Затмение; Год 1666 – Часть 1 - Нора Ольвич
Выйдя из дома и встав на каменную дорожку, ведущую в сад, услышала условный стук в основную дверь с улицы. Пробиралась к ней, представляя себя принцем из сказки про спящую царевну.
«— за этим садом не ухаживали лет сто, наверное».
Отодвинув глазок, разглядывала дом напротив, а затем увидела идущего к дверям шевалье Ноэля.
— У вас всё хорошо?
— Да леди, все приехали и уже на подходе к дому, улочка настолько узкая, что с телегой после, будет не развернуться. Я занялся её разгрузкой.
Как же утомительно всё, что касается заселения, и вдумчивой организацией жизни на новом месте. Например, мадам Марта наотрез отказалась брать на кухню кого-то из чужих людей, она прекрасно готовила и хотела быть единственной управляющей на кухне и вообще во всём вверенном ей хозяйстве.
Сказывалось воспитание. Её ещё девочкой учили правильно вести хозяйство и управлять домом, ну а нужда и опыт научили всему остальному. В данных же условиях на кухне женщина воодушевлённо всё организовывала по своему усмотрению, и я действительно видела, что ей не нужны помощники.
Мадемуазель Софи, и леди Иннес были против приходящих горничных, после произошедших с нами приключений, девушки слышать не хотели про чужаков. Мы выбрали с ними очень удобную и светлую комнату для класса и проведения занятий, и игр для детей.
Осталось только её обустроить.
Месье Бриан молча похаживал по саду, намечая фронт работ. Наблюдая за этим немногословным мужчиной, понимала, что он не любит каких-либо приказов и ограничений, есть такого типа люди, они словно ветер, просто не выносят, когда на них давят.
Найдя кусты плетущихся роз, забитые диким виноградом, он усердно освобождал их, старясь дать возможность благородным розам оплести одну из стен. Думаю, что он уже визуально представлял себе всю эту красоту, разыскивая в кладовых хозяйственный инвентарь для работы в саду.
Нам действительно пока не нужны были чужие люди рядом, в нашем уже таком устроенном сообществе.
Я решила пока не менять ситуацию, и не настаивать на своём. Безземельные, но благородные, мои спутники искали себе применение в нашем имении, не желая вести просто праздный образ жизни.
Мы разместились, с леди Иннес в отдельном доме и забрали с собой малышку Эйлис. Наши спальни были на втором этаже, по разные стороны от лестницы. Не было, конечно, той роскоши, что окружала княжон в Париже, но в данный момент это было лишним.
На мой взгляд обстановка была очень добротной и достойной, просто нужно было всё привести в порядок. Ветхий текстиль, что, не выдержав первой стирки, расползался в руках, мы оставляли на ветошь. Его было много, время и жаркий климат попортили ткани.
Найдя возле кладовых, в одноэтажной части имения, комнату с непонятным приспособлением, под восторженные вздохи своих дам, поняв, что это прообраз швейной машины я оставила их колдовать над портьерами, постельным бельём и одеждой на первое время.
Дети играли в саду на маленькой, облагороженной уже площадке, под надзором месье Бриана и в дом заходили, только сильно проголодавшись.
Шевалье Ноэль ездил знакомиться с городом, и торговыми рядами, взяв у меня серебряные франки в подотчёт на продукты и товары для жизни. Работы было много, но мы её начали потихоньку делать, и это было главным. А ещё было важно, что все мы себя чувствовали очень защищёнными за крепкими закрытыми дверями и каменными стенами имения.
Убрав свою спальню, приведя в порядок кабинет, испробовав на пригодность ванную комнату на первом этаже, смыв дорожную пыль и грязь, расположилась на ночь в отдельной спальне, и, просто глядя в потолок, поняла, как я этого давно хотела. Просто крышу над головой и удобную кровать, и немножко задумчивого одиночества.
А проснувшись как-то утром, приведя себя в порядок в уютной ванной комнате, встретив всех своих домашних в общей столовой и в разговоре поняв, что они все увлечены обустройством и наведением уюта, и ни о чём другом и мыслить не могут. Я, наконец, то ощутила желание окунуться с головой в документы и записи, которые большой кипой лежали у меня на столе в закрытом кабинете.
Отложив дневники и записи леди Вайолет на потом, медленно распаковывала пакет, что нашла в тайнике этого дома. Осторожно расправляла сложенные вдвое листы документов и письмо к ним.
* * *
'— итак, ты в Тулузе дитя моё, и если ты читаешь это письмо, то значит, выбравшись из замка в Шотландии, ты решила укрыться в недвижимости, мало кому известной даже членам семьи. Думаю, что на это должны были быть очень веские причины. И только я одна, могу представить, чего это тебе стоило.
Познакомься с тем, какие документы мы тебе оставили в этом доме.
Я уже далеко не молода, и к первой части своей жизни в воспоминаниях отношусь как к чему-то весьма необыкновенному. Очень часто приходит мысль
«— а я ли была той дерзкой девчонкой? Вероятно, Я».
Часто вспоминаю видение с тобой, Душа (не знаю, какое имя ты примешь и кем была в нашей жизни). Неспокойно мне, ведь судьба выдернула тебя из такого далёкого будущего, и перенесла в прошлое. Анализируя наши жизни в средневековье, жизни дам д' Фуркево, Аулестия и Льетуаль, я вдруг поняла, что для самостоятельной и полной жизни у нас, у всех был такой немаловажный фактор, как вдовство.
Я не знаю, как ты к этому отнесёшься, представляю твою удивлённую улыбку, но это реальная защита от посягательств на твою свободу. И если ты с этим ещё не столкнулась, то это просто вопрос времени.
Почему-то только овдовев, дамы этих столетий могут быть самостоятельными, и имеют право принимать решения в отношении своего имущества, детей и каких-либо других действий, в том числе и замужества.
С первых дней, как только мы обосновались в пригороде Парижа, нам пытались с Жанной навязать ненужный брак, опекунство и так далее.
Считаю, что это тебе совершенно не нужно, ведь всем навязанным тебе людям будет нужно только одно…'.
Письмо было длинным, составленным на русском языке с некоторыми погрешностями в грамматике.
Датировалось оно августом 1592 года, мадам Кристин по моим подсчётам было семьдесят четыре года. На тот момент, овдовев, она жила воспоминаниями, желая только одного, скорейшего воссоединения со своим супругом.
«— он ждёт меня, я верю, силы моей любви к нему хватит, чтобы воссоединиться с ним».
Она предлагала мне в супруги внука