Принц на черном пегасе - Маргарита Блинова

— Поздравляю, Нейтон. Теперь ты городская легенда.

Легенда громко и заразительно заржала.

— Мог бы и не прилетать, — буркнула я, оглядываясь назад на городскую площадь.

— И бросить тебя одну на растерзание этой толпе?

— Я отлично справлялась сама.

— Да-да, — фыркнул Нейтон. — Я видел.

— И давай тут без сарказма.

— Даже и в мыслях не было, — соврал многоликий и крикнул: — Держись!

А в следующий момент черный пегас коротко всхрапнул и поддал жару.

Я так скажу… Если бы существовала полиция времени, то она оштрафовала бы этот день за превышение скорости. Если бы существовала воздушная полиция, то… то она не смогла бы угнаться за этим демоновым пегасом, чтобы вручить его владельцу помятую квитанцию с штрафом.

Не знаю, кто выдавал полетные права Нейтону (и вообще есть ли они у него), но летал этот псих, как пьяный шершень, забывший про законы физики, правила движения и о пассажирке. Пассажирка (я, то бишь) цеплялась руками за Нейтона, прятала лицо за его широкой спиной, чтобы не смотреть на стремительно мелькающий по бокам пейзаж (а то укачивает) и если и визжала от ужаса, то тихо-тихо.

— Прыгай! — внезапно крикнул многоликий и сделал то, что, собственно, приказывал. Я прыгать никуда не планировала, но крепко держалась за Нейтона, так что в первую секунду просто не успела сориентироваться, а во вторую уже было поздно.

Мы оба слетели с пегаса и рухнули в кусты на темной половине особняка на улице Поцелуев.

Нейтон тут же перекатился, ловко подмял меня под себя, велел не дергаться и поднял голову. Секунду-другую он оценивал ситуацию, а далее последовала тирада. Такая свирепая, и такая нецензурная, что я не выдержала и тоже заинтересованно приподнялась.

— Что там?

— Ничего хорошего.

Кто в здравом уме говорит подобное женщине?! Тем более любопытной ведьме! Естественно я тут же задрала голову и…

— Ого!

Хотя в действительности там было не банальное «ого!», а целое «ого-го-го-го!»

Особняк ходил ходуном. Внутри что-то грохотало, скреблось, бабахало и вело себя крайне подозрительно.

— Стоило тебе уйти на праздник, как дом спятил, — пожаловался несравненный Рок. — Все предметы на твоей половине дома ожили и начали пробиваться наружу. Хорошо, что я был на кухне и заметил неладное. Но, пока баррикадировал двери, любовные романы выпорхнули в окно. Пришлось все бросать и лететь следом.

Дверь, та самая, которая забаррикадированная, с грохотом вылетела и упала куда-то в кусты. Из проема на крыльцо выскочили торшер, пуф и кухонный стол. Но если первые два предмета остались стоять на месте, точно два караульных подозрительно оглядывая местность, то стол, заставленный посудой, пустился во все тяжкие.

Перепрыгнув через все ступеньки, он с громким стуком приземлился на тропинку и целеустремленно почесал к калитке, на ходу сбрасывая не менее проворную посуду — чайник, кофейник, блюдца, супницу и чашечки из дорогущего сервиза. В результате на кухонном столе остались только вилки с ножами и ложками, да рвущаяся на волю пленница — синяя чашка со смешной надписью. Моя любимая!

— Куда?! Это моя чашка! — крикнула я, вскочив на ноги и бросившись вслед за спятившей посудой.

— Шарлотта!.. — ругнулся оставленный в кустах Нейтон, но я сделала вид, что он меня с кем-то спутал, и рванула следом за ожившим фарфором.

Представляю, как это смотрелось со стороны. Вдоль по улице бежал пузатый чайник, за ним с трудом поспевал кофейник. За кофейником — сервиз. За сервизом бодренько скакал на деревянных ножках кухонный стол. За столом неслась я с воплем: «Сто-ой!!!»

Короче, смотрелись мы донельзя колоритненько. Неудивительно, что старичок-сосед, выгуливающий своего дворового бобика, встал аки вкопанный и с удивлением таращил подслеповатые глаза, пытаясь не то увидеть, не то развидеть забег наперегонки с посудой.

Пробежав мимо него, я поднапряглась, сделала рывок и вырвала из плена столовых приборов любимую кружечку. Кружечка тряслась от страха и еле слышно гудела, жалуясь на возмутителей спокойствия.

Ласково поглаживая ее по гладкому боку и бормоча какие-то глупости о том, что она не виновата, что она-то у меня умница, а вот остальных я точно поколочу… нет, лучше сдам в ближайшую посудную лавку… В общем, я развернулась и нос к носу столкнулась с соседом и его обалдевшим песелем.

— Вот… Посуду догоняю, — не то пожаловалась, не поделилась я горем со старичком. — Совсем от ручек отбилась…

— А-а-а, — глубокомысленно выдавил шокированный любитель собачек.

— Ну, всего хорошего, — оскалилась я в неправдоподобной улыбке и бочком-бочком, а после бодреньким бегом-бегом вернулась обратно к особняку.

Вовремя, ибо Нейтон Рок выбрал именно этот момент, чтобы в своей излюбленной маскулинной манере броситься на штурм ополоумевшего особняка.

Вы когда-нибудь наблюдали, как мужественно и бесстрашно пожарные вбегают в охваченный пожаром дом? Нейтон повел себя точь-в-точь.

В смысле, вооружился длинным шлангом, из которого я время от времени поливала кусты, ворвался и дал полный напор. Герой, короче.

Застигнутая врасплох мебель шумела, возмущенно скрипела, а кое-кто даже хлопал дверьми, но безуспешно проигрывала эту схватку с превозмогающим по силам соперником. Не в силах стоять на месте, я подбежала к распахнутому окну, рассчитывая не только заглянуть, но и при возможности забраться внутрь.

— Шарлотта, в сторону! — рявкнул Нейтон, видимо спиной почуяв мое присутствие. И в тот же миг дернул шланг так, что подкрадывающийся к нему со спины стул улетел в угол, а часть мощного потока вылетела из окна.

Я гордо сбежала, в смысле перебежала под прикрытие креативно подстриженной близнецами яблони, и замерла там, не рискуя показываться и подставляться.

Продолжая прижимать к груди любимую чашку, я лихорадочно соображала, как поступить и что сделать, чтобы утихомирить взбунтовавшуюся мебель. Из короткой вспышки портала на мое плечо вывалился воинственно размахивающей закладкой белый гримуар.

— Скажи, что у тебя есть идеи!

Гримуар радостно зашуршал страничками и… ткнул в небольшой холмик, намекая на то, что пора поднимать спящее воинство из-под земли. Не зря же мы закапывали солдатиков в ямки.

— Ты — гений! — воскликнула я, вручила гримуару кружку, подняла руки и речитативом воззвала:

— Воины мои, придите и защитите меня и мой город.

Земля под ногами вздрогнула, и из-под нее вылезли и начали очень быстро расти игрушечные солдатики. Достигнув трех метров роста, воинство огляделось и… в общем, зря я назвала