Принц на черном пегасе - Маргарита Блинова

В гостиной оставались только Йорл с моим гримуаром. Парочка о чем-то с интересом жестикулировала, поэтому я решила воспользоваться моментом и незаметно проскользнула следом за многоликим.

— Пойдем наверх, — шепнул тот, многообещающе хватая за руку и утягивая за собой по лестнице.

Вся такая послушная я поднялась за ним на второй этаж, прошла в ту самую комнату, где в шкафчике над раковиной обнаружила все для успешной маскировки в злую ведьму, и уже хотела было игриво поинтересоваться насчет странной конструкции из ремешков и колечек, но не успела.

— Сейчас… — пообещал Нейтон, отпуская мою руку.

Сделал шаг и с могучим хеканьем ударил плечом в стену. Стена капризно устояла, решив не поддаваться брутальности каких-то там чересчур самоуверенных многоликих. Мужчина хмыкнул, оценивающе глянул на стену, сделал шаг в сторону и с настойчивостью барана повторил маневр.

Бум! Бум!

— Эм-м-м… Нейтон? — всерьез обеспокоилась я психическим здоровьем многоликого.

— Щас, — выпалил тот и — о чудо! — стена не устояла под его упрямым натиском и отъехала в сторону.

Заинтригованная до крайности, я обошла многоликого и заглянула… на светлую половину особняка! С той стороны была комната, где хранилась любовная библиотека, оставшаяся от прошлой хозяйки.

— Ого, — воскликнула я, перебежала на свою сторону и дернула створку. Стена бесшумно качнулась обратно и встала в пазы.

Обалдеть! Вот просто встать и обалдеть на месте.

Это надо же было додуматься до такого. Не только додуматься, но и соорудить у себя с помощью подручных средств, магии и такой-то матери.

И пусть сам механизм работал через раз и только с той стороны, зато створка, загримированная под стену, входила в пазы идеально. Со стороны никогда не догадаешься, что здесь что-то есть.

— Так вот, значит, что он искал, когда наведывался ночами… — усмехнулась я, стукнула в стену и скомандовала:

— Нейтон, открывай!

«Бум! Бум-бум!» — послышалось с той стороны. Пауза. Тихое ругательство. И снова:

«Бум!»

Я с интересом проследила, как секретная панель отъезжает в сторону. Испытала сильнейшее желание еще раз закрыть и попросить Нейтона открыть створку. Так… исключительно из вредности, но глянула на покрасневшего мужчину с испариной на лбу и решила не доводить многоликого до ручки.

Еще успею и довести, и заставить ручку на двери в ванную поменять, а пока есть возможность, надо ковать железо, пока горячо.

Растянув губы в коварной улыбке, я кокетливо поправила волосы и выразительно глянула.

— Ничего не хочешь мне сказать?

— Эм-м… Спокойной ночи? — невпопад предположил многоликий, вытирая вспотевший лоб.

— Нейтон, — прошипела я, делая воинственный шажочек навстречу, — не беси любопытную женщину!

— Проклянешь? — оживился он.

— Покусаю.

— Мм… — заинтригованно протянул Рок.

Наклонился, обжег мои губы голодным взглядом истосковавшегося по ласке человека и хрипло признался:

— Знаешь… А ведь я сегодня был очень скрытным плохишом, который заслужил небольшое наказание.

— И я тебя сейчас стукну, если продолжишь в том же духе, — охотно пообещала я и поторопила: — Ну?!

Многоликий обиженно вздохнул, но таки вытащил из нагрудного кармана сложенный вчетверо листок и протянул мне.

— Помнишь то покушение на тебя?

— Это когда я сперва вытаскивала из тебя стекла разбитой витрины, а после одарила Реджину грудью не ее размера? И хотела бы забыть, да не получается, — вздохнула я, разворачивая листок.

Это оказался схематичный набросок особняка, сделанный рукой начинающего художника. Где Нейтон его достал — оставалось загадкой, но, судя по кривым линиям и заваленной перспективе, там, где это сокровище хранилось ранее, не сильно горевали перед расставанием.

— Видишь, вот тут? — ткнул он указательным пальцем во флюгер в виде летящей на метле ведьмы на одной из крыш. — Тот штырь, что разбил витрину, был не чем иным, как куском метлы, а вовсе не арбалетным болтом.

Я оценила рисунок. Припомнила расположение пекарни относительно особняка на улице Поцелуев. Сделала выводы. И пришла в бешенство.

— Ах ты гад! Убить меня хотел?! — психанула я, замахнулась и со всей дури долбанула рукой по книжному шкафу.

Шкаф-то выстоял. Рука — нет.

— И-и-и! — взвыла я, прижимая несправедливо пострадавшую конечность к груди.

Нейтон издал тихий стон, полный мучения. Поймал в свои объятья. Зарылся пальцами в мои волосы и тихо шепнул:

— Шарлотта, ты невозможна.

— Невозможно умна, хороша и прекрасна? — ехидно уточнила я, поднимая голову и с вызовом глядя на мужчину.

Нейтон проявил благоразумие и вместо ответа наклонился и поцеловал. Его губы коснулись моих нежно. Чуть прикусили зубами и оттянули нижнюю губу, отчего по животу пробежала сладкая волна предвкушения. Несколько дразнящих движений, томительно медленных и коротких, и… все.

— Завтра рано вставать, колючка, — хрипло заявил этот воистину ужасный мужчина, разрывая наш поцелуй и отступая. — Выспись.

Нейтон ласково провел кончиками пальцев по моей щеке, отвернулся и ушел на темную сторону.

Как не прокляла его, сама не знаю!

Официально объявляю минувшую ночь худшей в собственной жизни!

Постель казалась горячей, одеяло колючим, ночная прохлада не охлаждала. Подушка, к слову, тоже не радовала — твердая и внезапно непрогибаемая, прям как мой характер.

Я вся извертелась, рассчитывая найти себе место, трижды случайно спихнула белый гримуар на пол, долго умоляла его простить всю такую несуразную меня. Уже ближе к утру сообразила, что сон сегодня мне не светит, и решительно потянулась к новинке «Злодей для моего романа».

Села, подложила подушку под спину и с хрустом открыла новенький томик, еще пахнущий типографией. Ознакомилась с аннотацией, зевнула, перевернула страничку и… позорно отключилась, не осилив даже пролог.

— Госпожа добрая колдунья!

Подскочив на кровати, я с трудом разлепила глаза и заозиралась по сторона. Кто я? Что я? Где я? Почему орут?!

— Госпожа колду-унья! — продолжали вопить голоса на улице.

Не в силах спросонья понять, кто и чего хочет от меня в такую рань, я с трудом доползла до окна и выглянула.

Теодор ля Фей, уже набравший воздуха в грудь для очередного мощного «госпожа колдунья», узрел всю такую помятую меня и подавился возгласом. А вот близнецы оказались менее впечатлительными.

— Доброе утро, госпожа Вайт, — помахал мне светлый братец Энги.

— А бабушка велела за вами бежать, — улыбнулся Марк.

— Там ваше место опять пытаются отжать, —