Отпустить 10-го - Хлоя Уолш

— Господи, она не на шутку разозлилась.

— Почему? — удивилась я.

— Ну, я не сказал маме, что собираюсь в гости, — смущенно ответил Хью. — И не спросил разрешения поехать к тебе.

— Ясно, — впервые за долгое время хихикнула я. — Тогда тебе точно крышка.

— Элизабет Элеонор Янг! — А это уже кричала моя мама. — Верни мальчика матери, немедленно!

— Да, Элизабет. — Хью шутливо поиграл бровями. — Верни мальчика матери, немедленно.

На сей раз я улыбнулась во весь рот.

После парада в честь Дня святого Патрика Кэтрин Янг пригласила нас в Олд-Холл-хаус поиграть. В такую прекрасную погоду дома сидеть не хотелось, и мы решили строить домик на дереве.

Гибс, Фили и Клэр рылись на конюшнях в поисках подходящих материалов, а мы с Лиз поочередно исследовали сараи на другом конце участка.

Затея с шалашом тут же вылетела из головы, когда в одном из сараев обнаружился затянутый паутиной велосипед.

— Подержишь?

— Ага.

— Взяла, Лиз?

— Да, Хью.

— Отлично.

Одобрительно кивнув, я смазал цепь на ржавом ведре под названием «велик», потом натянул ее обратно и для надежности подрегулировал звенья.

— Ну вот, готово.

— Так просто? — восхитилась Лиз.

— Угу. — Убрав подножку, я придержал велосипед, и Лиз вскарабкалась в седло. — Прокатись. Посмотрим, не слетит ли цепь.

Она с бешеной скоростью закрутила педали.

— Переключи передачу! — засмеялся я, не в силах оторвать взгляд от белокурой велосипедистки. — Держится?

— Держится! — донесся звенящий от радости голосок. — Ты его починил.

Я с довольной улыбкой вытер руки о тряпку, наблюдая, как моя лучшая подруга нарезает круги по двору.

— Осторожно, Лиз! Тормоза страшно клинит.

— Плевать, — со смехом ответила она, проносясь мимо. — Не хочу тормозить, Хью. Хочу ехать еще быстрее!

— Она такая счастливая, — послышалось за спиной. (Обернувшись, я увидел маму Лиз, и ее улыбка ничуть не уступала дочкиной.) — Ну и скорость!

— О да. Лиззи — настоящая сорвиголова.

— Ты очень хороший друг, Хью, — обратилась ко мне Кэтрин. — Спасибо.

— Лиззи тоже хороший друг, — пожал я плечами, косясь на хрупкую женщину. — Как вы себя чувствуете, Кэтрин?

— Ну разве ты не прелесть. — Она растроганно улыбнулась. — Мне гораздо лучше, спасибо.

У меня камень свалился с души, и я улыбнулся в ответ. Мне очень нравилась Кэтрин Янг. Славная женщина. Безумно жаль, что она не вылезает из больниц. Я понимал почему — мама мне все подробно объяснила — и всячески желал ей выздоровления. Даже молился за нее перед сном. Каждый день, без единого пропуска — для надежности.

— Лиз тоже чувствует себя гораздо лучше, — ответил я на ее немой вопрос, который она не отважилась бы задать вслух. — Она много смеется, шутит, как раньше.

Я ничуть не кривил душой. После Нового года Лиз пошла на поправку и перестала скрывать от меня свой диагноз, хотя и без подробностей.

Она по секрету рассказала мне о таблетках, которые принимает каждый день — «они делают тебя стабильной и от них не чувствуешь усталости». Рассказала про обязательные — раз в два месяца — походы к психиатру, похожему на Санта-Клауса.

У нее по-прежнему бывали периоды нехорошего затишья; в такие дни она не просто грустила, а казалась совершенно опустошенной. К счастью, случались эти периоды намного реже. Жизнь моей лучшей подруги более или менее наладилась.

— Ты славный мальчик, Хью Биггс. — Кэтрин похлопала меня по руке. — Твоей маме очень повезло.

После починки Ржавого Ведра (так мы решили и дальше называть велосипед) и хлопотного марш-броска с досками через луг затевавшийся изначально домик на дереве наконец начал приобретать очертания.

Мы отыскали на лугу отличный дуб, смастерили на самой крепкой ветке пол. И даже возвели бы стены, но, когда Фили вместо гвоздя врезал себе по пальцу, Гибс закатил истерику и зашвырнул наш единственный молоток в густую траву. Тщетно мы впятером шарили по полю. С тем же успехом можно было искать иголку в стоге сена.

— Джерард ведь извинился, — в сотый раз оправдывала его Клэр. — Он найдет другой молоток. Вот увидишь.

— Интересно где? — сердито огрызнулся я. — У себя в заднице?

— Хью! — возмутилась Клэр, а Лиззи хихикнула. — Не выражайся.

— Клэр, через час уже стемнеет, — спокойно заметил Фили.

— Вот именно! — рявкнул я. Сгущались сумерки, света оставалось все меньше. — Даже если он достанет молоток, мы все равно не успеем сколотить стены.

— И тем более крышу, — подхватил Фили.

— О господи, ребята, гляньте! — Лиззи со смехом ткнула пальцем в сторону.

Мы с Клэр как по команде обернулись и увидели, что Гибси тащит по земле кувалду.

— Народ, я нашел другой!

— Ой, не могу, — хохотала Лиззи. — С этим молотом он вылитый Тор!

— Гибс, ты слышал? — засмеялся Фили. — Лиззи говорит, ты похож на супергероя.

Гибси с хищной ухмылкой подмигнул и напряг воображаемые мускулы.

— О да, Тор, — подбадривала Лиззи. — Поиграй мускулатурой.

— Это лучшие праздничные выходные! — восторженно объявила в воскресенье Лиззи, пока мы бродили по ярмарке.

Завтра ей исполнялось девять, и жизнь была прекрасна. Погода радовала, Кэтрин отлично себя чувствовала, а девочка рядом со мной сияла. Лиззи в буквальном смысле светилась.

Не выпуская ее ладонь, я благополучно пробился сквозь толпу у фургончика с мороженым, умудрившись сохранить наши рожки в целости и сохранности. На другом конце площади наши семьи ждали, когда начнется танцевальный конкурс.

— Напрасно ты не попросил мятный сироп. — Лиззи слизнула с рожка зеленую каплю. — Очень вкусно.

— Нет, спасибо. Предпочитаю старую добрую ваниль, — с улыбкой обернулся к ней я.

Лиз совсем не походила на других девочек вокруг: ни пышного платьица, ни розовых шортиков с логотипом поп-группы Boyzone — последний писк моды, если судить по количеству таких шортиков, — ни нарядных бантиков в