Музыка в пустом доме - Яна Александровна Верзун
– Вы еще подеритесь, горячие финские парни, – с улыбкой произнес Десятов.
Рома растерянно стоял в дверях и почесывал живот:
– Кать, да успокойся ты, ну хочешь – на колени встану?
Рома встал на колени.
Аня прошла мимо Ромы, бани, берез, Десятова. Зашла в дом, взяла рюкзак и сунула в него пачку чипсов, которые лежали на столе. Достала телефон, набрала номер Дениса. Попросила забрать, продиктовала адрес – остановиться на повороте с трассы, к участку не подъезжать.
Мокрые волосы под капюшоном сбились в кучу, голова чесалась. Наушники в рюкзаке запутались. Слово «шлюха» вибрировало в перепонках. Холодный апрельский воздух, пустая дорога, переговоры ворон. Свет от фонаря падал на грязные ботинки. Наступила в лужу, когда уходила. Прошло полчаса, телефон молчал. Каждая встречная машина заставляла сердце сжиматься. Жвачка во рту – безвкусный кусок резины. Когда подъехал Денис, Аня выплюнула ее и села на пассажирское сиденье.
– Опять напились? – вместо приветствия спросил Денис.
– Типа того. Спасибо, что приехал. Твоя сестра назвала меня шлюхой.
– Блядь, – сказал Денис. – Ты ей что-то рассказала?
– Нет, конечно. А ты?
– Нет. А это точно из-за нас? Может, у нее есть другие причины тебя так называть?
– Ну ты и дебил, – сказала Аня. – Почему все мужики такие дебилы? И почему шлюха-то, я не понимаю!
– Успокойся, – сказал Денис и взял ее руку в свою. – Давай я отвезу тебя домой. Как учеба?
– Тебе правда интересно? Нормально. Но почему сразу шлюха? Потому что я занималась с тобой сексом, привязанная к батарее? Но тогда я жертва, а не шлюха.
– Считаешь себя жертвой? – спросил Денис.
– Нет, но шлюхой тоже не считаю.
Одной рукой Денис держал руль, другой – ее руку. Аня почувствовала тошноту. Остановились. Вырвало на дорогу. Дальше ехали молча, Денис поставил «Черный альбом» «Кино». Раньше у него играла другая музыка. Depeche Mode или Pink Floyd – всякая попса, которая не идет в сравнение с Цоем. Возле дома Денис спросил, вернулся ли папа. Завтра вечером приедет.
В полумраке парадной Аня видела нахмуренный лоб Дениса, сжатые губы, крестик в ухе, беспокойные пальцы на кнопке лифта, дверной ручке, вешалке, ее талии, груди, плечах, в запутанных непросохших волосах.
Последний раз на кухне Денис сидел с ее отцом. Теперь на месте отца сидит Аня. Ненакрашенная. Смотрит в бокал вина, но не помнит, откуда оно появилось. Денис крутит в пальцах штопор. Острой частью слегка касается Аниной руки. Она говорит, что много раз представляла, как они будут сидеть на этой кухне. Что именно ты представляла, Аня? Как мы целуемся, как ты прижимаешь меня к стене, как затыкаешь рот пальцами. Показать, как именно? Сейчас? Дальше – полубессвязный лепет, кровь приливает к щекам, пальцы Дениса во рту, в ушах – голосом Кати «шлюха». Потом сидят с Денисом на подоконнике, курят одну сигарету на двоих. «Мальборо», но лайт. Денис гладит ее по волосам. Высохли. Пьют воду из одного стакана.
– Я постоянно хочу секса. Это ведь ненормально? – спрашивает Аня.
– Нормально, когда тебе восемнадцать.
– И что мне с этим делать?
– Ничего не делай.
– Я серьезно, Денис. Я постоянно хочу секса, а ты постоянно пропадаешь.
Он обещает не пропадать. Но предупреждает, что девушка не должна быть такой доступной. Это так, на будущее. Аня спрыгивает с подоконника, поднимает с пола футболку, стряхивает пыль и надевает. Берет со стола штопор. Спрашивает Дениса, семейное ли это? Оскорблять людей. Он тоже берет с пола джинсы, из кармана высыпается мелочь. Монетки катятся по полу, и Аня успевает сосчитать: восемь рублей пятьдесят копеек. Денис просит не воспринимать все так буквально. Надевает джинсы. Звенит ремнем. Он ведь переживает за нее. Свяжется с каким-нибудь придурком, испортится. Молодость. На столе пританцовывает его телефон. Прислоняет к уху. Спрашивает, на какой дороге. Что там рядом. Обещает приехать.
Аня отворачивается к раковине, начинает мыть посуду, выдавливая «Фейри» прямо в бокал, – брызги летят во все стороны, попадают даже в глаза. Моет штопор, руки. Под ногтями следы дачи.
– Знаешь, Денис, ты прав: мне восемнадцать, и хотеть секса в моем возрасте – нормально. Только вот тебе тридцать три – и секс с тобой так себе. А воспитывать меня не надо. Мне второй папа не нужен.
– Да, да, понимаю, – отвечает Денис уже из прихожей. – Там твои друзья врезались в столб на трассе. Поедешь со мной?
– Не поеду. – Аня оставляет бокал в раковине и замирает, дожидаясь, пока хлопнет дверь.
Затем открывает морозилку и ногтями соскребает наросший на стенках лед. Прикладывает к лицу. Из открытой форточки доносился мат соседки с первого этажа. Ей, видите ли, не нравится, что по парадной шляются наркоманы.
Денис только что уехал. Трахались на кухне. В кино все выглядит по-другому. На жопе синяк. Как теперь на этой кухне есть с папой овсянку по утрам? Когда Денис ушел, ревела из-за его слов, что «девушкам нельзя быть такими доступными». Я доступная? За полтора года в Питере я спала только с ним, хотя могла бы, как все, ходить по клубам и трахаться с каждым встречным. Когда Денис опустился на колени и раздвинул мне ноги, я не поняла, чего он хочет. Мне стыдно про это писать: губы у него потом были соленые, он меня целовал и кусал, а я хотела, чтобы нас кто-нибудь увидел через окно. Может, сам по себе он и некрасивый, но, когда мы трахаемся, становится красивым. Когда он ушел, я выпила этот горький папин кофе и включила «Альфа Дог». Денис больше никогда не придет, я это знаю.
Через два часа Денис приехал. Мокрый, куртка блестит, джинсы прилипли к худым ногам. В руке пакет из «Ленты». Ставит его на пол, разувается.
– Привез еды, холодильник-то у тебя пустой. Машину пришлось оставить в соседнем дворе. Там эта твоя соседка ненормальная все сидит у окна в розовом халате, аж дико.
Денис снимает куртку, отряхивает. Капли попадают Ане на лицо, заплаканное, но умытое. Куртку на крючок рядом с папиным серым пальто – только бы пальто не намочилось. Денис идет на кухню, Аня перевешивает пальто подальше. Приходит СМС от папы: будет завтра в восемь. Она вспоминает диктофон, вордовский файл, «Рояль». Нужно спросить папу про рынок и способность продолжать. У нее-то этой способности нет.
На кухне Денис достает из пакета продукты, сосредоточенно расставляя их по полкам. На нижнюю: хлеб, конфеты «Красный мак», «Нескафе», сахар в кубиках. На верхнюю: пачку макарон, гречку. В холодильник колбасу, в морозилку – пельмени. В пакете остается пачка