Краткая естественная история цивилизации - Марк Бертнесс

из более сильных и здоровых людей. Скорее всего, в нашем понимании развития и распространения человеческой цивилизации будет еще много уточнений. Одна из захватывающих теорий основана на двадцатилетней работе покойного немецкого археолога Клауса Шмидта, производившего раскопки на объекте Гёбекли-Тепе в горах Турции в верховьях реки Евфрат, недалеко от сирийской границы с видом на Плодородный полумесяц. Гёбекли-Тепе, внушительное сооружение с расположенными концентрическими кольцами большими каменными колоннами, не связано с какими-либо городами и, как полагают, использовалось для религиозных церемоний. Что делает Гёбекли-Тепе необычным, так это его возраст: комплекс действовал ранее 10 000 лет до н. э., то есть он предшествовал гончарному делу, колесу и городам, возникшим в результате сельскохозяйственной революции[96]. Это может говорить о том, что оседлый образ жизни и цивилизация развивались из ритуальных центров и стремления жить вблизи священных ритуальных мест. Согласно этой теории, мифология сначала организовывала население в отдельных местах, а затем эти общины, чтобы обеспечивать себя, обращались к сельскому хозяйству. Но обсуждаемые здесь закономерности естественной истории не согласуются с этой гипотезой. С позиции естественной истории, одомашнивание представляется продуктом коэволюционных взаимодействий, аналогичных отношениям между цветами и их опылителями, а не изобретением уже сложившегося сообщества. Хотя, как представляется, существуют и другие подобные Гёбекли-Тепе досельскохозяйственные центры, но исходя из четкого представления о том, что мифология ведет к конфликту цивилизаций, наряду с нашими знаниями о центральной роли сотрудничества между организмами, сельское хозяйство было эволюционным фактом, а не творческим актом.

Так как же нам быть с Гёбекли-Тепе? Возможно, это след ранней культуры шаманства, возникшей благодаря опытам с психотропными растениями и явившейся одним из первых материальных проявлений религиозной мифологии. Если это так, это будет означать, что мифология развивалась одновременно с одомашниванием растений, особенно психотропных растений, и таким образом это вписывается в детерминистическую, эволюционную концептуальную модель. Кроме того, церемониальные центры, первобытная религия и эксперименты с определенными растениями могли играть гораздо более важную роль в ранней цивилизации, чем считается в настоящее время. Сочетание психотропных экспериментов и иерархического порядка цивилизации может стать почвой, на которой выросли высоко стратифицированные религии, долгое время контролировавшие цивилизации через правящие семьи царей и священников[97].

Естественный отбор – эффективный инструмент, но близорукий. Он работает из поколения в поколение без долгосрочного планирования или дальних целей. Он отвечает на вызовы среды обитания, и с течением времени меняет организмы и экосистемы, но это не означает, что то, что отобрано, будет всегда работать на общую долгосрочную стабильность и устойчивость.

Краткосрочные репродуктивные преимущества, явившиеся следствием сельскохозяйственных революций, привели к взрывному росту населения и, в конечном итоге, к господству человека на нашей планете. В геологическом масштабе времени это произошло чрезвычайно быстро: менее 1 % времени от появления людей на Земле и менее 0,001 % от времени распространения растений и животных по земной поверхности. Мы еще не до конца осознали, сколь значительно ускоренная траектория цивилизации повлияла на эволюцию человека и планеты в целом. Что мы действительно знаем, так это то, что цивилизация принесла с собой искусство, технологии, религию и науку, но также и множество издержек, которые мы сегодня все еще оплачиваем и умножаем.

Я уже указывал на одну из издержек иерархической, стратифицированной цивилизации, а именно на формирование правящей элиты и мифологий, которые будут доминировать в массах. Это осуществилось ценой образа жизни, где все были необходимы и важны для успеха и выживания группы. Переход к более стратифицированному устройству имел свой смысл, так как раннее земледелие нуждалось в сообществах людей с различными уровнями важности и заменимости, и эта система со временем только все более укоренялась и усложнялась. Первые фермеры, конечно же, не имели понятия о том, что стратифицированная структура городов, отделяющая управляющих от управляемых, приведет к экономическому и социальному неравенству, обостряющему классовые конфликты внутри возникающих городов и между ними. Но после укоренения оседлого образа жизни существование городов-государств с их многочисленным и растущим населением стало возможным благодаря сельскохозяйственной революции и принятию решений на уровне сообщества, контролируемого правящим классом и религиозными лидерами, сражавшимися друг с другом на фоне сокращения доступных ресурсов (Рисунок 4.3)[98].

Рисунок 4.3. Ассирийский каменный рельеф с изображением боевой колесницы (около 2000 г. до н. э.). Поскольку местные ресурсы истощались, а механизм принятия решений находился в руках у правящего класса, представителей низших классов часто отправляли на войну за ресурсы, необходимые растущему населению.

Оригинальный рисунок на основе общедоступных источников.

В этом отношении города-государства действовали как внутренне сотрудничающие суперорганизмы, конкурируя с другими суперорганизмами за те же земли, те же материальные ценности и ту же воду. Возникли агрессивные воинственные культуры, создавшие города-крепости, такие, как Иерихон, и первые в мировой истории постоянные армии. Ископаемые человеческие останки той эпохи подтверждают рост агрессивных, враждебных отношений между людьми, о чем свидетельствует увеличение числа следов насильственных травм. Наследие этих ранних войн живо и по сей день. Жестокая ирония истории состоит в том, что страны, находящиеся сейчас в тех местах, которые мы называем Колыбелью цивилизации, и спустя примерно 8000 лет постоянно разрушаются войнами[99].

Другие регионы также несли это бремя. Смертельные конфликты за ресурсы и войны между конкурирующими городами и мифологиями были фактически правилом среди развивающихся цивилизаций, как обсуждалось в книге Фрэнсиса Фукуямы 2011 г. «Происхождение политического порядка». Эти «болезни роста» цивилизации были наиболее острыми в Китае, где культура бесконечной войны длилась почти пять веков.

Фермеры также не могли предвидеть конфликтов с природой, последовавших в скором времени после создания городов. Не имея представления о микробной природе болезней, жители первых городов не могли знать, что увеличение плотности населения создаст почву для распространения болезней (а плотность населения в Плодородном полумесяце вследствие улучшения снабжения продовольствием увеличилась в пять раз всего за несколько тысячелетий). Точно так же в XX веке мы не знали, что применение инсектицидов ослабляет скорлупу яиц хищных птиц, что привело к почти полному исчезновению ястребов, орлов и других пернатых хищников. Мы не знали также, что широкомасштабное земледелие в засушливых местообитаниях истощит земли и приведет к накоплению соли и опустыниванию. Подробнее об этом позже[100].

Аграрный образ жизни сильно повлиял и на здоровье человека. Полагаться на небольшое количество источников пищи – значит иметь менее разнообразную диету, часто основанную преимущественно на зерне и углеводах. Это вело к проблемам с зубами, низкой рождаемости, снижению роста взрослого населения и сокращению продолжительности жизни. Все более оседлый образ жизни также косвенно приводил к