Вниз, к звёздам. Том I - Нюта Либра

– Если бы здесь были камеры, милая, вас заставили бы заплатить за ущерб.

Аня медленно обернулась. Сердце её колотилось с такой невероятной быстротой, что готово было вот-вот проделать огромную дыру в груди и упасть рядом с рассыпавшейся вазой. Она ожидала встретить в этом кабинете кого угодно, но только не противного Дракулу, с которым ей пришлось столкнуться на лестнице. Его мрачный облик всё ещё навевал тревогу и страх, а хищная ухмылка, похоже, застывшая на политом бронзой лице, вызывала беспокойство. Мужчина выглядывал из-за высокого шкафа, спрятав руки в карманы и с любопытством разглядывая собеседницу.

– Что? Как вы здесь оказались? – дрожа, точно колышущийся листок на ветру, спросила Аня.

Кажется, Дракула уловил растерянность девушки и поспешил смягчить ноты своей напыщенной речи:

– Как и все нормальные люди: пришёл. Ногами.

– Это я вижу.

– Тогда зачем спрашивать? – покидая засаду, отозвался Дракула. Взгляд его чёрных глаз метнулся к изящным ногам Ани, ленивой ланью прошёлся по её животу, а затем неторопливо поднялся к лицу. Девушку обдало волной удушливого жара. Происходившее с ней не поддавалось никакому логическому объяснению. Несмотря на то, что её тело покрывала плотная ткань платья, Аня ощущала себя абсолютно раздетой, как будто взгляд мужчины внезапно стал осязаемым и, превратившись в грозного ворона, сорвал с неё всю одежду. Но сделал это не для того, чтобы увидеть, что скрывалось под тканью, а для того, чтобы рассмотреть душу и прочитать мысли.

– Если вы таким же образом общаетесь со всеми женщинами, – с трудом шевеля пересохшими губами и оборонительно скрестив руки на груди, заявила девушка, – то неудивительно, что отсиживаетесь здесь во время всеобщего веселья.

– Если там так весело, то что вы здесь делаете? Ах, да, я забыл: бьёте посуду, – заметил Дракула, обнажая белоснежные зубы, на фоне его бронзовой кожи казавшиеся слегка неестественными.

Аня попробовала переменить тему:

– Похоже на сцену из «Унесённых ветром». Немного.

– Вот только мы не живём во времена благородных джентльменов и благовоспитанных дам, – тяжело вздохнув, Дракула сделал несколько шагов навстречу девушке. Она отпрянула назад, непроизвольно согласившись с ним:

– К сожалению.

– Именно. Ваше поведение, к слову, тоже нельзя отнести к добропорядочному.

– Что вы…

– Замужняя женщина навязывается мужчине, – произнёс Дракула. Он словно размышлял вслух, а его голос с каждым словом становился более сладким и липким, как мёд, – и он явно не является её супругом.

– Это вас совершенно не касается, – огрызнулась девушка. Бестактность мужчины выходила за пределы её понимания.

– Я мог бы предположить, что вы лишь помолвлены, так как кольцо надето на правую руку, – продолжил мужчина, оперевшись спиной о стену, – но небольшой акцент, проскальзывающий в вашей речи, наводит на другую мысль: вы – иностранка и носите кольцо на той руке, на которой привычно его носить в стране, откуда вы прибыли.

Аня невольно поправила обручальное кольцо, бросив на мужчину взгляд, просто кишащий злобой и ненавистью:

– Лучше занимайтесь своими второсортными шуточками.

– Если мне не изменяет память, вас мои второсортные шуточки изрядно повеселили около часа назад.

– Я просто засмеялась, чтобы не ставить вас в неловкое положение, потому что никто из окруживших вас дам не понял смысл вашей шутки, – закончила Аня и развернулась к двери. Дракула в три широких шага преодолел расстояние, разделявшее их, и, встав позади девушки, спросил:

– Не хотите узнать, собираюсь ли я доложить об инциденте хозяину дома?

– Делайте, что хотите, – бросила Аня и пулей выскочила наружу. Она бешеным вихрем пронеслась мимо пары женщин, шептавшихся о чём-то у широких резных дверей, покрытых позолотой. Её колотило, руки тряслись от гнева, а глаза наполнились слезами.

Девушка забежала в угол и, обхватив себя руками, позволила слезам протаптывать влажные следы на щеках. Гнев, порождённый новостью о скорой помолвке Джеймса, соединился со злостью, которую пробудил в ней разговор с Дракулой. Мало того, что этот мерзавец позволил себе подслушивать чужие беседы, затаившись в засаде, как жалкий сплетник, так ещё и набрался наглости упрекать её в недостойных делах. А Аня всего-навсего хотела открыть свои чувства. Разве признание в любви считается недостойным?

– Энни, что случилось? Тебя кто-то обидел?

Аня вздрогнула и принялась быстро вытирать слёзы тыльной стороной ладони. Логан подступил к ней так скрытно, что она не успела переключить кнопку «гнев» на «дружелюбие» в голове и выпалила:

– Вот тебя только не хватало.

Логан обескураженно уставился на девушку. В махагоновых глазах лунным светом, блуждающим по поверхности неизведанной планеты, проявлялись проблески нежности и замешательства. Однотонная поплиновая рубашка идеально сидела на молодом человеке, повторяя округлые формы его широких плеч, а чинос кремового цвета визуально удлиняли его ноги, создавая иллюзию большего роста. Хотя макушка парня находилась примерно на том же уровне, что и Анина. Судя по довольно небрежному виду и слегка растрёпанным каштановым волосам, он пришёл отнюдь не на серьёзное и важное мероприятие. Или же Логан не придавал никакого значения своему внешнему виду. По крайней мере, это должно было броситься в глаза ещё при первой встрече.

– Прости, – виновато потупив взгляд, промолвила девушка. Насколько бы горе ни поглотило её, вины Логана в случившемся не было. Это ведь не он надоумил Джеймса на помолвку.

– Ты не должна извиняться за то, кто ты есть, – парень бережно провёл указательным пальцем по не успевшей высохнуть щеке девушки. Ощутив солёную влажность на коже, Логан нахмурился. Чтобы не вдаваться в тяжёлые разъяснения, Аня намеренно принизила обеспокоенность парня вопросом:

– Когда начнётся аукцион?

Логан решил среагировать таким же способом:

– Энни, что случилось?

– Я просто собиралась кое-что кое-кому отдать, но не получилось, – помахав письмом перед носом парня, призналась девушка.

Логан выхватил письмо из рук Ани:

– Что это?

Девушка постаралась вернуть письмо, но парень поднял бумагу над головой, вынуждая её встать на носочки и потянуться вверх.

– Отдай!

Логан поднял письмо ещё выше. Аня подпрыгнула, но не достала до цели. Оступившись, она поставила каблук на кроссовку парня с высокой подошвой. Логан засмеялся.

– Совсем не смешно, – насупилась девушка, – Ты ведёшь себя как ребёнок.

– Не я, а ты ведёшь себя как ребёнок. Я задаю простой вопрос, а ты, Энни, вместо того, чтобы ответить, уклоняешься.

– Ладно, – отступив, поддалась девушка, – это письмо я написала Джеймсу. Но отдать не смогла. Ясно?

– Постой, – задумчиво просовывая между пальцами белый клочок бумаги, свёрнутый пополам, проговорил Логан, – Там что-то очень значимое написано?

Аня тяжело вздохнула: она не предполагала, что ей придётся отчитываться перед приятелем из-за такого пустяка,