Принц на черном пегасе - Маргарита Блинова

Речь шла не о верности и долге перед дражайщей супружницей, а о грабительском брачном договоре, по которому все нажитое состояние уходило жене и любимым детишечкам. А становиться голодным и холодным магнат отчего-то не пожелал даже во имя большой и светлой любви.

По другой версии в особняке жила вторая и, стало быть, неофициальная семья прошлого короля. Говорили, что дед нашего текущего монарха влюбился по уши в обыкновенную простолюдинку и даже взял ту в законные супруги, но знать не пожелала мириться с низким происхождением королевы и поставила монарха перед выбором. Или он бросает эти глупости и женится на достойной кандидатке из высшего света, или скоропостижно становится вдовцом и женится на кандидатке из высшего света.

Короче, выбор был невелик и очевиден.

Как бы то ни было и кто бы ранее ни обитал в этих стенах, но после окончания Последней магической войны и подписания закона о совместном проживании представителей светлого и темного ковена на особняк на улице Поцелуев положили глаз аж две выдающиеся женщины.

Светлая колдунья Ариэла и темная ведьма Брунгильда.

Женщины поделили жилплощадь пополам и исправно ябедничали друг на друга в соответствующие отделы ковенов, пока спустя пятьдесят лет жители Страшилвилля не нашли тело светлой колдуньи перед крыльцом дома.

Народ кинулся к ведьме, но та не открыла ни на стук, ни на вопли под окнами, ни на угрозы выломать дверь.

Тогдашний мэр Страшилвилля отправил срочную депешу в светлый ковен, и в город примчался отряд светлых со светлым инквизитором во главе.

Дознаватели оцепили дом, ворвались на темную половину и… охренели.

Темной ведьмы Брунгильды в доме не было. Зато было множество париков, зелий, меняющих внешность, плененный темный гримуар и тайный проход, соединяющий обе половины особняка.

— Светлый инквизитор предположил, что ведьма и колдунья не смирились со столь странным соседством и в процессе потасовки Ариэла убила Брунгильду ещё в начале их соседства, — сказал Нейтон Рок и посмотрел на меня. — Убила. Испугалась. И все последующие пятьдесят лет собственной жизни притворялась перед жителями Страшилвилля Брунгильдой, чтобы отвести от себя подозрения. Пока в один прекрасный день предположительно не запнулась о ступеньку, упала и умерла естественной смертью.

Близнецы, внимавшие каждому слову, переглянулись, после чего Марк почесал подбородок и растерянно воскликнул:

— Странно, что о таком случае не узнал никто из газетчиков!

— Нет ничего странного, — усмехнулась я, как никто представляя работу что одного, что другого ковенов. — Светлые инквизиторы знают не только, как расследовать преступления, но и как подчищать за ними следы.

— Шарлотта права, — кивнул Нейтон. — Светлые инквизиторы позаботились об уликах и о том, чтобы информация не уплыла в ненужные руки.

И вот почему я не удивлена?

Ведь это только темный ковен гордится выходками своих ведьм и ведьмаков, а светлый… Светлый готов пойти на все, чтобы казаться лучше своих братьев и сестре по магии. Даже на сокрытие грязных и шокирующих подробностей.

Они же не такие. Они добрые, бескорыстные, честные. Не то что мы, воплощение алчности и коварства.

Короче, ничего нового. Только суровые будни магических реалий, к которым давно пора привыкнуть и смириться. Но почему-то… бесит!

— И что было дальше? — подался вперед заинтригованный котик.

— А дальше особняк до поры, до времени запечатали и…

— И заехали мы с тобой, — подал голос призрачный ведьмак.

Призрак заложил руки за спину и важно прохаживался, точнее плыл от одной стенки бутылки к другой, делясь с присутствующими своими воспоминаниями.

— Инквизиторы обыскали обе части дома, но решили, что Ариэла притворялась ведьмой и использовала темную половину только для прикрытия. Однако я нашел спрятанную под прилавок тетрадь с ее заметками и понял, что все было не совсем так.

На основе того, что Джек Лестер смог вспомнить из тех записей и материалов дела, добытых Нейтоном, мужчины сделали неутешительный вывод: Ариэлла не просто притворялась злой ведьмой. Она частично стала ею.

— Дай угадаю, — оживилась я, — погибающая Брунгильда смогла напоследок проклясть свою светлую соседку?

— Возможно, что так, — кивнул Нейтон.

— Или это последствие убийства, которое психика светлой колдуньи просто не смогла перенести, — предположил кто-то из нетерпеливо ерзающих на ковре братьев.

— Или откат магии, — подал голос из своей бутылки призрак. — Я слышал, что среди колдунов подобное случается. Светлая магия не прощает своих носителей и начинает мстить.

Да? Никогда о подобном не слыхала. Но если это действительно та часть правды, которую скрывает от остального мира светлый ковен, то тогда понятно, отчего светленькие так блюдут свой нравственный и моральный облик и работают за спасибо.

— Вариантов много, но сейчас другое важно. Одна часть сознания Ариэлы считала, что она грозная ведьма.

— И эта ее часть сделала особняк живым и мнительным убийцей, который убил деда и заколдовал меня? — приподнял брови Тоша.

— По всей видимости, — ушел от ответа Нейтон, а я сделала внутреннюю пометку «поймать и попытать этого жадного на подробности многоликого в темном углу». Можно даже в спальне.

— А это не опасно? — уточнила я. — Ну… то, что все мы сейчас здесь?

— Мы с господином Роком полагаем, что ваше присутствие, госпожа Вайт, благотворно повлияло на особняк со всеми его странностями, — несколько туманно ответил ведьмак.

Многоликий кивнул, Йорл закинул в рот очередную выловленную из воды аквариума гадость, дети дружно поверили, а я сделала вывод.

Вывод был прост и банален, как носки в качестве подарка на День влюбленных, но сокрушал своей неожиданностью.

Ариэла была светлой колдуньей, которая выдавала себя за погибшую ведьму Брунгильду. Я же была белой ведьмой, которая выдавала себя за добрую колдунью. Неудивительно, что воинственно настроенный особняк просто не понял, кто я такая и, возможно, даже принял за свою прошлую хозяйку.

И вот почему мое заклинание успокоения мебели подействовало на дом и участок столь странно. Магии просто вошли в резонанс друг с другом, и получилось то, что получилось.

— Ого, сколько времени, — неожиданно опомнился Нейтон, глядя на часы и вставая. — Так, парни, вам уже давно пора быть дома. Бабушка будет переживать.

Близнецы возмущенно загалдели, умоляя многоликого о еще пяти минуточках в опасном и таинственном особняке, но Рок был неумолим. В два счета выгнав Марка с Энги, он торжественно вручил обалдевшему от такой чести Тоше бутылку с дедом и отправил