Сводный брат медведь - Дж. М. Фейри

утро, — говорит он, лишь мельком скользнув по мне взглядом, прежде чем вернуться к телефону. Я и не жду от Даррелла большего. Иногда мне хочется, чтобы он относился ко мне как отец, ведь у меня его никогда не было, но по большей части его безразличие кажется благословением, особенно когда я видела, как выглядит его особое внимание в отношениях с Дереком.

Я наливаю себе чашку кофе у кухонного островка, музыка наверху становится еще громче. Это выводит отчима из его телефонного оцепенения. Он хлопает телефоном по столу, его лицо искажается от гнева.

— Дерек! Живо спускайся! — орет он.

Сначала я думаю, что это глупо с его стороны. Дерек ни за что не услышит его крик из-за музыки, даже если это был на удивление громкий вопль, но музыка стихает, и следом раздаются тяжелые шаги. Теперь, когда я вспоминаю наше детство, у Дерека всегда были острые чувства — он чуял, слышал и видел вещи лучше, чем любой из нас. Это какая-то жутковатая животная способность, которая идеально вписывается в его необузданную натуру.

Даррелл трет виски, опираясь на локти. Мне всегда хотелось, чтобы кто-то разделил со мной ненависть к сводному брату, но делать это вместе с Дарреллом всегда казалось неправильным — слишком жестоко.

— Как надолго он останется? — спрашиваю я.

Он вздыхает.

— Наверное, на какое-то время. В него стреляли.

— Стреляли?

— Ага. Ввязался в драку с одним из тех идиотов, с которыми таскается, и в итоге залил кровью наш порог. Ему повезло, что он не в тюрьме.

— Бывал там, не так уж и плохо. Надзиратели там поприятнее, чем здесь. — Дерек задевает меня сзади, выхватывая чашку из моих рук и делая глоток. Он двигается слишком быстро, чтобы я успела среагировать, и, одарив меня говноедской ухмылкой с другого конца островка, потягивает из моей кофейной чашки. Он без рубашки, блестит от пота. Я стараюсь не обращать внимания на рельефные выпуклости его грудных мышц, пресса и бицепсов, усыпанных темными татуировками, которые я не могу разглядеть, не присматриваясь, а присматриваться я уж точно не хочу. Какие-то его черты, может, и остались прежними, но выглядит он совершенно иначе.

Он хочет, чтобы я отреагировала, как в детстве, но я больше не подросток — несмотря на мой недавний сон. Вместо того, чтобы дать ему то, чего он хочет, я игнорирую его и беру себе другую белую кружку.

— Дерек, это не должен быть отпуск. Если тебе здесь так ненавистно, можешь поискать себе другое место, — говорит Даррелл, вцепившись руками в край стола.

— Ты прав. Наверное, мне стоит просто сдаться властям. Держу пари, им интересно узнать, что на самом деле случилось с тем охотником.

С охотником? Я думала, Даррелл сказал, что в него стрелял его друг? Даррелл выпрямляется еще сильнее, морщась.

— Ага, так я и думал. Это не лучшим образом сказалось бы на твоем публичном имидже, если бы твой сын снова оказался в тюрьме.

Я удивлена тому, что Дерек когда-либо сидел в тюрьме. Интересно, когда это было. Мои родители, наверное, просто охренели бы от такого. Как для инфлюенсеров по воспитанию, я не могу придумать ничего хуже, чем собственный ребенок за решеткой, но я предполагаю, что, что бы и когда бы это ни случилось, это было далеко отсюда, или же мои родители заплатили кучу денег, чтобы всё это замять.

Мой отчим молчит. Дерек направляется к лестнице.

— Отлично, рад, что мы всё прояснили. А теперь, если вы двое меня извините, мне нужно закончить тренировку. Изабелла, потише там у себя в комнате, ладно? Возможно, попозже я приведу пару цыпочек. — Он делает паузу. — Если только ты не хочешь посмотреть. Я знаю, как тебе там одиноко, и полагаю, что деньги на батарейки для вибратора у тебя скоро закончатся. Может, Даррелл подкинет тебе немного.

У меня отвисает челюсть, пока я смотрю, как он скрывается на лестнице. Нет, Дерек совсем не тот мальчишка, которого я помню. Он стал хуже, гораздо хуже.

Я жду, пока не услышу, как захлопнется дверь его спальни, прежде чем маршем подняться по лестнице в свою комнату. Я приклеюсь к ноутбуку до тех пор, пока не найду новую работу и не смогу свалить отсюда к чертовой матери.

Глава 3

Я сияю, глядя в камеру ноутбука, в груди бурлит предвкушение. — Я так рада слышать, что вы считаете меня подходящей кандидатурой для вашей компании.

Блондинка на экране улыбается. — Отлично, у вас есть к нам какие-нибудь вопросы, прежде чем вы официально согласитесь? — Этот вопрос включает внутренний сигнал тревоги, и я ерзаю на стуле, надеясь, что она не слышит, как мои ноги отлепляются от кожи сиденья. Она видит только мою верхнюю половину. Зачем тратить чистые брюки, если можно накинуть блейзер, а нижнюю половину оставить в удобных пижамных шортах?

Я с трудом подбираю слова. — Эм, да. Я хотела бы узнать больше о компенсационном пакете. — Компании, которые заставляют тебя проходить собеседование три раза подряд, вечно не говорят о зарплате сразу. Но на данном этапе я в отчаянии, так что перебирать не приходится. Удивительно, но все это третье собеседование прошло без грохочущей музыки Дерека по ту сторону стены, хотя я знаю, что нужно радоваться и этому. Нет никаких гарантий, что на следующем собеседовании мне так же повезет.

Она напрягается, её радужное выражение лица исчезает. — Ну, на эту должность мы в первую очередь ищем командных игроков.

Я жду продолжения. — Это ведь оплачиваемая должность, верно?

— Да, конечно. Я сейчас отправлю вам письмо с условиями оплаты, вы сможете ознакомиться с ним и ответить мне примерно через час. Договорились?

— Да, звучит отлично.

Письмо падает в папку «Входящие» еще до того, как мы отключаемся, но я жду, пока она исчезнет с экрана, прежде чем прочесть его. Чем дальше я пробегаю глазами по тексту, тем сильнее разочарование сводит желудок. Пятнадцать долларов в час, полная занятость в офисе, прямо в самом центре Манхэттена. Это явно работа для какого-нибудь скучающего богатенького сынка, живущего на трастовый фонд, или вакансия, которую они на самом деле никогда и не планировали закрывать. Я в бешенстве. Какая, блядь, пустая трата моего времени.

Мой телефон рядом звякает, и я почти ожидаю, что это рекрутер уже интересуется моим ответом. Но нет. Это Кришелл.

«Привет, подруга. Слышала от мамы, что ты в городе. Собираюсь заскочить в «Бин Болд» и подумала, что мы могли бы пересечься и поболтать!!!»

Я пялюсь на сообщение. Я не разговаривала с