Затмение; Год 1666 – Часть 1 - Нора Ольвич
Конечно, я оставила немалые пожертвования приходу.
— На благое дело, падре, примите, за всю нашу семью, что смогла избежать непоправимого. Скажите отчего столько пустующих домов в самом центре? Мне тётушка описывала Тулузу населённым и красивым городом, практически столицей юга Франции.
— Так и было дитя, когда-то, но три года назад случилось страшное, эпидемия чумы. Умирали целые семьи, люди уезжали, бросая всё.
— И эти дома?
— Они продаются, ваша светлость.
— Вот как? А как узнать стоимость недвижимости и причину продажи?
— Все сведения есть у Прево, ваша светлость, или в городском совете.
— Благодарю вас, аббат, — и я уже задумчиво шла на выход. Запуская в голове алгоритм решения задачи под названием: «преумножение, благосостояния и доходы должны быть всегда больше расходов».
Распрощавшись со служителем церкви, по дороге домой, я рассматривала пустующие здания. Они попадались по дороге. И их сразу можно отличить. Некоторые из них были просто дворцами. Терракотовыми и кремовыми, розовыми и просто коричневатыми. С балкончиками и башенками, арками и ажурными лестницами. Я просто влюбилась в один, а потом ещё, и ещё, понимая, что архитектура — это как музыка, это вечно, как память об уходящих веках.
— Шевалье Ноэль, после приезда я хотела бы поговорить на одну тему. Запомните, пожалуйста, вот эти строения.
Рассматривая город, мы шептались с дамами и делились впечатлениями.
— Леди Иннес, так хочется по торговым рядам пройтись, давайте съездим после обеда.
Девушка смущённо опустила голову.
— Перестаньте, вы вчера весь день составляли опись тканей, перенося их стоимость и количество в книгу учёта, и библиотеку привели в порядок, поедемте, сегодня же воскресенье. Сколько можно работать? Шевалье Ноэль, помогите нам с сопровождением.
— Ваша светлость вначале нужно отобедать, дети с няней останутся дома, а мы можем съездить в центр.
Наши лица просто засияли, как же мало нужно дамам для счастья, просто пройтись по магазинам.
Позже, изучая лавки, и ассортимент товара в большом торговом пассаже я была впечатлена, насколько всё изменилось. Как всё, удобно и какие шикарные прилавки стали по сравнению с прошлым. Мужские наряды с кружевом и бантами вызывали недоумение и иронию. Но некоторые вещи были просто произведением искусства.
— Леди Иннес, мадам Марта, посмотрите какие шелка, Мадонна, а кружево, смотрите, а готовые наряды. Сколько бантов на этой юбке, как вызывающе неинтересно.
Наконец, то я услышала тихий смех леди Иннес. Держась с ней за руки, мы ходили как заворожённые. Это была просто феерия. Город уже который год восстанавливался после тяжёлого испытания. Люди не ходили толпами, но их было много. Как много испанцев, отметила я. Они уже по-другому сдержаны, и совсем не заносчивы их взгляды, хотя возможно, мне это кажется.
В воздухе витал аромат специй и ещё чего-то очень знакомого, куда хотелось зайти и остаться, наслаждаясь встречей с прошлым. Это запах Китая, я крутила головой в поисках красных и жёлтых ярких вывесок. Так и есть.
В нетерпении зашла в небольшую лавку, и поздоровалась, конечно же, на китайском языке. Моё, «ни хау» произвело фурор. Это была просто ностальгия, мы не замолкали с пожилым купцом, пусть иногда не совсем понимая друг друга, но мы рады были этому знакомству. Именно с этой лавки начались мои покупки. Специи и зелёный чай с жасмином, прекрасный натуральный шёлк и всякие необыкновенно приятные мелочи.
А далее понеслось. Бельё дамам, чулочки и платочки, парфюм и подарки всем, интересная одежда и обувь детям, и взрослым, игрушки и книги, сладости и краски для рисования.
Усевшись, наконец, то в экипаж, который шевалье Ноэль купил на вырученные деньги от продажи телеги, я была счастлива.
— Мы потратили просто безумное количество денег, ваша светлость, — леди Иннес была встревожена. Мадам Марта, придерживая покупки, с удовольствием разглядывала детскую книгу с яркими гравюрами иллюстраций.
— Да, я чувствовала эти потоки, деньги, они утекали сквозь пальцы. Моя леди, значит, нужно придумать, как их заработать и вернуть обратно.
— Обязательно придумайте леди Дениза, я помогу всем, чем смогу, — девушка была очень серьёзно настроена.
— Хорошо, вы совершенно не француженка, разве пристало аристократке работать? — шептала шутливо в ответ, — Ах, какие недорогие фрукты, как всё вкусно, м-м-м. Как жутко было в Шотландии, и как дети будут рады, а главное, как рада я.
— Конечно, август месяц, самый сезон, — мадам Марта далее упомянула про запасы на зимние месяцы года.
— Запасы, на зиму, как много всего нужно успеть, мадам Марта, я полностью согласна с вами. Леди Иннес попробуйте эту фиалку в сладкой глазури, мне кажется, я начинаю заново жить.
— Вы совершенное ещё дитя, мадам графиня.
— Это вы ещё себя не видели со стороны, мадам баронесса, там в Пассаже, когда разглядывали огромное количество бантов на юбке из бархата.
Я лукаво улыбалась, насмешливый взгляд леди Иннес был мне в подарок.
— Ох, нам этих бантов вместе с Эйлис на всю жизнь бы хватило.
Мы проезжали по Новому мосту через Гаронну, выглянув в окошко, я смотрела, желая увидеть, то, что видела матушка Жанна в момент своего отчаяния, а именно воды быстротекущей реки.
«— не приведи господь решиться на такое, не приведи».
И мысли потекли, напоминая о многом, важном, постоянно нашёптывая:
«надо, надо, не забудь».
Натолкнувшись в двухэтажном строении, в котором были наши покои с леди Иннес, на дверь, ведущую в узкий коридор, а далее в небольшую мастерскую, я почему-то нисколько не удивилась. Дверца была вовсе не приметная изначально и располагалась под лестницей.
Над этой мастерской как раз находился мой кабинет. В него можно было подняться из этой комнаты по лесенке очень крутой и неудобной, но, тем не менее не нужно было обходить по кругу множество комнат. Винтовое сооружение было достойным и очень остроумным сооружением.
Это намного мне облегчало задачу, которую я поставила перед собой. Постепенно на всех слитках, отлитых в Шотландии, я хотела поставить оттиск рода делла Гутьеррес. Хотелось быть их единственной владелицей. Мне нужно было разогреть в форме каждый слиток до состояния мягкого сливочного масла и поставить свой оттиск. Это работа многих вечеров. Также мне нужно попытаться перстень графа Антонио, что он носил в юности, сделать себе по размеру.
Оно будет моим обручальным