Популярные онлайн книги. Страница 23

Создавать Империи — это как кататься на велосипеде.
Трудно только в первый раз.
Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы
Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан!
Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню!
Дайте мне боярышню-магичку и…
Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить.
Но нужно спешить.
Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот.
И только я знаю, как выиграть войну с ними.

Создавать Империи — это как кататься на велосипеде.
Трудно только в первый раз.
Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы
Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан!
Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню!
Дайте мне боярышню-магичку и…
Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить.
Но нужно спешить.
Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот.
И только я знаю, как выиграть войну с ними.

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ ЦИКЛА.
– Кому ты рассказала? – спросил он, прищуриваясь. – О той ночи. Моей сестре?
– Никому. Делать мне больше нечего, как трепаться о придурках в клубах.
Он дернул меня на себя:
– Ты будешь молчать.
– А если нет? – усмехаюсь, бросая вызов. – Так сильно переживаешь, что в глазах родных перестанешь быть идеальным выпускником Гарварда?
Его глаза налились свинцом.
– Я и так идеальный выпускник Гарварда, – голос сочился холодом. – А то, что было в клубе, тебя не касается. Это была ошибка. И я был не в себе, раз посмотрел на такую невзрачную мышь, как ты.
Я громко засмеялась.
– Поэтому ты предложил мне переспать? Невзрачной мыши?
Он идеален. Холоден. Неприступен. Выпускник Гарварда, будущий мэр, наследник огромного состояния… А я всего лишь подруга его младшей сестры.
И он смотрит на меня так, будто я – пустое место. Игнорирует, презирает, не замечает.
Но однажды все меняется.

В тексте есть: от ненависти до любви, запретные чувства, эмоции на грани
Ограничение: 18+

Мама потребовала от Алисы отменить поездку в Неаполь и съездить к бабушке в деревню. Две недели — уговорить старушку переехать в город, похозяйничать. Алиса сдалась под давлением «для семьи» и собрала чемодан не в Италию, а в глушь. Но ещё в городской квартире случилось странное: кустик мяты, который она едва поливала, за ночь превратился в пышный изумрудный купол. Алиса списала это на усталость, хотя ощущение недоумения осталось. В поезде и на автобусе она ехала одна, и дорога показалась ей удивительно быстрой — слишком быстрой для привычного мира. На развилке посреди подсолнечного поля, где связь оборвалась окончательно, незнакомый возница на лошадиной подводе уже знал, куда ей нужно, и довёз до самой калитки. Когда Алиса обернулась попрощаться, подвода исчезла.
Деревня оказалась не той, что она представляла. Бабушка Любава выглядела на десятки лет моложе заявленного возраста, двигалась плавно, а вещи вокруг неё подчинялись другой логике — кувшинчик, сбитый с полки, завис в воздухе перед падением. Соседи тоже оказались непростыми: старуха, что помнит всё, что нёс ветер; плотник, умеющий высвобождать душу из дерева; ткачиха, что выткает судьбу за частичку памяти. А за рекой, в болотах, спали древние силы — не злые, но чужие, тяжёлые, способные погасить свет и внушить дурные мысли. Любава предупредила: не ходи одна за реку, не слушай зовущие голоса, даже если они примут облик близких. Алиса поклялась, но клятва эта давилась ей всё сильнее — любопытство росло с каждым днём.
Мама ждала, что внучка убедит старушку бросить деревню. Но Алиса понимала: Любава связана с этим местом крепче, чем корнями, а сама она уже не та, что откладывала билеты в Италию. Городские приоритеты таяли, как роса на раскалённой печи. И всё же она не знала, чем обернётся это преображение — станет ли она частью деревенского круга или переступит черту, за которой начинаются чужие, недружелюбные тропы. Любава рассказала о прабабке, которая вызвала дождь ценой неизвестной платы, и Алиса услышала в этом не сказку, а предупреждение.

Авигея появляется в выпускном классе незадолго до последнего звонка и сразу становится объектом травли. Она молча терпит насмешки, унижения, жестокие шутки. Но никто не знает, что за её молчанием скрывается нечто пугающее.
В один вечер она предсказывает будущее своих обидчиков: смерть, похищение, тюрьма, несчастья...
Сначала они не верят. Но потом предсказания начинают сбываться.
Теперь бывшие хулиганы боятся каждого нового дня. Потому что никто не знает — кто станет следующим.

Пятьсот баллов из пятисот возможных — пока это лишь цифра на карточке. Ее надо подтвердить.
Меня везут в Новосибирск, куда со всей страны собирают тысячу лучших выпускников. Пять дней проверок, ярмарка вузов, а в конце тех, кому повезет, наградит сам государь. Вот только здесь я не гордость Светлогорска, а парень из ниоткуда, которого до июня не знала ни одна олимпиада. И объясняться придется не с комиссией, а с тысячей других участников сразу.
Впрочем, опыт инженера при мне, система — тоже. Вот только соперники здесь не глупее меня, а некоторые носят такие фамилии, что проигрывать им не положено по статусу. И делать этого они не умеют.

Мне нередко удавалось побеждать — бедность, рабочие задачи, алчность бывшего мужа, только вот болезнь победить не удалось. Но оказалось, что за гранью тоже что-то есть, и это «что-то» один в один как моя любимая эпоха, эх, развернусь!
Но тело мне выдали какое-то беспомощное и с трудной судьбой. Слова за себя сказать не могла, дожила, что едва не убили. И до сих пор подгрызают.
Что ж, прижучим вредных родственников, заручимся помощью влиятельных людей и вперёд, на поиски врагов. Вика Мирошникова выходит на тропу войны, кто не спрятался, я не виновата!

Неприятные сюрпризы никто не любит. К сожалению, они случаются. В тот день, когда управляющий принес указ императора, моя жизнь разделилась на до и после. Если в течение двух дней я не решу проблему, то мой отец умрет от сердечного приступа, малолетние братья отправятся в интернат, а о восстановлении репутации нашей дворянской семьи можно и не мечтать. Готова ли я бороться за свою семью? Безусловно. Но, честно признаться, никак не ожидала, что, отправляясь на встречу с человеком, губящим мой род, попаду в ловушку времени.

Меня зовут Лиана Прайд, и я то самое «жуткое и безобразное» порождение Тьмы, которое все так боятся. Мои прикосновения дарят смерть, а взгляд дурманит и сводит с ума. Одни умирают, общаясь со мной, другие становятся безумцами. Я была обречена провести вечность в одиночестве, пока не встретила его – мужчину с иммунитетом к моему смертельному яду, единственного мужчину во всем мире, с которым я совместима. Вот только он безжалостный охотник на существ Тьмы, а в прошлом – правая рука правителя Изерийской империи, именно того правителя, которого я намерена свергнуть.

Меня смыло за борт, а я очнулась в другом мире.
В деревянной лодке. Без вёсел. Без воды. Без надежды.
Меня подобрал пиратский корабль. Капитан смотрит так, будто решает: убить или продать. Команда видит во мне игрушку. Добычу.
Но они не знают: я юрист. Умею читать законы и находить в них лазейки. А ещё у меня чёрный пояс по карате.
Пиратский кодекс? Прекрасно. Я выучу его.
Честный бой? Я принимаю вызов.
И капитан, привыкший повелевать, не знает, что его самая опасная добыча — это я.

Из дневника адмирала Василькова А.И. — командующего русского экспедиционного корпуса:
Запись 469: «Сегодня стёр с карты сектора три обитаемых мира. Население — 6 миллионов человек. Потери флота — приемлемые...»
Запись 2013: «Мятеж в 22-ой «гренадерской» подавлен. Казнено более 3000 офицеров и нижних чинов дивизии. Среди них — мои однокурсники...»
Запись 55298: «Война с Конфедерацией завершена. Наши потери — 60 % личного состава. Победа. Мне присвоили еще одну Золотую звезду. Она пахнет кровью...»
Согласитесь, не очень похоже на мемуары героя. Больше на сухие строчки военных донесений, за которыми — выжженные планеты и погибшие флоты. Это правда о том, как делается история экспансии. Без патетики. Без оправданий. Без жалости.
Каждая запись — еще один шаг к трону... или к эшафоту.

Из дневника адмирала Василькова А.И. — командующего русского экспедиционного корпуса:
Запись 469: «Сегодня стёр с карты сектора три обитаемых мира. Население — 6 миллионов человек. Потери флота — приемлемые...»
Запись 2013: «Мятеж в 22-ой «гренадерской» подавлен. Казнено более 3000 офицеров и нижних чинов дивизии. Среди них — мои однокурсники...»
Запись 55298: «Война с Конфедерацией завершена. Наши потери — 60 % личного состава. Победа. Мне присвоили еще одну Золотую звезду. Она пахнет кровью...»
Согласитесь, не очень похоже на мемуары героя. Больше на сухие строчки военных донесений, за которыми — выжженные планеты и погибшие флоты. Это правда о том, как делается история экспансии. Без патетики. Без оправданий. Без жалости.
Каждая запись — еще один шаг к трону... или к эшафоту.

Из дневника адмирала Василькова А.И. — командующего русского экспедиционного корпуса:
Запись 469: «Сегодня стёр с карты сектора три обитаемых мира. Население — 6 миллионов человек. Потери флота — приемлемые...»
Запись 2013: «Мятеж в 22-ой «гренадерской» подавлен. Казнено более 3000 офицеров и нижних чинов дивизии. Среди них — мои однокурсники...»
Запись 55298: «Война с Конфедерацией завершена. Наши потери — 60 % личного состава. Победа. Мне присвоили еще одну Золотую звезду. Она пахнет кровью...»
Согласитесь, не очень похоже на мемуары героя. Больше на сухие строчки военных донесений, за которыми — выжженные планеты и погибшие флоты. Это правда о том, как делается история экспансии. Без патетики. Без оправданий. Без жалости.
Каждая запись — еще один шаг к трону... или к эшафоту.

Из дневника адмирала Василькова А.И. — командующего русского экспедиционного корпуса:
Запись 469: «Сегодня стёр с карты сектора три обитаемых мира. Население — 6 миллионов человек. Потери флота — приемлемые...»
Запись 2013: «Мятеж в 22-ой «гренадерской» подавлен. Казнено более 3000 офицеров и нижних чинов дивизии. Среди них — мои однокурсники...»
Запись 55298: «Война с Конфедерацией завершена. Наши потери — 60 % личного состава. Победа. Мне присвоили еще одну Золотую звезду. Она пахнет кровью...»
Согласитесь, не очень похоже на мемуары героя. Больше на сухие строчки военных донесений, за которыми — выжженные планеты и погибшие флоты. Это правда о том, как делается история экспансии. Без патетики. Без оправданий. Без жалости.
Каждая запись — еще один шаг к трону... или к эшафоту.

После возвращения со спины Демона я стал достаточно сильным, чтобы влиять в том числе и на судьбу планеты.
Пока что не напрямую, правда, "всего лишь" участвуя в рейде на бесчеловечную лабораторию Черной Кости, но кто знает, к чему это приведет?
Тем более что неприветливый север встретил меня мистической тайной в первую же ночь, а до рейда еще три месяца.
Впрочем, в любом случае, я уверен, что справлюсь. Потому что главный закон этого мира уже давно выжжен на моем теле. Побеждает сильнейший.

Василевс унижен, его флот лежит на дне, дворец разрушен, но Империя не перестала быть Империей. Она залижет раны, выждет — и еще не раз покажет свои острые зубы.

Быть принцем гораздо лучше, чем не быть. Но как это сложно… Маленький странный принц, большая империя. Как выжить? А начнем с удара молнии! А там посмотрим. Если не убьют…

Отправляясь на ведьминский праздник, Злата и не рассчитывала вернуться без подарочка. Пушистый хвост, заклинание частичной невидимости, порча на вечное невезение… да что угодно! Но только не мужчина, вышедший прямиком из мечты.
Он не помнит собственного имени, но клянется, что безумно влюблен в Злату. А ни в чем не повинной ведьме за такие дела грозят большие неприятности!
Загвоздка в том, что Злата тоже не помнит, что именно случилось на празднике. И даже доставшийся в наследство кот, который обычно знает все и даже немножечко больше, в этот раз понятия не имеет, как помочь своей бедовой хозяйке.
Слетала повеселиться, называется!..