Затмение; Год 1666 – Часть 1 - Нора Ольвич

Давно уже, солидный мужчина — глава городского совета Тулузы просил меня уступить ему этот бизнес, и я понимала, пора. Не продам по-хорошему, придумают что-то другое.

В очередной раз, получив от него предложение, я написала на листочке сумму, сложив его вчетверо, передала ему.

И уехала в гостиницу. Так начались наши переговоры.

А на игорных столах казино появился рекламный буклет о возможности для настоящих мужчин попробовать себя в серьёзной игре и вступить в клуб RICH.

Это был мой последний аккорд, соло одинокой скрипки.

* * *

Этот незнакомец, что занял самые дальние на третьем этаже покои, он раздражал меня, я часто ловила, на себе его пристальный взгляд.

Они раздражали меня все.

Но этот, он чем-то напоминал мне Игоря, высокий, широкий в плечах — ярко выраженный испанец со смуглой кожей, и чёрными, режущими насквозь глазами.

Именно эти глаза не давали мне покоя, пронзали, вызывая чувство страха, которое под моим довлеющим контролем перерастало в ненависть, тихую, и всепоглощающую, я контролировала её всеми порывами своей души, создавая невероятно тяжёлое энергетическое поле вокруг себя. Рядовые служащие гостиницы старались вовсе не встречаться со мной в длинных коридорах здания.

Испанец, он был обманчиво сдержан в движениях, в игре никогда не шёл на открытый конфликт, но как раз всё это выдавало в нём человека порывистого и несдержанного в своих чувствах и страстях.

Он словно из ниоткуда появился в отеле, пройдя регистрацию в моё отсутствие, и наутро одного прекрасного дня я увидела запись управляющего в журнале постояльцев — Дон Рафаэль Хуан дель Альбуркера.

Взволнованно поправив маску, прикоснувшись пальчиками руки к лицу, я удивилась насколько они заледеневшие.

«— куда подевалась вся моя кровь»?

«— верно, я сама у себя её выпила».

Я понимала, что это опасно, но внутри теплилась надежда, что не по мою душу он оказался в Тулузе. Его непреклонный взгляд, преследующий меня, или я себе его возомнила?

«— он словно член Ордена».

Мадонна, вот я и сказала Это. А ведь я сразу догадалась, но какая-то часть моего сознания собиралась всё оправдать русским, «авось обойдётся».

Снова начинало ныть плечо, как же хотелось сделать им всем больно в ответ.

И словно сложилось воедино время, я вновь и вновь пыталась себя остановить, услышав предостережения шевалье Ноэля, и не могла.

Для всех внешне я была мадам «унылая стерва, которой нужно заиметь любовника», а внутри меня словно съедало адское пламя, я сгорала от тревоги, она приносила мне то чувство, которое испытывает вероятно азартный игрок.

Словно заварив всю эту интригу, ожидала, что само всё рассосётся, стараясь занять зрительские места далеко в зале наслаждаясь людскими пороками и эмоциями.

И как не странно, в то же время продолжала действовать.

Разукрашенные и заносчивые лица местных аристократов.

«— Мадонна, верни меня в шестнадцатый век обратно».

Чванливо — серьёзные испанцы.

Самодовольные арабы.

Они все взглянули на меня по-другому, когда в строгом, чёрном венецианского кружева платье и маске, с гладкой причёской и огромными бриллиантами в серьгах, вечером, я объясняла им правила покера.

Изначально согласовав со всеми, что будет правильно, если я буду говорить на языке страны, в которой мы сейчас находимся.

Сев с ними играть в первый, и в то же время последний раз, показывая им, основные понятия сего действия отслеживала их реакцию, и Его тоже.

Просила воздержаться от раскуривания сигар при даме. Показывала всё на открытых картах. Я видела, как они следят за моими руками. Карты просто порхали в них. Их лица становились всё серьёзнее.

Они никогда ещё не видели такого уровня.

— Господа, у вас есть время на раздумье, вы можете выйти из состава участников клуба. Вступительный взнос, возвращён вам не будет, сожалею. Если кто-то не понял, какие-либо нюансы игры на французском языке, я могу повторить их на испанском, венецианском и английском наречиях. Игра будет вестись по-крупному каждый четверг. Она никогда не будет вестись в долг, казино не выдаёт ссуды. Устав игры прописан вот в этих брошюрах, ознакомитесь с ним, за пределы клуба устав выносить нельзя. На каждую игру, когда её банк превысит N сумму, будет составляться протокол. Давайте попробуем сейчас провести игру в первый раз.

Я встала из-за стола. И на моё место сел шевалье Ноэль, он тоже был в маске.

Улыбаясь, словно с издёвкой, один из новичков, спросил, что может и им надеть маски? Мой голос прозвучал холодно:

— Это ваше право господа, главное, чтобы вы были платёжеспособны и золотыми монетами отвечали за все свои действия. Итак, первая игра интеллектуального клуба RICH сегодня будет вестись на условных фишках, это обучающая игра, только для первых участников клуба. Начнём господа.

Я выступала в роли крупье, холодным, без эмоций голосом поправляла ошибающихся, всё чаще слыша обращение «миледи». Играли практически до утра.

На следующий четверг был полный аншлаг. Ставки росли, росла и прибыль клуба. Город полнился слухами.

Я следила за игрой, а незнакомец, играя, словно делая всем одолжение, пристально следил за мной. Этот взгляд проникал, словно под кожу. И это тоже было частью игры, это будоражило нервы, насыщая меня.

Азарт, страшная вещь. Очень богатые люди стремились попасть в это заведение, я слышала, что места в клубе перепродавались за безумные деньги. Быть его участников, это было престижно.

Осень пролетела как один день. Вместо меня уже был другой крупье, я просто отслеживала игру, назначала процент на общий банк ставок в доход клуба, и контролировала, чтобы никто не играл в долг. А ещё выдавала выигрыши и вела протокол. Платила еженедельные налоги, открывала и закрывала сейфы и вела учёт именных фишек, которые нельзя было подделать. И конечно же, считала деньги, без устали.

Играли обычно до утра.

Такой режим, он просто выматывал, так как утром я должна была всё проверить в самом отеле, меню и порядок в ресторане и на кухне, снять кассы в баре и забрать выручку из казино, и только вечером всё вывезти домой, сохраняя наличность в тайнике, о котором никто не знал.

Я спала без снов, просто отлетала, прикоснувшись головой к подушке. А если сны и были то, словно мутными и я не всё понимала в них. Всегда присутствовала огромная скорость на машинах, запредельная.

Я так никогда не водила авто, там в будущем. И мне всегда чего-то не хватало, во сне.

В какой-то страшный, очень безумный момент, ощутила себя, одним комком нескончаемой