Камень желаний - Ирина Ульяненко

Вот отец.

Вот я лет в десять с огромными бантами.

Вот мы втроём возле моря.

Я задержалась возле фотографии.

— Поля.

— Что?

— Гараж.

— Сейчас.

Мне вдруг стало страшно.

Не мистически.

По-другому.

Пока мы ничего не нашли, можно было представить, что сон просто сон.

Что отец ничего не знал.

Что всё это совпадение.

Если же тайник действительно существует…

Тогда Камень был частью моей жизни задолго до того, как я о нём узнала.

— Пойдём.

В гараже почти ничего не изменилось.

Старый верстак.

Инструменты.

Банки с гайками и шурупами.

Шкаф.

В углу стоял велосипед.

А рядом я увидела его.

Мой первый металлоискатель.

— Господи.

Я взяла прибор.

Лёгкий.

Пластиковый.

Рядом с нынешним выглядел игрушкой.

На корпусе всё ещё была наклейка, которую сделал отец:

ПОЛИНКЕ. ИЩИ И НАЙДЁШЬ.

Я провела пальцами по буквам.

— Это он?

— Да.

— Работает?

— Не знаю.

Лёвка открыл батарейный отсек.

— Батареек нет.

— Логично.

Он посветил внутрь телефоном.

Потом нахмурился.

— Поля.

— Что?

— Здесь стенка слишком толстая.

— В смысле?

— Вот.

Он постучал.

Одна сторона звучала глухо.

Лёвка достал отвёртку.

— Только не ломай.

— Я знаю, что делаю.

— Каждый мужчина говорит это перед тем, как что-нибудь сломать.

— Не мешай специалисту.

Через несколько минут внутренняя пластинка поддалась.

За ней лежал маленький ключ.

И сложенная бумажка.

У меня задрожали руки.

Я развернула её.

Почерк отца.

«Если нашла ключ, значит, он уже нашёл тебя».

Ниже:

«Под половицей возле места, где лежала твоя первая монета».

Лёвка тихо присвистнул.

— Твой отец любил квесты.

— Нет.

Я перечитала записку.

— Он хотел, чтобы это могла найти только я.

Место я помнила.

Мы отодвинули старый шкаф.

Под ним были доски.

Одна отличалась от остальных.

Лёвка поддел её ломиком.

Под половицей обнаружился металлический ящик.

Замок маленький.

Ключ подошёл.

Я не сразу решилась открыть.

— Поля?

— Сейчас.

Внутри лежала толстая пачка бумаг.

Несколько фотографий.

Старая тетрадь.

И письмо.

На конверте:

«Моей Полинке».

Я села прямо на пол.

Открыла.

Первые строки пришлось перечитать дважды.

«Доченька.

Если ты читаешь это письмо, значит, случилось то, чего я боялся больше всего. Камень вернулся к тебе».

Я почувствовала холод под одеждой.

Камень лежал в мешочке на груди.

«Я должен был рассказать тебе всё при жизни. Не рассказал, потому что надеялся, что смогу разорвать эту историю сам».

Дальше почерк становился неровным.

«До твоего рождения мы с мамой много лет пытались завести ребёнка. Врачи почти не оставляли надежды.

Тогда я сделал то, о чём потом жалел всю жизнь.

Я попросил Камень».

Я остановилась.

— Лёвка…

Он сидел рядом.

— Читай.

Я продолжила.

«Моё желание было простым: я хочу дочь.

Через год родилась ты».

У меня задрожали руки.

Мама рассказывала.

Долгие годы ничего не получалось.

Потом беременность.

Все называли это чудом.

Я родилась здоровой.

Отец действительно получил своё желание.

Меня.

«Я был счастлив. И не думал о цене.

Цена пришла позже.

Когда тебе исполнится пятьдесят лет, ты должна была стать следующей Хранительницей».

Я опустила письмо.

Лёвка молчал.

Мне недавно исполнилось пятьдесят.

Металлоискатель.

Хутор.

Сон.

Камень.

Никаких совпадений.

— Вот почему сейчас.

Я продолжила.

«Я согласился на это до твоего рождения.

И только когда впервые взял тебя на руки, понял, что натворил.

Я заплатил за своё желание не собственной жизнью. Я пообещал твою».

Глаза наполнились слезами.

Я злилась.

На отца.

На Камень.

На себя за то, что вообще приехала сюда.

Но больше всего хотелось, чтобы отец сейчас сидел рядом.

Чтобы можно было спросить:

— Папа, как ты мог?

Следующие строки будто отвечали.

«Если когда-нибудь возненавидишь меня за это — будешь права.

Я не имел права решать за тебя.

Поэтому я нарушил договор».

Я вытерла глаза.

«Я забрал Камень и спрятал его.

Мне помогли люди, имён которых я здесь не напишу. Чем меньше ты знаешь до встречи с Камнем, тем безопаснее.

Я надеялся, что если ты никогда его не коснёшься, он не сможет принять тебя».

Не получилось.

«Но если ты читаешь это, значит, Камень всё-таки вернулся.

Тогда запомни главное.

Ты не обязана платить мой долг».

Я перечитала эту строчку.

Ещё раз.

Ты не обязана платить мой долг.

Камень на груди вдруг стал тёплым.

— Даже не начинай, — сказала я.

— Я ничего не говорил, — ответил Лёвка.

— Это не тебе.

Он посмотрел на мешочек.

— А.

Уже привык.

Дальше отец писал о Камне.

Не всё.

Многое он сам не знал.

Но одну