Затмение; Год 1666 – Часть 1 - Нора Ольвич
«— ей бы доставило это большое удовольствие, хотя, возможно, она и находится в этом зале под видом мужчины, я уже ничему не удивился бы, наверное…».
А мне, как Автору этой истории, с хитрой улыбкой хотелось бы заметить возомнившему себя самым умным из присутствующих, месье Филиппу.
«— Очень большое удивление, у Вас ещё впереди! Так же будет стоять, как вы сейчас, на палубе своего судна потомок Константино делла Торризи и с удивлением наблюдать в подзорную трубу, как, один из наследников легендарного семейства д» Фуркево в поисках галеона «Святой Лукас» замрёт на набережной с высокомерным герцогом из Испании, всматриваясь вдаль, ища свою пропажу'.
А после Вы будете слушать рассказ от недовольных лиц членов команды, что остались на берегу в порту Нарбонна, о том, как истинный наследник капитана Фабьена, сопровождающий графиню делла Гутьеррес, вступив в свои права наследования, отбыл на вышеуказанном судне, в неизвестном направлении.
Хотя почему в неизвестном, многие слышали в разговорах моряков, оставшихся на судне, что графиня собирается посетить своё владение в Провансе.
Позже, читая небольшое письмецо от любящей сестры к вам, такая же, как и сейчас, восхищённая улыбка тронет ваши уста. И мысль, про достойную соперницу крылом заденет мысли.
«— малышка быстро учится, однако, хочется найти её раннее этих двух напыщенных и очень уверенных в своих правах на неё благородных мужей, что стояли не так давно в игровом зале. Значит, графиня, и к тому ещё и вдова…., умно. И я почему-то уверен, что документы у неё все будут в порядке, а значит, Торризи не смогут заявить на неё свои опекунские требования как ближайшие родственники, впрочем, как и я».
И ветер тронет прядь тёмных, густых и таких непослушных кудрей задумавшегося мужчины, потому что ветру совершенно без разницы с кем проводить в пустых играх время, трепля и разбрасывая завитые по последней моде причёски. «- куда направит она свою команду в этот раз, уж мне то, как раз не всё равно где и с кем её искать».
Прекрасно понимая, искать он её всё равно будет, что девочки рождены, чтобы их защищать и оберегать, и что невозможно предугадать взбалмошное решение данной молодой особы. Так думал он в тот момент, даже не догадываясь, что у судьбы на него совсем другие планы. И по её счетам всегда приходиться платить.
А далее, мужчина встретится взглядом с нечитаемым тёмным взором герцога. И словно услышав немой посыл того о том, что разгадка такой изящной и необычайно удивительной тайны как графиня Дениза делла Гутьеррес сейчас первостепенно важна, и является именно его задачей, так, как только он знает девушку в лицо и немного общаясь с ней когда-то, может предугадать дальнейшие её поступки.
«— в том то и дело, что на сей момент это самое сложное и практически невозможное определение».
И вспомнилась её мечтательная улыбка и слова восхищения про карнавалы Венеции, будто оставила она там что-то очень важное для себя, хотя если и бывала там, когда-либо, то только исключительно в раннем детстве.
А ещё покоя не давала статуя, развивающиеся одежды которой омывали воды фонтана в парке гостиницы, в Тулузе.
«— не сама ли „Роза Океании“ запечатлена в это фигурке девушки, словно бегущей по волнам»?
Её лицо было необычайно знакомо, будто любил он когда-то эту незнакомку, проводя с ней романтические ночи именно в Венеции.
— Вероятно вашу сестру мало секли в детстве. Откуда столько безумной непредсказуемости в ней? Сеньор, я с вами разговариваю?
— В нашей семье сеньор герцог детей не наказывают, особенно телесно, а девочек, рождённые мальчики холят, лелеют и защищают от неприятностей.
— Так что же, где искать галеон, с графиней в таком случае?
— Возможно, они объявятся в Провансе…
* * *
Впервые, возможно, за всё пребывание в семнадцатом веке, на какой-то момент, я пришла в полное согласие с собой, ещё раз уверенно просматривая карту Франции, особенно Южно — Восточное её побережье. Вполне себе отдавала отчёт, насколько будет предсказуемо оказаться в Марселе, и затем допустим в Париже, или в имении в горах. Мало было затаиться, нужно было смешать с толпой, и стать достаточно известной личностью, на столько известной, что даже слегка надорванная рюша на платье мадам графини — это просто немыслимый по своему масштабу конфуз.
Мысли роем жужжали, советуя уехать куда глаза глядят подальше от всех.
«— так, неожиданно судно вдруг стало принадлежать вам мадам графиня, можно, да хоть в Питер мотнуть».
«— далеко и холодно там зимой, уж лучше в Венецию, скоро открытие карнавала, бал у Дожа, представления и куча эмоций».
«— Новый Свет, мадам»?
«— да что вы, историю не учили, Моя Леди? Я только в драке с индейцами за Америку в очереди не стояла».
И дрожь предвкушения пробежала внутри. Как же всё классно сложилось в единую, точную и самую выигрышную комбинацию для нас, несчастных беженцев из Шотландии и Нормандии.
Это же «роял стрит флеш», словно так и нужно было! Однозначно вся жизнь одна большая игра в покер.
Судно, дарованное судьбой прямо в руки. Когда ещё Филипп предъявит на него права. Хотя небольшое письмо, оставленное в таверне, где проживал помощник капитана, Моррис, наверное, братца огорчит. Возможно, и разозлит, а после, верю, что восхитит. Он же сам говорил, что невероятно интересно иметь младшую сестрёнку. Всего несколько слов, посланных ему в спешке:
«— „Святой Лукас“ у меня. Люблю. Дениза».
Думаю, они обрадуют его, ведь это прямое подтверждение того, что я помню о нём.
Почему у меня такое чувство, что мне не впервой угонять чужое транспортное средство? Вероятно, мне это только кажется, но с другой стороны, я словно утолила свой «голод». И вовсе я его не угоняла, просто мой близкий друг совершенно удачно стал его собственником. Я имею в виду шевалье Ноэля.
Дом так неожиданно стал моим, то есть нашим, что грех этим не воспользоваться. Я имею в виду, что в Венеции можно будет временно остановиться в доме того синьора из Флоренции, который проигрался вконец в казино, и что так и не вернулся. Стоит, конечно, разведать, о доме, что на острове Мурано, в котором мы жили когда-то с Арманом, хотя боюсь, в нём меня задушат ностальгия и воспоминания о