Призрак Сталинграда 7 - Рафаэль Дамиров

— Представляешь, даже не притормозил! А там вместо платформы сплошная фанерная стена. Галя говорит, станцию ещё в прошлом году закрыли, военные там обосновались. А что за военные, она и сама не знает.

В номере Костя извлёк из покупок бутылку коньяка и предложил еще раз обмыть наши Звезды. Выпили по рюмке за награждение, я ощутил великолепный, давно забытый вкус настоящего напитка, потом он предложил за Галю, и тут лётчик проговорился о предстоящей вечерней встрече.

— Слушай, Лёха, мы с Галей сегодня опять встречаемся. Она с подругой придёт, Верой. Тоже медсестра, из их госпиталя. Попросила меня товарища привести, чтобы Вере не скучно было. Пойдёшь?

— Да ну. Я на свидания не хожу. У меня девушка есть.

— Ха! Ты же на фронте! И потом… Одна девушка не в счёт.

— А ты, я смотрю, ловеласом стал? — попробовал отшутиться я, но слово оказалось не вполне понятным, и я добавил уже про себя: — А кто тебе сказал, что одна?

— Жизнь одна, Алексей, мы может в последний раз в Москве! — воскликнул Костя и потянулся за бутылкой. — Нельзя упускать такую возможность, пошли со мной. Посидим, выпьем, с девчонками поболтаем. Я уже пообещал, что ты будешь.

— Кому пообещал?

— Гале, кому же ещё!

— И когда ты у меня разрешения спросить успел?

— А когда мне было спрашивать?

— Ну спасибо, удружил.

— Лёха, ну выручай! Ты посидишь часок, а потом можешь идти куда хочешь. Я же перед Галей теперь отвечаю.

— А, чёрт с тобой, — согласился я. — Не сидеть же весь вечер в номере. Куда идём?

— В ресторан. Здесь, в гостинице, на первом этаже. По талонам кормят, а за отдельные блюда доплатить можно. Я, между прочим, в настоящем московском ресторане ни разу не был! А ты?

— Будем, значит, будто бы отдыхающие, — кивнул я, чтобы не отвечать.

В ресторанах я, конечно, бывал, но посмотреть, как гуляли в военной Москве сорок второго года, было любопытно. Тем более и идти далеко не придётся.

* * *

Вечером мы спустились в ресторан гостиницы «Москва». Официант проводил нас к столику. По талонам полагался обычный ужин, а за дополнительные блюда и спиртное нужно было платить отдельно. Причём немало.

Зал оказался просторным, с высоким потолком, красивыми колоннами тёмного камня и массивными люстрами, половина которых, правда, не горела, но смотрелось всё равно масштабно. Окна наглухо закрывали плотные светомаскировочные шторы. На столах белели скатерти, сверкали, будто горным хрусталем, графины, стояли блюда с закусками. После сталинградского пайка каждый раз неожиданно было видеть такое изобилие. Будто бы я оказался в райских кущах или в той самой Греции, где всё есть.

Большинство столиков занимали военные, преимущественно командиры с орденами и медалями. Хватало майоров, подполковников, попадались и полковники. Были здесь и штатские в дорогих костюмах, некоторые с дамами в нарядных крепдешиновых платьях — голубых, зелёных, лиловых — и с тщательно уложенными волосами. Судя по всему, недостатка в деньгах эти люди не испытывали — ни сегодня, ни, возможно даже, все годы войны. У дальней колонны сидела компания иностранцев, я различил английскую речь и решил, что это, вероятно, корреспонденты.

Пахло хорошей едой, табаком и женскими духами. На небольшой сцене играл оркестр, вальяжно исполнявший какой-то довоенный фокстрот. Затем к микрофону вышла певица в длинном, благородного бордового цвета платье с блёстками и запела «Утомлённое солнце». Несколько пар поднялись из-за столиков и начали танцевать. Я с удовольствием слушал знакомую мелодию, разглядывал праздную публику. Впрочем, сегодня и мне хотелось нормально поужинать, выпить и хоть ненадолго отвлечься от войны.

Мы заняли столик, вскоре подошли и девушки — в лёгких шелковых платьях с газовыми косынками они будто бы чувствовали себя неловко, но это быстро забылось. Галя светилась улыбкой и сразу взяла Костю под руку. Её подруга Вера оказалась высокой темноволосой девушкой, немного застенчивой. Она то и дело поглядывала на «Золотую Звезду» у меня на груди, но расспрашивать о награждении не решалась.

— А у вас в Сталинграде уже снег? — спросила она, когда мы уселись за столик.

— И морозы рано начались, — за меня ответил Костя. — А ветер там такой, что и без снега околеешь. Ну скажи же, Алексей?

— А правда, что дома почти… В общем, говорят, только фрагменты стен остались?

— Девушки, давайте не будем сегодня о войне… — улыбнулся я. — Давайте просто отдохнем.

Тем временем официант принес нам закуски, графин с водкой и бефстроганов с картофелем. Я попробовал мясо и невольно присвистнул. Горячее и нежное, с густой подливкой. После фронтовой каши да консервов от такой еды трудно было оторваться. Я отдал ей должное.

За соседним столиком в одиночестве сидел полковник лет сорока пяти, крупный, с красным мясистым лицом. Хорошо сшитый китель, четыре шпалы в петлицах, два ордена на груди. Перед ним стоял почти пустой графин. Полковник уже порядком набрался, но до сих пор вёл себя спокойно, пил себе в одиночестве и никому особенно не мешал.

Официантка принесла ему очередную закуску, и, когда она наклонилась поставить тарелку, полковник вдруг положил ей ладонь пониже спины. Двояких толкований такой жест не предполагал. Девушка ошарашенно выпрямилась и попыталась отойти, но он ухватил её за запястье.

— Да погоди ты, красавица! Куда торопишься?

— Отпустите. Мне работать надо. Людей в зале много…

— Успеешь! Ты лучше со мной посиди, стулья тут вон какие.

Она попыталась освободить руку, но полковник только рассмеялся. Потом всё-таки разжал пальцы, а когда девушка отвернулась, звонко шлёпнул её по заду.

Официантка отскочила, едва не уронив поднос. За соседними столиками обернулись, но вмешиваться никто не спешил.

Я отложил вилку и поднялся.

— Лёха, — негромко предупредил Костя. — Сядь. Это же полковник.

— Вижу.

Я подошёл к тому самому столику. Официантка всё ещё стояла неподалёку, растерянно прижимая к себе поднос. Я слегка тронул её за локоть.

— Всё в порядке, девушка. Идите, не беспокойтесь. Мы тут потолкуем.

Она поспешила прочь, а полковник оглядел меня с ног до головы, задержал взгляд на сержантских треугольниках и презрительно усмехнулся.

— Ты чего сюда припёрся, сержант? А ну, марш отсюда! Ты вообще знаешь, кто я такой?

— Понятия не имею, товарищ полковник. Но давайте договоримся, что девушку обижать не стоит. Отдыхайте себе спокойно, и на этом закончим.

— Закончим⁈ — Полковник ухватился за край стола и с напряжением начал подниматься. — Ты, щенок, мне указывать вздумал⁈ Да ты знаешь, где я служу? Да я тебя…

— Не знаю, — спокойно перебил я. —