Философия как высшее удовольствие - Платон

– Как?

– Все ко всему, вероятно, относится так: оно или то же, или отлично; или если не то же и не отлично, то, может быть, составляет часть того, к чему так относится, или же стоит к нему в отношении целого к своей части^[69].

– Явно.

– Так само одно есть ли часть себя?

– Отнюдь.

– Следовательно, не будет и целым самого себя, как бы части, стоя в отношении к себе, как к части.

– Потому что это невозможно.

– Но одно отлично ли от одного?

– Ну, нет.

– Стало быть, оно не отлично и от себя-то.

– Конечно нет.

– Так если оно само в отношении к себе не есть ни отличное, ни целое, ни часть, то не необходимо ли уже быть ему самому для себя тем же?

– Необходимо.

– Что же теперь? Тому, что находится в ином месте от себя, пребывающего в самом себе, не необходимо ли ему быть отличным от себя, если оно будет в ином месте?

– Мне кажется.

– А таким действительно представилось нам одно, что оно находится вместе и само в себе, и в другом.

– Да, представилось.

– Стало быть, таким-то образом^[70] одно, как видно, отлично от себя.

– Походит.

– Так что же? Если нечто от чего-нибудь отлично, то не от отличного ли будет отлично?

– Необходимо.

– Поэтому, что – не одно^[71], все такое не отлично ли от одного, равно как одно – от того, что́ не одно?

– Ка́к не отлично.

– Стало быть, одно будет отлично от иного.

– Отлично.

– Смотри же, само тожественное и отличное не противны ли между собою?

– Ка́к не противны.

– Так захочет ли то же быть в отличном или отличное – в том же?

– Не захочет.

– Следовательно, если отличное никогда не бывает в том же, то нет ничего из существенностей, в чем отличное пребывало бы когда-нибудь; ибо если бы оно было в чем-нибудь когда-нибудь, то тем временем отличное было бы в том же. Не так ли?

– Так.

– А как оно никогда не бывает в том же, то и ни в чем существенном никогда не может быть^[72] отличного.

– Правда.

– Стало быть, отличное не находится ни в том, что́ не одно, ни в одном.

– Уж конечно нет.

– Поэтому не чрез отличное-то будет отлично одно – от того, что́ не одно, и то, что́ не одно, – от одного.

– Конечно нет.

– Но, не приобщаясь отличного, они даже и чрез самих-то себя взаимно не будут отличны.

– Ка́к быть.

– Если же они не отличны ни чрез себя, ни чрез отличное, то не совершенно ли ускользнет всякое взаимное различие между ними?

– Ускользнет.

– Но ведь то, что́ не одно, не причастно и одного-то; ибо иначе было бы оно не не одно, а некоторым образом одно.

– Правда.

– То, что не одно, не было бы также и числом^[73]; потому что, имея число-то, оно та́к вовсе и не было бы не одним.

– Уж конечно нет.

– Что же? То, что не одно, не представляет ли собою части одного? Или та́к не одно было бы причастно одного?

– Было бы причастно.

– Следовательно, если всячески то́ есть одно, а это – не одно, то одно не будет ни частью того, что не одно, ни целым из тех частей; и наоборот, то, что не одно, не представится ни частями одного, ни целым по отношению к одному, как части.

– Конечно нет.

– Но мы сказали, что вещи, если они ни части, ни целое, ни взаимно различны, будут между собою тем же.

– Да, сказали.

– Скажем ли, стало быть, что и одно, коли оно та́к относится к тому, что не одно, есть то же^[74] с ним?

– Скажем.

– Стало быть, одно, как видно, отлично и от иных вещей, и от себя, равно как тожественно и с ними, и с собою.

– По ходу-то рассуждения, должно быть, так.

– Так не будет ли оно и подобно, и не подобно себе и иным вещам?

– Может быть.

– Если ведь явилось оно отличным от иных вещей, то и иные вещи, вероятно, будут отличны от него.

– Как же.

– И не так же ли оно отлично от иных вещей, как иные вещи отличны от него, – ни больше, ни меньше?

– Почему бы нет.

– Если же ни больше, ни меньше, то одинаково.

– Да.

– Отсюда, насколько получило оно свойство быть отличным от иных вещей, а иные вещи, равномерно, – от него; настолько получили свойство и быть тожественными – одно с иными вещами, и иные вещи с одним.

– Как ты говоришь?

– Вот как: каждое из имен не прилагаешь ли ты к чему-нибудь?

– Прилагаю.

– Так что же? то же самое имя не произносишь ли и много раз, а не однажды?

– Произношу.

– Но если, выговаривая его однажды, ты называешь то, чего оно имя, то, выговаривая часто, – разве уже не то? Или, однажды ли, часто ли произносишь то самое имя, – крайне необходимо тебе всегда то́ же самое и выражать?

– Как же.

– Не придается ли чему-нибудь и отличное в значении имени?

– Конечно.

– Стало быть, когда ты произносишь его, – однажды ли, часто ли, – не к иному чему прилагаешь и не иное что называешь, как то, чему оно было именем.

– Необходимо.

– Поэтому, когда мы говорим, что иное отлично от одного и что одно отлично от иного, тогда слово отлично, хоть и произносим его дважды, прилагаем ничуть не к иной, а все к той же природе, которой оно было именем.

– Конечно, так.

– Стало быть, поскольку одно отлично от иных вещей и иные вещи отличны от одного, постольку одно, в силу именно того же свойства отличия, испытывает не иное, но то же самое, что и другие вещи. Но что́ испытывает то самое, то подобно. Не так ли?

– Да.

– И поскольку одному свойственно быть отличным от иных вещей, постольку же каждое каждому подобно^[75]; потому что каждое от каждого отлично.

– Походит.

– Но подобное-то противно не подобному.

– Да.

– Равно и отличное – тожественному.

– И это.

– Да и то-то, однако ж, оказалось, что одно тожественно с иными вещами.

– Конечно, оказалось.

– Но быть тем же с иными вещами, – это-то свойство противно другому – быть отличным от иных вещей.

– Конечно.

– А поколику отлично-то, оно оказалось подобным.

– Да.

– Стало быть, при тожестве оно будет не подобно, в силу свойства, противного свойству уподобляющему; – ведь для уподобления служило отличие.

– Да.

– Значит, тожество сделает его^[76] не подобным; иначе не будет противно отличному.

– Походит.

– Стало быть, одно