Затмение; Год 1666 – Часть 1 - Нора Ольвич
Нужно разобраться с бутылочками, что я забрала из мастерской Армана. Расставив их в тайнике по порядку, я положила рядом каталог, что составил муж, с описанием и составом каждого яда.
Я просто не нашла времени заняться этим вопросом вплотную. Высохшие за наше путешествие соцветия багульника и мёд, всё стояло в хранилище.
В доме нет источника, но есть возможность подогревать воду и принимать ванны в большой туалетной комнате, нужно заниматься собой и приобщить к этому леди Иннес.
Устав от торговых рядов и благодарных эмоций, близких за подарки и вкусности, стояла, замерев в малой гостиной первого этажа, не отводя взгляда от портрета.
Это была словно подзарядка, мысленно я советовалась с ними, читая одобрение во взорах. Они наблюдали за происходящим, девы из прошлого, словно, проживая со мной каждый день с того самого момента, как увидели меня.
Где бы я ни находилась, читая на диванчике возле окна или сидя возле камина в кресле с рукоделием, я ощущала их присутствие.
— Вы хотели обговорить какой-то вопрос, ваша светлость, просили зайти.
— Шевалье Ноэль, я хотела бы узнать цены на, те брошенные строения, что видела. Что практически в центре города, проедем завтра осмотрим их ещё раз, а затем вы съездите в городской совет и узнаете их стоимость от своего имени, якобы для своей семьи, не называя моего титула.
— Сколько бы они ни стоили, мадам, я не могу позволить себе такую покупку.
— Я понимаю это шевалье. Но разве вам не хочется через некоторое время суметь позволить себе купить, допустим, такой дом?
— Вы хотите оставить нас графиня?
В голосе звучала тревога.
— Нет. Я не хочу с вами разлучаться, такое не принято в моей семье, и всё же. Пойдёмте в мой кабинет, мне нужно многое вам рассказать и изменить ваши взгляды на эту ситуацию.
На следующее утро, с шевалье, который быстро уяснил простую истину, что деньги должны делать деньги, и что аристократам совершенно незазорно заниматься каким-либо делом, а попросту работать, мы отправились осматривать дома.
Вначале медленно проезжая мимо. Очень скромно одетые и слегка провинциальные.
— Зовите меня просто мадам, хорошо, шевалье?
Учтиво кивая мужчина, что шёл рядом, галантно предложивший мне руку.
Он уже слабо напоминал того моряка, которого я встретила на палубе галеона. Изменилась не только его внешность и одежда. Шевалье Ноэль стал по-другому ощущать себя, по-другому смотреть на мир. Он потерял зависимость от ненавистного ему человека. И словно задышал по-другому.
Оставив экипаж и отойдя от него на несколько метров, я не сводила взора с трёхэтажного отеля в виде буквы «П». Основная часть здания уходила метров на тридцать от проезжей и пешеходной улочки, вглубь небольшого парка, а два боковых его флигеля, соединённые высоким решётчатым забором с воротами, были расположены ближе.
Ворота забора были закрыты, пройти в парк было нельзя, он был заброшенный и грязный, здание, особенно боковые его части, являли собой печальное зрелище. Выбитые окна и следы запущенного состояния были везде.
— Узнаете, особенно про это строение, хорошо? За те два тоже спрашивайте, я набросаю вопросы, которые меня интересуют. Они меньше и должны быть дешевле, печально торгуйтесь, ссылаясь на большую семью и небольшое количество денег с собой. Но как можно меньше рассказывайте о себе.
А далее я практически два часа ждала шевалье Ноэля возле здания городского совета, сгорая от нетерпения. Как же медленно всё это происходит, и почему в моих руках нет телефона с интернетом, в котором я могла бы узнать все интересующие меня вопросы.
Далее не буду рассказывать мелочи и хождение по бюрократическим адовым мукам, но за первый месяц проживания в Тулузе леди Дениза, вдова из Шотландии, миледи Иннес и шевалье Ноэль, благородный рыцарь из Нормандии, стали собственниками трёх старинных зданий, практически в центре этого древнего города.
Хозяева, которых во время эпидемии, уехали к родственникам в Шампань и в Гасконь.
Здания были выставлены на продажу, и продавались уже несколько лет, приходя с каждым днём всё более в ужасное состояние. Стоимость их из-за этого падала, и городской совет рад был избавиться от них по минимальной цене.
В четвёртом здании, что я присмотрела, от чумы вымерло практически всё семейство и его планировали сносить, не думаю, что кто-то решился бы его купить или взять просто в дар.
После оформления всех документов, найдя хорошие ремонтные бригады, сказав шевалье, что я лично хочу осмотреть купленное имущество, мы отправились на другой берег реки.
Это был словно ритуал, каждый раз проезжая по мосту, я вспоминала матушку.
«— клянусь, что я стану ещё более независимой и сильной, клянусь, что я стану достойной такой сестры и матери».
Итак, первое здание, небольшое, уютное, одноэтажное с высоким цоколем, с окнами в форме вытянутых готических арок, просто классика. Я прикипела к нему всем сердцем. Сколько похожих было в том городе, что я жила когда-то в будущем. В его старой части. С высоким крыльцом и дверью в марокканском стиле, и сложной, высокой, много скатной крышей, устремлённой к небу, оно было потрясающим.
Крышу гармонично дополняли мансардные и слуховые окна, одно из них в форме небольшой готической розы. Такой смешанный стиль наполнял мою душу тихим восторгом:
«— … красиво, какой благородный розовый цвет этого камня, просто даже ради того, чтобы оставить его потомкам, я возьмусь за него».
— Шевалье, доставайте ключи и приглашайте меня к себе в гости.
Мне кажется, он уже ничему не удивлялся, наш мессир Ноэль. Хотя нет, этого он от меня не ожидал.
Он в шоке наблюдал, как я ползала практически на коленях, простукивая каждый участок пола и стен на жилом этаже и на чердаке, замеряя всё и создавая чертёж всего строения отдельно по уровням.
Заранее готовила материалы для рабочей сметы, о том, что нужно заменить или оставить для поддержания того неповторимого духа старины в здании, который так пришёлся по душе или просто привести в порядок или отреставрировать. Постепенно вырисовывался план действий.
Усталая спускаясь в цокольный этаж, шептала мужчине, что сопровождал меня.
— Мы с вами столько времени наедине, я скомпрометирована, дальше уже некуда, и всё же мы так за день не управимся, помогайте мне.
Зажигая массу свечей в подвале шевалье, бормотал:
— Мадам, объясните, что вы делаете, что мы ищем?
— Каждое старинное строение имеет свои тайны, каждое, шевалье Ноэль, ищите выступы в стенах и пустоты в полу. Этот этаж, почему-то меньше верхних этажей, допустим, некоторые