Из дикого леса дикая тварь 3 - Евгений Адгурович Капба
— Персики и хурму не обещаю, а вот абрикосы и вишни — это вполне.
— А черешню? — встрепенулся Полевкин. — Я сам с Кубани, страсть как черешню люблю! Наберешь, бывало, целый кулек, сядешь на лавке с девчатами, по одной черешенке в рот закидываешь и косточки плюешь — кто дальше…
— Полевкин! Ты что же это, собираешься и в Ситке косточки плевать? Ты полицейский, а не казачонок из станицы! Имей в виду! — погрозил ему пальцем Хомяков, а потом повернулся ко мне: — Даже и не знаю, что думать, ваша светлость. Вы вроде как и в своем праве… А в строение пройдемте? И документы на недвижимость — покажете?
Прошли мы и в строение, и документы я ему тоже показал, оформленные продаваном-юристом Святополком. Старший урядник достал планшет, сверился с реестром и удовлетворенно хмыкнул: я действительно значился там как собственник складского помещения и окружающей территории.
— А с ценой что случилось? — удивился полицейский. — Что значит «другое»? Почему сумма не указана?
— А я предыдущего хозяина — Смальцева — охеренно подлечил, — не стал скрывать я. — Вот он мои услуги недвижимостью и оплатил. Меня такой формат устроил, мне помещение под оранжерею было нужно, я же сказал…
Осмотр склада много времени не занял. Магических способностей у Хомякова и Полевкина не было, а артефактный прибор, навроде компаса, рядом с деревом Пха с ума сходил: стрелочка крутилась со страшной силой.
— Вопросов больше не имеем, — вздохнул Хомяков. — Я вроде и понимаю, что вы тут каким-то боком замешаны, и что «тот дядя, что на складе», о котором уже пару дней шпана и торчки треплются, — это вы и есть, но предъявить не могу, потому что даже если вы их всех тут прикопали, то в случае разбирательства легко может выясниться, что это была самооборона, и менталист или магическая клятва докажет вашу правоту. Я даже лезть в это не хочу, если честно…
— Можно я напрямую скажу? — влез Полевкин и глянул на старшего товарища.
Тот кивнул и молодой полицейский рубанул правду-матку:
— Если пропадет два или три десятка этих сволочей, никто особенно не расстроится. Мы и из-за войны банд не особенно огорчаемся, если честно. Проблема в том, что могут пострадать — и уже пострадали — случайные жители сервитута…
Я улыбнулся так широко, как только мог:
— Приложу все усилия для того, чтобы добропорядочные ситчане… Ситкинцы? Ситкичи? Короче-е-е-е! Я против случайных жертв тоже. Так и запишите. Стах Темнорецкий — против случайных жертв.
Хомяков посмотрел на меня пристально и сказал:
— Вы ведь знаете, что у нас тут, на Аляске, менталист с Большой Земли, с аудитом? Он ведь может и вернуться…
— А на Кадьяке — царевна Ксения Иоанновна, помните? Если вы боитесь, что я попутаю берега и Бирнамский лес пойдет на Дунсинан, то не бойтесь. Не пойдет, мне и этого склада довольно, главное, чтобы всякие Прошки сюда не совались.
— Ну вы это… Табличку, может, поставьте? Местная шваль ведь привыкла к тому, что строение — заброшенное, будут шастать по старой памяти… Еще пострадают в ходе ваших экспериментов! У вас же проблемы будут, Министерство магии, опять же, заинтересуется…
Министерством магии тут называли в народе Чародейский приказ. Тут вообще исполнительная власть состояла из этих самых «приказов» как при Иване Четвертом. Ямской, Разбойный, Ратный, Постельный и всякие другие приказы.
— Табличку… — задумался я. — Можно и табличку… А не подскажете мне номерок или контакт Зеленых Крыш — пансионата для эльфийских курсистов в Лот-Кордат?
— А как это связано?..
— Там мне быстрее всего таблички нарисуют, — доверительным тоном пояснил я.
— Ну раз так… — Хомяков полез в планшет и продиктовал мне номер телефона вахты пансионата.
Там тоже, оказывается, имелась вахта! Интересно, а вахтершей там симпатичная эльфийка или снажья баба Люба? А может — кхазадская фройляйн? По моему опыту, вахтершами всегда работали либо кхазадки, либо — снага… Я вдруг расхохотался, и полицейские посмотрели на меня как на идиота, а я помотал головой, отгоняя наваждение: я уже свою земную, прошлую жизнь воспринимал сквозь нынешний твердянский опыт!
Гопники у магазина мне теперь представлялись снага, бородатые ребята с автосервиса — гномами, байкер Артур, мой знакомый из Питера, бодибилдер и боксер — черным уруком…
— Ну не смею задерживать, — стал поторапливать стражей порядка я. — Я тут еще с недельку потусуюсь, вы об этом смело говорите коллегам, осведомителям, шпане с улиц — всем говорите… Никуда я не денусь, пока в горы с артелью снова не уйду, не переживайте. И полицейским я всегда рад, если они меня в садовники не записывают…
Прозвучало это, наверное, странно, особенно в связи с моими россказнями буквально пять минут назад о желании устроить тут оранжерею и выращивать редкие экспериментальные виды растений. Но Хомяков и Полевкин никак не отреагировали на последний пассаж и действительно засобирались прочь.
— Ваша светлость, вы нас предупредите, как отъехать надолго соберетесь. Мы патруль почаще высылать станем, — пообещал на прощание Хомяков. — А то мало ли что!
— Какая трогательная забота о моем имуществе, — умилился я.
— Это о жителях Ситки забота, а не о вашем имуществе! — отмахнулся Полевкин и его старший товарищ согласно кивнул.
Они погрузились в электрокар и укатили, а я, стоя все так же на улице, достал из кармана жилетки смартфон и набрал номер, любезно предоставленный мне полицейскими.
— Gi suilon! Bain Tharas? Tolo, hebo Erin Laer, pedo: Stah aníra! — выдал я на автомате, совершенно забыв свои рассуждения про вахтерш и каким-то углом подсознания решив, что при звонке в Лот-Кордат стоит говорить по-эльфийски.
— Шо? Это хто звонит-на? — раздался скрипучий голос. — Шо ты там бубниш-врот?
Все-таки — снага! Мне снова стало смешно, и я мигом перестроился:
— Слышь, уважаемая! Эринку к телефону позови, а? Летняя Роща ее зовут, высокая, чернявая и с перьями в косах!
— А! Шо ты сразу нормально-то не сказал-ска? А шо — надеешься шо даст тебе? Не найдеся-врот, она не таковская!
— Это мы как-нибудь сами решим, ладно? У меня к ней работа, вообще-то…
— Работа-говнёта… — трубка явно легла на стол, и послышались шаркающие шаги.
Это ж надо — в общагу к эльфийкам на вахту орчанку старую посадить! С другой стороны — ничего удивительного. Для баланса!
Почему я позвонил именно Эрин Лаэр? Потому что она наверняка умела рисовать, все эльфийки умеют рисовать, петь и танцевать, это — база.