Против ветра - Анна Джейн

– А если за три года я стал чудовищем? – спросил он, отвернувшись к окну. – Ты ведь не знаешь, чем я занимался. Чем жил. Что делал.

Ника покачала головой:

– Я чувствую, что ты не такой, – заверила она твердо. – Ты не сломался.

– Но это всего лишь твои личные субъективные переживания! – воскликнул Никита. – На них нельзя полагаться!

– Но ты ведь положился, – огорошила его Ника.

– Откуда тебе знать?

– Может, ноги во сне ты на людей и не складываешь, и одеяло не отбираешь, но я же сказала: разговариваешь, – рассмеялась невесело Карлова.

Она действительно проснулась от его тихого голоса. Никите снилось что-то странное, и он несколько раз произнес, что «послушал ветер, и голос в его голове оказался прав», а после замолчал.

На это Кларский ничего не ответил.

– Ты хороший человек. И я буду думать так, даже если ты забыл меня, встретил случайно и решил развлечься. В любом случае я рада, что вновь встретила тебя и именно таким, – договорила приглушенным голосом Ника, впившись ногтями в ладонь, чтобы не заплакать. Она даже голову вверх задрала. – И… И не надо обижаться на правду. Я все честно рассказала тебе о своих чувствах.

– Я не могу, – отозвался Никита.

Он даже не повернулся, лишь поставил в раковину стеклянную кружку, из которой пил.

– Почему же?

– Потому что ты права. Я не обижаюсь на твои слова о том, что вначале ты ненавидела меня и боялась, хотя. – Он усмехнулся. – Я бы ничего тебе не сделал. И не сделаю никогда.

– Но в чем тогда дело? – прошептала Ника.

– Ты точно попала в цель словами про Ольгу. Пытаясь защитить ее, я поставил тебя под удар. – Видимо, эти слова нелегко дались Кларскому. – Я не должен был так делать. Следовало просто оставить ее. А я вцепился, как за последний шанс остаться человеком. Верил, что любовь меняет. – Он улыбнулся криво, глядя в окно.

– Все мы ошибаемся, – мудро заметила Ника.

Про его бывшую слышать было неприятно, но раз уж она хотела правды…

– Не у всех на кону стоит жизнь или счастье другого человека, – отозвался он. – Мне было плевать на твое счастье. Да вообще на всех плевать было. Да и на Ольгу по большому счету – тоже. Если бы действительно у меня к ней что-то было, я бы понял, какая она настоящая. Из тени так хотелось попасть на солнце, – сказал он зачем-то и замолк, поняв, что сболтнул лишнего.

– Это ведь легко, – откликнулась Ника, подбирая волочившуюся за ней простыню.

Она подошла к окну и открыла жалюзи, а следом и окно.

Солнечный свет ворвался в комнату вместе с ветерком.

Тени отползли в углы.

Какое-то время молодые люди молчали, дыша свежим воздухом и глядя вдаль, на пустошь, где скоро должны были появиться новые дома.

– Я хочу сказать тебе, что люблю, – с вызовом произнесла Ника. – И в этом виноват только ты.

– А если это стокгольмский синдром? – спросил Никита, который часто ко всему придирался.

– Не неси ерунды, – спокойно произнесла Ника.

Она неожиданно обняла его сзади, прижавшись щекой к спине – ее губы как раз находились на уровне одного из старых шрамов – тонкого, белого и длинного.

– Я ждала тебя три года.

– Да? – скептически спросил Кларский. – А замуж зачем собралась? Из любопытства?

Он не стал говорить, что почувствовал, когда узнал, что Ника выходит замуж.

Ника, рассердившись – не такую реакцию она ждала от своих теплых объятий, – моментально отцепилась от Ника. Эйфория от встречи прошла, и на нее разом навалилась куча переживаний, острых, как перец чили. Ника с ужасом вспомнила о женихе, о девичнике и о свадьбе, об обязательствах, и у нее похолодели кончики пальцев.

Она не сожалела о прошлой ночи с любимым человеком – кто бы мог подумать, шуточное гадание оказалось правдой! – но ей стало безумно стыдно перед Сашей и перед своими родителями. Она вдруг поняла, что не выйдет замуж за Дионова. Даже если Никита сейчас возьмет и оставит ее. Слишком уж очевидна была разница между отношениями по любви и отношениями по памяти – так называла их связь с Сашей Ника. Прошлое нельзя вернуть. И чувства – тоже. История с Дионовым закончилась тогда, когда он прислал ей прощальное сообщение. И они оба не поняли это, продолжая цепляться за зыбкие иллюзии. Начали все сначала.

Кого они видели друг в друге? Настоящих ли себя?.. Или лишь отражения из прошлого?

И можно ли построить совместное будущее двум таким отражениям?

Рядом с Никитой Ника поняла совершенно точно: нет. Нельзя.

Их с Сашей отношения с самого начала были провальными. Хотя сейчас это не отменяло чувство вины перед ним.

Зачем только он настоял на свадьбе? Получается, она оставит его прямо перед торжеством. И вообще, выходит так, что она, Ника, изменила жениху, повела себя как уличная девка. Стоило ей увидеть Кларского, как она забыла обо всем на свете и…

Как же сложна любовь! Ребус, который до конца никогда сложить не удастся.

– Дурак, – спокойно сказала Ника, пряча внутри эмоции. – Предлагали – и пошла. Потому что человек хороший. Тепло относится ко мне. Завоевывал. Старался, поддерживал. Моя. – Она хмыкнула. – Первая любовь.

Никита позволил себе невеселую, даже злую улыбочку, а Карлова повысила голос:

– Не могла же я тебя всю жизнь ждать! Откуда я знала, приедешь ты или нет, нужна я тебе буду или не нужна? Сам где-то таскался столько времени, мог хотя бы весточку о себе дать, а не играть в глобальную молчанку! Ты знаешь, каково мне было, когда ты уехал? Знаешь, что я чувствовала? О да, тебе все равно, господин Холодные Глаза и Ледяное Сердце! – выдала как на духу Ника.

Никита повернулся и со странным блеском в серых холодных глазах взглянул на разбушевавшуюся Нику. Даже голову склонил набок.

– И нет, не думай, что я жалела себя! «Как же я буду без него, как же мне плохо без этого ублюдка, бедная я, несчастная, не взаимно влюбленная и оставленная одна» – я так никогда не думала! У меня все мысли были только о том, чтобы тебя не поймали и чтобы с тобой ничего не случилось! «Что с ним? Как он себя чувствует? Не ранен ли? Поел? Не болеет? Его не поймали?» Вот о чем я переживала. И постоянно смотрела все криминальные хроники и новости тоже. Смотрела и боялась, что однажды там скажут про тебя, дурак. Что тебя нашли менты или… вообще больше… нет.

Ника перевела дыхание. Не так, совсем не так она представляла их общее пробуждение. Где романтика, кофе в постель, воздушные поцелуи? Вместо них – эмоции и непрошеные слезы.

– И именно