Пламя - Наталия Джастер

Мои ноздри раздулись; удовлетворение сгустило кровь.

Все будет выглядеть как несчастный случай. Скажут, что молния ударила в дерево, и это вызвало цепную реакцию пламени, превратившую Его Величество в гребаную отбивную.

Если у всех дворов и было что-то общее, так это их вера во всемогущие Сезоны. Никто не подвергал сомнению волю природы. Если она решила, что время Риза пришло, несмотря на то, что он был в самом расцвете сил, значит, так тому и быть.

Они не усомнятся в его смерти и не станут винить тех, у кого были очевидные на это мотивы. Они не заподозрят сочувствующих принцессе Осени, равно как и ее любовника или мать — у них просто-напросто не будет на это причин.

И все же ночной дозор, совершающий обход, мог появиться в этом углу в любую минуту. Завидев огонь, они затрубят в рог и бросятся на помощь королю. Увы, безрезультатно. К тому времени, как он станет неузнаваемым, меня здесь уже не будет. Как бы мне ни нравилось это шоу, я заставил себя отступить и бросить его там. Но стоило мне это сделать, как перед глазами поплыли черты Бриар, а воспоминания вторглись в голову жуткой виньеткой.

Ее лицо во дворе, когда она стала свидетельницей кровавой бойни своего народа. Ее лицо мгновением позже, когда появился Риз, и она попыталась на него напасть. Ее лицо в королевских покоях, искаженное страхом и ужасом, когда она беспокоилась о том, что с ней будет. Ее лицо в ванне, раскрасневшееся и расслабленное от удовольствия, пока я вбивал свой член в ее тугую влажность. Ее лицо на следующее утро, искаженное болью, когда ее лишили титула и всего, что было ей дорого.

Этот король сотворил все это с моей колючкой.

Я замер. Нет, просто сгореть — этого недостаточно. Мой кинжал счистит с его костей сырую, опаленную, покрытую волдырями плоть. Я заставлю его испытать такую адскую агонию, которую он даже не считал возможной. Ради моей принцессы я заставлю его страдать.

Вместо того чтобы отступить, я почувствовал, как мои ноги шагают к дыму, приближаясь к горящему дереву, подбираясь ближе к воплям Риза. Мой разум пытался донести до меня возражение, какое-то предупреждение, но я не мог расслышать точных и внятных слов — я вообще не мог разобрать ничего внятного из-за собственного рычания.

На мгновение голос короля растворился, пастбище померкло, и все перед глазами окрасилось в красный. В алый цвет ленты и розы. А затем, словно захлопнувшийся капкан, Риз выскочил из пекла, и его обожженные руки мертвой хваткой сомкнулись на моем горле.

4

Поэт

За этим последовало несколько неприятных ощущений. Кислород покинул мои легкие. Дым разъедал глаза, а соседнее пламя выбрасывало в воздух искры и жар, которые обжигали мое лицо.

Все это время чьи-то пальцы сминали мою шею, словно петлю. Внезапно из пламени вынырнуло омерзительное лицо Риза — упрямого ублюдка, который напрочь отказывался подыхать.

Черты чужого лица исказились. Черные зрачки поглотили радужки и вспыхнули узнаванием.

— Ты, — прорычал он. — Как ты смеешь!

— О, еще как смею, — процедил я ему в лицо, выдавливая слова между жадными глотками воздуха. — Проблема в том, что ты продолжаешь отказываться сотрудничать и никак не отъебешься.

— Какая дерзость! Думать, что пламя сработает против Лета. — Его слюна полетела мне в лицо, когда наши лбы столкнулись. — Разве тебя никто не учил, деревенщина? Из всех Сезонов Лето не может сгореть. Мы — кровь наших предков, рожденные из жара и пламени. — Риз вонзил пальцы мне в горло, перекрывая последние ручейки кислорода. — Мы не можем сгореть, потому что мы создали огонь!

Приятно знать, что этот узурпатор не утратил чувства собственного превосходства даже тогда, когда из него делали отбивную. Если бы я не хотел зажарить его сердце и член на вертеле в качестве закуски, я бы поаплодировал тщеславию этого мудака.

Тем не менее, это жалкое подобие правителя было право. Как иначе объяснить, что огонь почти не тронул его? Ни единый дюйм пламени не ошпарил его лицо.

Риз впился ногтями в мою трахею. Легкие отказывались качать воздух, и нависающие деревья по краям стали размытыми, кленовые листья превратились в цветовые пятна, а перед глазами все поплыло. Пока это происходило, король прерывисто хрипел мне в ухо:

— Решил отомстить за свою сочувствующую осеннюю наследницу, как верная собачонка? — злорадствовал он. — Еще не усвоил свое место? Такие шлюхи, как ты, со временем теряют свой блеск, но короли выкованы из золота, и их наследие правит вечно. Тебе никогда не познать этой славы. — Его лицо сморщилось, как дешевое папье-маше. — А теперь и Бриар тоже. Твоя никчемная принцесса исчезла.

Ее имя на его губах пронзило меня насквозь, а упоминание о золоте склонило чашу весов. Воспоминания о той битве во дворе обрушились на меня. Я увидел, как моя принцесса рухнула, когда Векс вонзил кинжал ей в живот — Мастер-золотых дел напал под влиянием Риза, действуя по приказу короля.

Он заставил ее страдать. Он заставил ее плакать. Он пустил ей кровь.

Из-за него она чуть не умерла. Из-за него она потеряла трон.

Бриар.

— Одной дерзкой шлюхой меньше, — пальцы Лета впились мне в горло. — Осталась еще одн…

Мой череп врезался в его, и от удара чужая голова откинулась назад. Когда король с визгом отшатнулся, он отпустил мое горло, и это стало последней каплей.

Я набросился на него прежде, чем он успел издать хоть звук. В головокружительной последовательности я извернулся и нанес удар. Мои конечности двигались так быстро, что это дезориентировало Риза: руки и ноги со свистом рассекали воздух. За считанные секунды я ударил его локтем в висок, затем развернулся, чтобы мертвой хваткой вцепиться в его шею, после чего подцепил пяткой его икру и мельницей оторвал от земли. Гортанный визг вырвался из горла Риза, когда он рухнул на землю, ударившись головой о траву в нескольких дюймах от пляшущего пламени.

Кровь забрызгала его лицо, хотя вряд ли этого было бы достаточно. Я хотел, чтобы он был изуродован, покалечен и изменен до неузнаваемости. И все же не моя атака и не приземление с хрустом костей заставили его завизжать.

Нет, это были волдыри, пузырящиеся на его руках. Кусок его мантии рассыпался и лопнул на груди, обнажив месиво из кожи под ним. Струйки дыма вились от его плоти, поверхность которой пузырилась. Огонь все-таки добрался до него, испепеляя Риза от пупка до сосков.

Недостаточно. Совсем недостаточно, чтобы меня удовлетворить.

Ничтожество взревело