Отпустить 10-го - Хлоя Уолш

Сорок пять минут спустя на обочине возник указатель «Робин-Хилл-роуд», и меня охватила гордость — какой я молодец, сумел найти дорогу без посторонней помощи. Вскоре впереди показались ворота Олд-Холл-хауса, за которыми раскинулась внушительная усадьба.

К подъездной аллее примыкала пешеходная калитка, которая никогда не запиралась. Я прошмыгнул внутрь и снова принялся крутить педали.

Когда я заехал во двор, из дома вышел Майк.

— Хью? — Его брови удивленно взметнулись. — Не ждал тебя в гости.

Буркнув «ясно», я слез с велосипеда и дальше покатил его.

— Можно войти?

— Конечно, сынок. — Пожав плечами, Майк направился к конюшням. — Элизабет у себя.

Очутившись внутри, я двинулся к внушительной лестнице. С каждым шагом сердце билось все быстрее.

— Лиз? — Я без стука распахнул дверь.

Лиззи лежала, свернувшись клубочком посреди кровати, и от этого зрелища мое сердце едва не остановилось. Я ринулся к ней и опустился на матрас.

— Ты спишь?

Никакой реакции.

— Эй. — Я легонько тронул ее за плечо. — Это я.

От моего прикосновения Лиззи впала в бешенство. Она лягалась, молотила руками, но при этом не произносила ни слова. Только остервенело билась в гробовой тишине.

— Господи! — Я испуганно отпрянул и примирительно выставил ладони. — Лиззи, это я, Хью.

Услышав мое имя, она замерла.

— Хью?

— Да, Лиз. Перевернись и посмотри на меня.

Тянуло подойти к ней, но вдруг она против?

Она с огромным трудом повернулась, подняла глаза — и в грудь словно вонзили острый нож. Глаза были совершенно чужие. Не голубые, как раньше, а почти черные.

— Извини, — шепнула она, подсунув руки под щеку. — Я думала, что до сих пор сплю.

— Все нормально. — Я снова шагнул к кровати. — Тебе приснился кошмар?

— Мне всегда снятся кошмары, — пожала плечами Лиззи.

— Расскажешь мне?

— Слишком устала, — покачала головой она.

— Можно сесть?

Она кивнула.

Я с облегчением опустился на постель.

— Я за тебя беспокоился.

— Хм. — Ее веки затрепетали. — Со мной все хорошо.

Нет, не хорошо.

Совсем не хорошо.

— Что случилось?

— Я плохо себя вела, — забормотала она.

— Плохо себя вела?

Кивок.

— Не понимаю.

— Аналогично. — Она провела языком по пересохшим губам. — Я больна, Хью.

— Больна? — У меня упало сердце.

— Вот здесь, — постучала пальцем по виску Лиззи.

— Ничего подобного. — Я не сдержался и погладил ее по щеке. — С тобой все отлично.

— Я больна. — Ее ладонь высунулась из-под одеяла и накрыла мою. — У меня проблемы с головой.

— Не говори так, — в панике возразил я. — Ты моя Лиззи. Такая же, как прежде.

— Врач назначил новое лекарство, — ответила она, удерживая мою руку на своей щеке. — От него я постоянно усталая.

— Ты ему говорила?

— Так надо, — вяло кивнула Лиз.

— Чем тебе помочь?

— Останься, — всхлипнула она. — Не уходи.

— Не уйду, Лиз. — Меня охватило непреодолимое желание заключить ее в объятия. — Я буду рядом.

— Что бы ни случилось?

— Да, Лиз. — Я погладил ее по щеке и поцеловал в макушку. — Что бы ни случилось.

— Хью, я когда-нибудь поправлюсь? — Она смотрела на меня так, словно я знал все ответы. — Стану нормальной, как другие девочки?

От слов Лиззи сердце разрывалось на части, и мне захотелось развеять ее страхи.

— Держи ушки на макушке, сейчас я открою тебе секрет.

— Секрет?

— Ага. — Я бережно взял ее за плечи, помог сесть и откинул с лица спутанные пряди. — Никаких «нормальных» не существует, Лиз. Это слово придумали специально, чтобы заставить людей вести себя одинаково и подгонять под стандарты.

— Правда?

Без понятия, но моя теория звучала именно так.

— Это просто слово, — повторил я, вытирая с ее щеки слезинку. — А ты слишком уникальна и не подходишь под общие стандарты.

— Серьезно?

— Ага, — кивнул я с улыбкой. — Тебя невозможно описать одним словом, Лиз, особенно таким скучным, как «нормальная». И знаешь что? Я бы ничего в тебе не менял. Меня это полностью устраивает. Мне нравится, что ты нестандартная.

Всхлипнув, Лиз взяла меня за руку.

— Ты правда не стал бы ничего менять?

— Правда.

— Но почему?

— Иначе ты будешь не ты. — Я снова вытер ей слезы. — А мир без Лиззи Янг — только карикатура.

— Карикатура, — медленно повторила она.

— Понимаю, ты устала и вполне можешь отказаться, но не хочешь прогуляться вместе со мной?

Лиззи долго не сводила с меня глаз, а потом кивнула.

— Да, Хью. С удовольствием.

Вялая, неуклюжая, я бродила с Хью по необъятным задворкам нашего участка, спотыкаясь на каждой кочке и ямке, однако Хью с безграничным терпением помогал мне, поддерживал.

Я чувствовала себя как медведь после зимней спячки. Зыбкий солнечный свет казался непривычным, а вот ладонь Хью — родной.

Обычно Хью ходил гораздо быстрее, а сейчас был вынужден плестись еле-еле, однако он не упрекнул меня ни словом, и впервые за долгое время я почувствовала себя живой.

Мы часами блуждали по полям и тропинкам, и Хью рассказывал обо всем, что случилось с нашей последней встречи. Слова скользили мимо моего сознания, не задерживаясь в нем, однако меня успокаивал сам звук его голоса, и я мечтала, чтобы друг говорил со мной без остановки.

Сложно описать спокойствие, которое охватывало меня рядом с Хью.

В его присутствии было так легко чувствовать себя живой.

Знаю, звучит странно, но по-другому не скажешь.

Рядом с Хью жизнь становилась гораздо легче.

Легче становилось, если я делила жизнь с ним.

Казалось, мы гуляли целую вечность и вернулись уже затемно, однако мне не было страшно. Доблестный рыцарь меня защитит. Он прогонит монстров и никогда не выпустит мою руку.

Что бы ни случилось.

— Вот черт, — застонал Хью, когда мы завернули за угол и увидели машину его мамы. — Мне крышка, Лиз.

Я хотела спросить почему, но Шинейд меня опередила.

— Хью Эндрю Биггс! Надеюсь, это ты прячешься там за домом!