Повелитель Стихий. Том 5 - Ярослав Сай
— А-а, — наконец разгладился он. — Шутите.
Объяснять я ничего не стал. Улыбнулся, кивнул и положил на столик пару осколков в плату за вход, после чего прошёл дальше. За спиной заскрипела ручка — уж не знаю, чего он записывал, но судя по старательности, неделя мне была обеспечена.
Коридор за заставой тянулся недолго. Через полсотни шагов стены разошлись, а навстречу выкатился гул. Впереди появилась буря.
Марево стояло сплошняком. Сквозь светящуюся муть с фиолетовыми росчерками было видно лишь на вытянутую руку. От мерного шума что-то отдавалось дрожью под ребрами.
Под ногами лежал каменный пол первого яруса, гладкий и ровный, словно проспект. Вот только у этого проспекта не было ни стен, ни обочин. Спуск уходил вниз и расходился во все стороны, теряясь в мареве, и никакая нить воли края тут не покажет. Топать мне предстояло прилично.
Сверху кратер выглядел колодцем метров в триста поперёк, однако настоящие размеры значительно отличались. Под землёй шахта была больше в десятки, если не в сотни раз, и где-то там впереди, этот пологий участок по всей своей ширине обрывался вниз, на следующий ярус, а тот — на следующий, и так до самого дна. Если оно вообще было.
Прямо по камню, на колышках со стойками, на высоте голени тянулись верёвки и цепи. Магистраль первого яруса шла цепью в рыжей оплётке, толщиной в два пальца, от неё время от времени ответвлялись тонкие белые шнуры, убегавшие в марево, к рабочим забоям.
Помимо главного ориентира под ногами тянулось еще несколько десятков других веревочных дорожек самых разных форм и цветов. Местный аналог компаса.
Другого способа не заблудиться здесь не имелось.
Я не спешил. Первым делом вытащил из сознания нить воли, и она легла вокруг тела привычным покровом, чтобы осколки не отвлекали от спуска.
Да, я потратился на защиту, вот только чего даром оборудование переводить. Пока не трудно защититься самому, буду это делать.
Вторая нить ушла вперёд, виляя из стороны в сторону, и я подробно ощущал всё в пятнадцати метрах вокруг. Невидимая змейка без проблем находила трещины и пустоты, замечала вбитые в камень колышки и тепло живых тел за пеленой.
Чуть впереди обнаружилась и первая группка элариев. Шахтёры шли практически на ощупь, не отрывая взглядов от веревок под ногами.
Ну прям как слепые котята. Что касается ориентирования на местности, то один гигантский козырь у меня уже имеется.
Двинулся вперед. Осколки размеренно барабанили по покрову — вспыхивали о невидимую плёнку и гасли, не в силах дотянуться до кожи.
Когда-то каждый такой удар отдавался по сопряжению и ощутимо растил озеро силы. Теперь прибавка была бы копеечной, а сквозь защиту не доходила и она.
Народу на первом ярусе хватало. Команды тянулись цепочками, некоторые даже крепились карабинами к магистрали, а по сторонам от неё, из скрытых маревом выработок, доносился перестук кайл. Встречные выныривали из марева почти вплотную, в паре шагов. Моя нить видела их задолго до этого, и я каждый раз заранее отступал с магистрали в сторону, уступая дорогу.
Пару раз нить обнаруживала знакомые уплотнения над полом — руда Бури попадалась даже здесь, у самого входа.
Но задерживаться я не стал. Эти малыши максимум, на что годились — первый этаж павильона. Пара десятков кристаллов, в то время как стоимость моих находок должна начинаться от пары тысяч.
Дорога оказалась однообразной и довольно скучной — встречные группки элариев были единственным развлечением. Хотя ничего другого я от начального участка пути и не ожидал.
Несмотря на то, что по сравнению с остальными я двигался с крейсерской скоростью — воля позволяла идти обычным шагом, а не ползти как улитка, дорога до спуска на следующий ярус заняла полтора часа.
Обрыв на второй ярус я почувствовал раньше, чем увидел — нить воли впереди провалилась в пустоту.
Магистраль вывела на расчищенную от колышков площадку у самой кромки. В камень были вбиты ряды массивных крючьев, и от каждого за обрыв, в марево, уходил стальной трос. Десятки тросов, седых от инея. Шахтёры пристёгивались карабинами и уходили вниз своим ходом: прямо при мне двое из встречной команды перемахнули кромку и канули в муть, только карабины прошуршали по стали.
Ради интереса я спустился как все. Достал из кольца обвязку с карабином, пристегнулся и пошёл вниз по тросу. Удовольствие вышло сомнительным. Обледеневший трос скользил в ладонях, карабин шёл рывками и норовил заклинить, обе руки были заняты, а ветер Бури то и дело уводил меня в сторону и пытался закрутить. Где-то на середине мне надоело. Нить воли обвила трос, я разжал руки и дальше просто заскользил вниз, позволив силе придерживать меня и гасить скорость. Быстрее, тише и без акробатики.
Решено — дальше спускаюсь Волей, а снаряга пусть отлёживается в кольце.
Стоило подошвам сапог почувствовать твердую поверхность под ногами, как я сразу почувствовал, что вокруг заметно похолодало. Почти сразу увидел необычную картину — встречный шахтёр, пристёгивавшийся к соседнему тросу для подъёма, прятал от холода лицо в воротник.
Что ж, теперь я неправильный и по меркам элариев — мне мороз лёг на плечи приятной свежестью.
Второй ярус заметно отличался от первого. Марево стало гуще, людей встречалось гораздо меньше. Магистраль здесь шла в синей оплётке, и шагали вдоль неё уже редкие группы. Руды тоже стали другими: нить то и дело находила в породе камни с запасом силы посерьёзнее, за такие на торге дали бы прилично. Но я пропускал и их.
Один, заполненный водой под завязку, нить обнаружила прямо у магистрали: бери и неси. Я постоял над ним пару секунд и всё же оставил лежать.
Смешно — ещё недавно я нырнул бы за таким в любую Бурю. А теперь ленюсь за ним наклониться, считая мелочевкой.
Но задерживаться и правда не хотелось. План на сегодня был простой — к вечеру добраться до третьего яруса. На карте Хальдера там был отмечен лагерь, самый большой перевалочный пункт из имеющихся в шахте.
От него же в журнале начинались все нижние маршруты: опытные команды использовали это место для отдыха перед глубокими спусками. Здесь же можно было получить помощь, если прижмёт.
Второй ярус также не принес никаких сюрпризов, разве что Буря стала еще плотнее, и воля уже справлялась с ней не сказать, что играючи. Но пока что всё было более чем терпимо.
Спуск со второго яруса на третий встретил меня тем