Из дикого леса дикая тварь 3 - Евгений Адгурович Капба
— Эй, шланг! — сказал я. — Распутай-ка мне рожу одного из них. Хотя нет, давай — двоих!
— Тебе конец-ска, падла, ушатая мразь! — тут же наперебой заорали они. — Апельсин тебе жопу порвет на авалонский флаг-ять! Виракочин тебя освежует-на, тебе конец! Кровью своей захлебнешься, падла!
— Ну это когда еще будет! — философски заметил я. — А вы — здесь, прямо сейчас, и вы точно умрете. Станете удобрениями. Я вас вот только хотел спросить, кто именно стоит за нападением на мою частную собственность и очень ценную личную жизнь, а вы сами всё и слили, за это вам мое очень охеренное спасибо. Апельсин — вождь Скотобазы, и Виракочин — тот хрен, который хаврой торгует, я запомнил. Скорее всего, Виракочин заплатил Апельсину, потому что своих боевиков у него нет, верно?
— Тебе-на уже без разницы, ты труп-ска, только не понимаешь этого!
— Разница между нами только в том, что вы — понимаете, что тоже трупы, а у меня еще есть варианты побарахтаться, — прокомментировал снажью реплику я. — Затыкай им рты обратно, друг мой шланг, и помоги мне оттащить эту органику вниз. Работы полно!
В итоге с трех снага и единственного гоблина Пха выросло примерно до одного метра двадцати сантиметров от корней до макушки и днем, в принципе, могло получить свою порцию света. Корневая система багрового дерева покрыла собой костяки погибших уруков и подтащенные мной поближе останки гоблина и орков, одежду нападавших и личные вещи (кроме денег) я превратил в труху уже знакомым заклинанием уборки и смел пыль в подпол. Пускай теперь хозяева своих подручных-налетчиков ищут!
А потом уселся ужинать: икра сама себя на хлеб не намажет! Компанию мне составил ворон.
— Дур-р-р-рацкий р-р-работодатель! — каркнул он. — Не оставил мне глазки.
— Какие еще глазки? — удивился я.
— Чтоб выколупывать! — пояснил Тунгур. — Одну или две ор-р-рочьих головы! Я мог бы зловеще клевать их во время важных пер-р-реговоров!
— Ты уверен, что такие состоятся?
— Всенепр-р-р-ременно! Ты угробил Пр-р-р-окопия! — сообщил пернатый. — Это — катастрофа!
— В чем суть катастрофы?
— У ор-р-рков больше нет колдуна! Их начнут трепать др-р-ругие группировки!
— А! То есть единственный колдун Скотобазы приперся, чтобы гарантированно прикончить меня, но у меня мощность залпа оказалась больше, ставка не сыграла, и трон под Апельсином зашатался?
— Все вер-р-рно! Они думали, что ты лошар-р-ра!
— Ну да, зачем целому принцу и полному магу жизни задрипанный склад на улице Артиллерийской… — согласился с его доводами я. — Лучше бы эти Апельсины Скотобазовые не на переговоры пришли, а на войну. Мне нужны удобрения, ничего не попишешь. У меня большие планы на зеленое строительство на этой территории: хочу сад разбить, из хищных растений. И дерево Пха вырастить так, чтобы крона крыши касалась. Фотосинтез, понимаешь? Нужно достаточно солнечного света. И воду провести, для полива. И застеклить дыры, чтоб как оранжерея… И дрозды чтоб в ветвях пели.
— Гр-р-рандиозно! — взмахнул крылом Тунгур. А потом буркнул: — Др-р-роздофил несчастный… Нахрена тебе эти бездельники, понять не могу? Кстати, головешку когда мне купишь? Я — полезный, я за тр-р-роллем тоже п-р-р-роследил!
— Свиная же подойдет, да? Доставку закажу, из мясного магазина, — пообещал я. — Пока — некогда, надо за деревцем присмотреть, оно у меня махонькое…
— И стр-р-ра-а-а-ашненькое! — констатировал птиц, косясь на ветви Пха, которые шевелились в дыре пролома без всякого ветра.
— Страшно красивое, — поправил я. — Я эльф, мне виднее. Мы в красоте лучше разбираемся.
Употребив банку икры, булку хлеба, два огурчика и четыре маленькие сладкие морковки, я почувствовал себя гораздо лучше. Квас мой, правда, закончился об клыкастую орочью морду, но имелась еще местная минералка, так что я привязал рюкзак обратно на стропило, прихватил с собой полторашку воды и пошел к пролому.
Усевшись по-турецки на самом краешке дыры в полу, я прикрыл глаза и глянул через эфир. Ну и красотища там творилась — любо-дорого смотреть, лучше всякого телевизора! Дерево Пха формировало вокруг себя весьма странный рисунок из потоков маны, аккумулируя внутри ствола запас жизненной энергии. И я собирался этому у него поучиться. Голицынская наука — это, конечно, здорово, но я — эльф, а не человек. Мне, может, другая методика нужна.
Учиться у кого угодно вообще не стыдно, если он что-то умеет лучше тебя. Даже если он — дерево!
14. ВНИМАНИЕ, РОЗЫСК
Я потерял счет времени, ей-Эру. Деревце оказалось очень увлекательным: эфирные токи вокруг него, течение жизни внутри, медленное, но неотвратимое завоевание пространства, таинственные шевеления ветвей и листьев вслед за изменениями потоков маны — все это заставляло мою эльфийскую душонку замирать от восторга.
И это не какой-нибудь авалонский мэллорн! Это — плод мрачного урукского гения! Кто создал Пха, в какие незапамятные времена, с какой целью? Очевидно — очень давно. Может быть, легендарный Курумо Белая Рука, известный людям под именем Сарумана, или — другой великий мудрец прошлого?.. Дерево представляло собой живую аптеку, каждая его часть могла быть использована для эликсиров и снадобий, целебных или ядовитых.
Корни служили сильнейшим мутагеном для черных орков, подстегивая развитие их организмов, и без того — настоящих машин для убийства. Нервная система, мышцы и связки уруков под воздействием Пха приобретали новые, сверхъестественные свойства. Для всех остальных, за исключением, может быть, горных троллей, употребление любых препаратов на основе корней дерева стало бы фатальной ошибкой. Неконтролируемые мутации, безумство, припадки… Последствия могли получиться самыми печальными.
Другое дело — листья. Листья можно было заваривать или настаивать на спирту и использовать как волшебный напиток у галлов из истории про Астерикса и Обеликса. Штырило знатно, скрытые резервы организма высвобождались на короткие сроки, обеспечивая взрывной силой и скоростью того, кто рискнет употребить снадобье. А еще — разрушая почки, печень и поджелудочную железу всем, кто не являлся орком. Снага, тролли и уруки, в принципе, могли изредка пользоваться таким допингом — раз в неделю или типа того. Кхазад бы справился с последствиями употребления зелья примерно за месяц, гоблин бы загнулся. Человек и эльф — тоже. Это если говорить об одинаковых дозировках, конечно. Так-то с листьями можно было экспериментировать и применять в боевой фармакологии: опытный алхимик или маг жизни вполне могли бы сварганить что-то удобоваримое и почти универсальное. Правда, эффект от него был бы не больше, чем от традиционных эликсиров и зелий, которые учат варить в магических колледжах и академиях.
Смола Пха также