашла в Шотландии, нужно всё изучить более досконально без слёз, жалоб и истерик.
Уже с позиции накопленного опыта в общении с людьми семнадцатого столетия, вечером нужно всё обдумать, ведь враги, они не дремлют.
А ещё, нужно весь свой золотой запас перенести в это хранилище. Вот и ящички на полу стоят, открыла один и увидала на дне четыре больших и внушительных слитка из золота.
«— другие по форме, нежели мы делали с Филиппом. Сколько в них грамм интересно»?
Все остальные ящики стояли пустыми, словно намекая, что дальше дорогая сама.
«— хорошо, услышала, сейчас мы их заполним».
«— спрятать и закрыть, спрятать и закрыть».
Я не безумна, нет. Просто повторяю без устали, словно мантру эти слова, вспоминая Каталину, как она носилась с сумками по всей Европе. А я ещё тогда не хотела вшивать слитки в нижние юбки нарядов, а сейчас сама вот вшила бы их куда угодно, пытаясь сохранить и преумножить.
Сюда же пока развешу шубки, спрячу всЁ, что можно, и вещи из будущего тоже. Ускоряясь, носилась по узкой потаённой лестнице, вверх, вниз, стараясь как можно меньше производить шума. Нужно будет изучить все стены этого дома, что-то мне подсказывает, что он скрывает ещё много секретов.
Ювелирные украшения в мешочках и коробочках из прошлого и будущего были закрыты в ящики, потом всё разложу, опишу и пересчитаю.
Документы, заберу и закрою в кабинете. Вечером поработаю, и утром, возможно, буду готова к встрече с врагами.
«— ой, не буди лихо, врагов-то у нас, просто напасть, нужно всё сделать идеально».
Всё закрыв