Философия как высшее удовольствие - Платон
– Каким же образом?
– Ведь когда мысленно допустишь в них какое-нибудь из тех свойств, – всегда прежде начала является иное начало, после конца – другой, остающийся конец[130], а в средине – иная, еще более средняя средина, но меньшая – потому что, за несуществованием одного, невозможно схватить каждую из них, как одну.
– Весьма справедливо.
– И та́к необходимо, думаю, дробится в делении все сущее, какое кто берет мысленно; потому что берется, вероятно, масса, без одного.
– Конечно, так.
– Такое-то сущее – тому, кто смотрит издали[131] и тупо, не необходимо ли является одним, но мыслящему вблизи и остро – беспредельным в каждой из отдельностей, – поколику они лишены одного, как не существующего?
– Весьма необходимо.
– Таким образом иное, в своих отдельностях, – как скоро одного нет, а есть иное в отношении одного, – должно являться беспредельным и имеющим предел, одним и многим.
– Должно.
– Не покажется ли оно также подобным и не подобным?
– Почему же?
– Например, фигуры на картине для стоящего вдали, сливаясь все в одно, являются с одними и теми же свойствами и становятся подобными.
– Конечно.
– А кто подошел-то, тот видит многое и различное; по представлению же различного, видимое признает инородным и не подобным одно другому.
– Так.
– Значит, и самые массы необходимо должны являться и подобными, и не подобными, как самим себе, так и одни другим.
– Конечно.
– А потому, и теми же и взаимно различными, и соприкасающимися и обособленными, и имеющими все виды движения и совершенно неподвижными, и рождающимися и погибающими, и ничего такого не обнаруживающими и обнаруживающими все такое, – что́ раскрыть было бы нам уже не трудно, если, при несуществовании одного, мы положим многое.
– Весьма справедливо.
– Взойдем еще однажды к началу, и скажем: если одного нет, то чем должно быть иное в отношении одного?[132]
– Да, скажем.
– Ведь иное не будет одним.
– Ка́к быть.
– Да не будет и многим-то; потому что во многом находилось бы и одно: а когда ни в чем этом нет одного, – все вместе оно ничто; так что не будет и многого.
– Правда.
– Если нет одного в ином, иное не есть ни многое, ни одно.
– Конечно, так.
– Да и не является ни одним, ни многим.
– Почему же?
– Потому что иное ни с чем из не существующего нигде, никаким образом и никакого не имеет общения[133], и ничто из не существующего не содержится в чем-нибудь ином, так как у не существующего нет и частей.
– Правда.
– Стало быть, в ином нет и мнения о не существующем или представления, и не существующее вовсе никак не мнится для иного.
– Конечно нет.
– Следовательно, если одного нет, то и не мнится что-либо иное, ни как одно, ни как многое; потому что без одного мнить многое невозможно.
– Невозможно.
– Стало быть, если нет одного, – иное и не есть, и не мнится – ни как одно, ни как многое.
– Походит, что нет.
– То же и как подобное и не подобное.
– Конечно нет.
– Да и как тожественное и различное, соприкасающееся и обособленное, или в связи с другими свойствами, в которых мы проследили выше его явления: этих свойств иное не имеет и в них не является, если одного нет.
– Правда.
– Итак, сказав кратко: если одного нет, то нет ничего, – не правильно ли мы скажем?
– Без сомнения, правильно.
– Скажем же и это, и, как видно, то, что если одно есть, или одного нет, то как само оно, так и иное, и в отношении к себе, и в отношении одно к другому, совершенно все есть и не есть, всем является и не является.
– Весьма справедливо.
Примечания
1 Адимант и Главкон, которых братом по матери представляется здесь Антифон, с первого взгляда могут быть сочтены за братьев Платона (см. Groen von Prinsterer, Prosopogr. Plat. p. 207 sqq). Так думали действительно Плутарх (De fraterno amore, p. 484 E, ed. Franc.) и Прокл (Comm. in Parm. t. IV, p. 67), который Антифона почитает младшим братом Платоновым. Но Шлейермахер остроумно замечает: каким же образом Антифон мог беседовать с Зеноновым другом Пифодором в то время, как Сократ едва достиг только юношеского возраста? Также и Аст (De vita et scriptis Pl. p. 244) этих Главкона и Адиманта прямо отличает от соименных им братьев Платона. Теперь относительно этих лиц дознано еще более. В последнее время К. Герман доказал, что и те Главкон и Адимант, которые беседуют в «Государстве», не были братьями Платона; потому что Главкон, как свидетельствует Ксенофонт, был младшим братом Платоновым и мог родиться лишь около 428 года до Р. Х., тогда как разговор происходил около 430 или 431 года. Поэтому остается предположить, что Адимант и Главкон, беседующие как в «Государстве», так и в «Пармениде», были не братья, а только старшие по колену родственники Платона, носившие, согласно с обычаем афинян, те же родовые имена.
2 Могут подумать, не тот ли это Кефал, отец оратора Лизиса, что́ разговаривает с Сократом в начале Платонова «Государства». Но, по моему мнению, тут вовсе нет места недоумению. Платон в «Пармениде» прямо называет Кефала не сиракузским, как в «Государстве», а клазоменским: ἐπειδὴ οἴκοθεν ἐκ Κλαζομενῶν ἀφικόμεθα κ. τ. λ. Притом о сопутниках своих, пришельцах клазоменских, этот Кефал говорит: οἵδε πολῖταί μοί εἰσι, и рассказывает, что Антифон был еще мальчиком, когда он τὸ πρότερον ἐπεδήμησα ἐκ Κλαζομενῶν, из чего видно даже, что он долго жил в Клазоменах. К Кефалу, отцу Лизиса, все это нисколько нейдет, потому что он в 4 году LXXVI олимп. переселился из Сиракуз и прожил в Афинах 30 лет (см. Lysiae, Adv. Eratosthen. p. 120, 20. Clinton. Fast. Hellen, p. 57, ed. Krüger).
3 Не угодно ли объявить, λέγοις ἄν, – очень обыкновенное у Платона употребление желательного наклонения вместо повелительного. Формула вежливости, которой по-русски соответствует фраза: не угодно ли, – напр., сделать или сказать то-то (см. De Rep. X, p. 608 D).
4 Герман из самого вступления к «Пармениду» очень хорошо определяет родственные отношения Адиманта, Главкона, Антифона и Перилампа с Платоном. Об отце Главкона и Адиманта в этом диалоге не упоминается, однако ж видно, что они были Платоновы родственники; ибо говорится, что брат их по матери был Антифон, сын Перилампа, того, вероятно, самого, который в «Хармиде» (p. 148 A) называется дядею Хармида. Но тот