За печатью Небес - Оливер Ло

Три коротких удара. Один долгий.

В удары он вложил всю волю, которую закалил на трактах и аренах. Он сам вытащил колокол из брюха речного чудовища. Пронес через ядовитый пепел, сохранил и добрался с ним досюда, а теперь сумел вырвать нужный ритм из истлевшей памяти древнего духа.

Мин с размаху вогнал торец посоха в камень, поставив древко стоймя. В тот же миг перед ним взметнулась ослепительная стена. Над Мином сомкнулся исполинский полупрозрачный колокол высотой в три человеческих роста. Летевшая «Звезда Угасания» ударилась о мерцающий колокол. Металл выдержал, а звезда разлетелась тысячами серых искр.

БО-О-О-О-О-ОМ!

Колокольный удар прокатился по залу, вышибая пыль из швов кладки. Чистый звон древнего колокола заполнил башню. Ее стены не слышали его тысячи лет.

На гладкой прозрачной оболочке проступили древние штрихи. Огненная вязь разгоралась, прогоняя серый тлен. Гу Лань в Чернильнице закричал в голос, едва не захлебываясь от удивления.

«Колокол Первого Устава… На земле Академии действует ее закон!»

Тяжесть с плеч Мина спала в то же мгновение. Во внутреннем кармане один за другим отозвались боевые талисманы. Бумага теплела, и вскоре Мин уже чувствовал ее жар сквозь ткань.

Он медленно поднял голову. Сквозь сияющую стену колокола на него смотрел остолбеневший посланник Дворца. Мин встретил его взгляд и холодно улыбнулся окровавленными губами:

— Ну что, посланник… Теперь мы поговорим на равных.

Звон колокола Первого Устава разнесся по залу, впервые за долгие века нарушив его немоту.

Над головой Лу Мина дрогнула громада полупрозрачного колокола. Звуковая волна прокатилась во все стороны, поднимая в воздух пепел. Запахло сырой тушью. Всюду, куда доходил гул, слабела власть мертвого города, запрет на письмо уступал звону.

В рукавах Мина зашевелились бумажные заготовки, и сквозь ткань пошел сухой жар. Листы жадно впитывали ци. Мин снова мог пускать силу в начертания прямо здесь, посреди мертвого города.

«Мелкие колокольчики их ловчих… — заговорил в сознании Мина Гу Лань, от волнения сбиваясь на крик. — Это же воровские поделки! Жалкие обсевки великого устава! Они пытались повторить звон Академии своими погремушками, глуша ци твоих товарищей! Но истинный набат звенел здесь задолго до того, как их предки научились носить штаны!»

Перед сияющей стеной колокола Се Умин замер.

Вся его скука слетела в один миг. Глаза посланника Дворца Пепельной Звезды расширились, тонкие губы дрогнули, а правая нога сама собой дернулась назад, отшагивая на полшага. Тот, кто секунду назад смотрел на начертателя как на червя под сапогом, отступил. Его непогрешимая уверенность дала широкую трещину.

Мин оскалился окровавленными зубами.

— Что, посланник? — бросил он, выпрямляя спину. — Земля вдруг начала уходить из-под ног?

Осваивать силу колокола приходилось прямо в бою. Мин опустил «Драконий Хребет», ударив им о камень. Посох отозвался в ладонях короткой дрожью, передавая импульс привязанному колокольчику.

Тук. Тук. Тук… ТУ-У-УК!

Три коротких удара. Один тяжелый, долгий.

Колокол отозвался мощным «БО-О-ОМ!». Новая волна разошлась по залу, обновляя круг власти Академии еще на три вдоха. Все шестьдесят открытых каналов загудели, отдавая на поддержание призрачного колокола изрядную часть духовного потока.

Се Умин опомнился быстро. Лицо посланника перекосило от бешенства, и над его ладонью с яростным шипением закружилась «Звезда Угасания». Вложив в нее всю мощь своего недосягаемого Ядра, он метнул серый сгусток прямо в начертателя, надеясь раздавить наглеца.

Мин остался на месте. В круге звона Начертание Пустоты слушалось его лучше, чем когда-либо.

Пальцы правой руки рассекли воздух, выводя золотую вязь «Знака Отражения».

Серая звезда врезалась в символ. Пламя увязло в мерцающих петлях обратной связи, провернулось вокруг своей оси и сорвалось назад, набрав скорость.

Се Умин едва успел закрыть лицо рукавом. Собственная техника взорвалась перед ним, разметала по залу серые клочья ци и осыпала посланника едкими искрами.

Мин выхватил из-за пазухи пачку талисманов. Знаки на них он вывел чернилами, вываренными в Древней Чернильнице.

Он швырнул листы вперед и тут же ударил основанием посоха по нижнему краю призрачного колокола.

Набат подхватил талисманы. На бумаге багровым светом вспыхнул «Знак Пронзания», из листов ударили лучи. Колокольное эхо множило их на лету. Сотня раскаленных копий обрушилась на Се Умина, прошивая защитный покров.

Посланника отбросило назад. Серый шелк вспыхнул, а кровь брызнула на камень.

Мин шагнул следом, сложил пальцы в жест меча и с резким выдохом полоснул по пустоте. Пока преимущество было на его стороне, нельзя было дать противнику даже выдохнуть.

Золотой серп «Знака Разрыва» рассек воздух. Мин повел его к серой нити, тянувшейся от Се Умина к узлам древней тюрьмы, и перерубил ее.

Связь лопнула с визгливым скрежетом. Ритуальный круг под ногами посланника мигнул и со скрипом провернулся на полоборота назад. Отток силы из пленных оборвался.

— Тварь! — взревел Се Умин.

Посланник рванул к Мину, отбросив хитрые техники. Несколько шагов исчезли за миг. Открытая ладонь метила начертателю в лицо, вокруг пальцев клубился тяжелый пепел. В этот удар Се Умин вложил всю мощь пика Ядра.

Мин опустил на себя призрачный колокол. Полупрозрачный купол накрыл его до пола, и ладонь Се Умина врезалась в сияющий бок.

БО-О-О-О-О-ОМ!

Звон сотряс башню. Колокол выдержал и вернул силу удара звуковой волной. Она вырвалась из стенки, смяла пространство перед собой и швырнула посланника через зал.

Се Умин пролетел тридцать шагов, снес две каменные опоры и рухнул на колени среди обломков.

Кровь из рассеченной брови и разбитого носа заливала лицо. Правый рукав дорогого халата висел лохмотьями, открывая обожженное предплечье. По подбородку текла кровь. Еще недавно этот человек казался Мину недосягаемым.

Пленники видели весь бой сквозь мутный хрусталь камер.

— ХА-ХА-ХА! ВРЕЗАЛ! — рев Бао Ту пробился сквозь прозрачный камень. Варвар колотил кулачищами в ограду, а за его спиной довольно ревел медведь. — Размажь этого надутого индюка, Мин! Дай ему еще!

Су Лин прижала ладони к груди, глаза девушки сияли восторгом. Тай Цзин усмехнулся у стены и крепче сжал рукоять родового меча, глядя на товарища.

Мин тяжело дышал под колоколом. Все шестьдесят каналов горели, зато Се Умин стоял перед ним избитый и окровавленный. Ради этого стоило терпеть. Мин все-таки заставил надменную тварь харкать кровью.

Се Умин уперся ладонью в обломок и поднялся. Выпрямившись, он сплюнул сгусток крови, провел разорванным рукавом по лицу и размазал грязь по бледной щеке.

Из горла посланника вырвался хрип. Мин вслушался и понял, что тот смеется. Смех креп, пока не заполнил весь зал. Кровь еще