Против ветра - Анна Джейн

– Значит, кошмар? – процедил сквозь зубы Никита, тоже приподнимаясь и опираясь на согнутый локоть.

– Ага, – кивнула Ника, раззадоривая его. – Тебя привязывать надо к кровати. У тебя тремор всего тела, Кларский. Ты сучишь ногами. И разговариваешь во сне.

– И что же я говорю? – Ника не замечала, как ее любимый начинает сердиться, или замечала, но продолжала над ним глумиться.

– Признаешься в любви к какому-то парню, – невозмутимо ответила она и потерла глаз. Однако тут же спохватилась – на пальце остался след от туши и теней, которые она так и не смыла с лица после вчерашнего. – Блин! – взвыла Карлова, вскакивая с дивана. – Я же сейчас как чучело! Эй! – прикрикнула она на лежащего Кларского.

Тот с мрачным интересом разглядывал Нику с всклокоченными со сна волосами. Челка у нее стояла дыбом, и это забавляло парня.

– Что?

– Хватит на меня так пялиться! – возмутилась Ника, понимая, что выглядит сейчас не так, как хотелось бы выглядеть перед любимым человеком. – Отвернись куда-нибудь.

– В чем проблема? Ты все еще стесняешься? Не строй из себя правильную девочку.

Ник не так понял причину криков Карловой. Посчитал, что та стесняется его. То, что она переживала по поводу своего внешнего вида, Кларский как-то даже не подумал.

– Ты все-таки как был дураком, так им и остался! – топнула босой ногой Ника.

– Правда? – прищурился Никита.

– Нет, вру. Естественно правда, Укропина!

Сказать что-то еще Ника не успела – ее неожиданно повалили на диван. Не больно, но очень властно. Сердце у нее заколотилось. И почему бы ему не забиться, когда ее прижимал к дивану такой парень, как Кларский?

– Почему ты меня так называешь, идиотка? – навис над ней Никита.

Его и впрямь интересовал этот вопрос.

– Отпусти меня! – потребовала Ника.

Светлые волосы разметались по дивану, и она попыталась вырваться, но с физической силой Ника совладать, само собой, не смогла.

– Не придуривайся и отвечай! – рявкнул он.

– А ты горячая штучка, – насмешливо сказала Карлова, поглаживая его плечи.

Ник от прикосновения теплых рук замер. Запоздало понял, что его разводят на эмоции.

– Хорошо. Потому что. – Ника чуть приподняла голову – так, чтобы ее губы оказались около правого уха Ника. – Потому что…

Ее дыхание защекотало кожу парня.

– Потому что…

– Говори уже, – потребовал Никита.

– Потому что так получилось! – заявила Ника оглушительно громко. Никита ожидал более логичного ответа. – Помнишь, я зарегистрировала сим-карту на имя Зои Укроповой, а потом звонила тебе и прикалывалась?

– Как не забыть, – процедил сквозь зубы Никита.

Он не любил, когда над ним издевались.

– Вот с тех пор как-то и повелось, – хихикнула Ника. – И вообще, я укроп, петрушку и прочую зелень терпеть не могу. В детстве у меня даже аллергия на него была.

Она медленно погладила нависшего над ней парня по спине.

– Ты меня так бесил, словно я тонну укропа и петрушки съела, – продолжала Карлова.

– Бесил? – вспомнилось Никите их знакомство в машине.

– Просто вымораживал! – призналась Карлова. – Ты казался тупым, агрессивным и жестоким хамлом, – улыбнулась Ника, одновременно умудрившись легко поцеловать Никиту в шею.

– Да и ты не идеал женщины, – отвечал ей Никита, глядя в глаза. – Все такая же несерьезная. В твоем возрасте пора уже браться за ум.

– А ты чересчур серьезный. Ты такой серьезный и взрослый, что тебя, наверное, два раза по отчеству называют, чтобы показать, какой ты солидный? – спросила Ника нахально. – Так все странно сложилось, да? Я боялась тебя. И ты ужасно раздражал меня, – продолжала она с грустной улыбкой. – Иногда я просто ненавидела тебя. Когда ты грубил мне, когда заставлял играть роль твоей подружки. – Она отвела глаза. – Ты ведь хотел пожертвовать мной ради той девушки. Как ее звали? Ольга?

– Вот как. Понятно.

Ник без единой эмоции на лице встал, и это немножко расстроило Нику – она ведь специально его провоцировала. Карлова тут же вскочила и прикусила губу. Закутавшись поплотнее в простыню, пошла следом за ним на кухню, где не было ничего, кроме раковины, холодильника, микроволновки и плотно задернутых горизонтальных жалюзи, из-под которых пробивался свет.

В полутемной кухне Кларский пил из кружки воду.

– Никит, – несмело начала она, встав в арке, ведущей на кухню, – ты что, обиделся? Ау-у-у!

– Не в лесу, – коротко ответил ей Ник.

Ника обратила внимание на его спину – она лишь однажды видела парня без одежды, когда до его отъезда из города они ночевали в квартире ее знакомой и перед сном он снял майку. Тогда ей стало безумно его жаль. И сейчас, глядя на шрамы, Ника вновь испытала это острое чувство. Наверное, Никита многое повидал.

Ника часто думала, как тяжело было ему. А он не сломался. Не пал духом.

Может, поэтому он так привлек ее внимание?

Подойдя ближе, она осторожно коснулась рваного шрама у него на боку.

– Как? – только и спросила она.

– Кастет, – коротко бросил Кларский.

– Больно было?

Ника поняла, что он не ответит. Да и глупый вопрос. Наверняка ему было больно. Только захочет ли гордый Никита признаваться в этом?

– Никит, ты меня не дослушал. Не уходи посредине разговора, пожалуйста, – попросила Ника тихо. – Я просто хочу быть честной. И прекрасно понимаю, что и я тебя раздражала. Надеюсь, сейчас все не так, – вымученно улыбнулась она.

Кларский нахмурился.

– Да, ты казался мне моим личным проклятьем. И жутко раздражал с первого взгляда. Серьезно, ты поступал как козел, хотя и мое поведение было не идеальным. Помнишь, что мы друг другу наговорили в машине мальчика, который нас познакомил? Как его звали? Денис, верно? Как же давно это было… – вздохнула Ника. – И да, я боялась тебя. Боялась, что ударишь или сделаешь что-нибудь. И твоего брата я тоже боялась. А когда притворялась твоей девушкой, боялась и ненавидела каждую секунду.

Ника снова вздохнула. Если ночью ей владела страсть и нежность, то сейчас она должна была сказать все-все, что чувствовала с самого начала, без утайки.

– И знаешь, потом вдруг что-то изменилось. Сильно. На сто восемьдесят градусов. Ты оставался все таким же грубым и жестким типом без крыши. По крайней мере, ты казался мне таким. А я стала много о тебе думать. В какой-то момент я хотела узнать о тебе все. Какую еду ты любишь, какую слушаешь музыку, какие планы у тебя в голове. Каким ты бываешь с той девушкой, которую любишь… – Ника улыбнулась далеким воспоминаниям. А Никита смотрел сквозь стену, словно видел где-то за границами мира собственное прошлое. – И страх прошел. Вообще прошел. – Она откинула со лба прядку светлых длинных волос. – Мне нравилось бывать с тобой. Мне даже редкие поцелуи на публике нравились. И я с нетерпением ждала встреч. Я даже начала думать, что понимаю тебя. Для себя я решила: