Случайная попаданка для дракона. Академия Лоренхейта - Алена Шашкова

Меня поражает величественность и помпезность зала суда — высокие потолки, украшенные резными колоннами, тяжелые бархатные шторы, величественные фигуры судей в парадных одеждах.

Лица людей, заполнивших зал, совершенно незнакомы мне, хотя, вполне возможно, Алессандра была знакома с ними лично. На их лицах брезгливость, презрение, насмешка и радость, что это не они, а я нахожусь на скамье подсудимых. Я ощущаю себя загнанной в ловушку крошечной мышью перед свирепыми хищниками.

Но даже несмотря на страх, я не испытываю ни вины, ни раскаяния. Собрав всю свою волю в кулак, я выпрямляюсь и поднимаю голову, глядя прямо в глаза судьям. Несмотря на скручивающую внутренности тревогу, я стараюсь держаться уверенно.

Чувствуя, как дрожат мои руки, я сжимаю кулаки и прижимаю к юбке, чтобы скрыть это проявление слабости. Пусть мое сердце бьется как бешеное, пусть ладони покрываются испариной, я не дам им увидеть мой страх.

И как это было раньше, не отступлю.

Дверь с противоположной стороны открывается, и в зал входит принц Альберт. Он тут же находит взглядом меня, и, кажется, меня прожигает ненавистью и такой яростью, что они готовы спалить меня.

Какая-то безмозглая девка нарушила его планы! Плевать. Я уверена, что теперь он не доберется до этих детей.

Невысокий мужчина в строгой форме, стоящий у стола судьи, встает и громко объявляет:

— Встать! Суд идет!

Судья, седовласый мужчина в темной мантии, степенно входит в зал и занимает свое место. Обведя взглядом притихший зал, судья громко объявляет:

— Прошу садиться.

Все присутствующие тут же садятся, замерев в предвкушении.

Судья открывает толстую папку с материалами дела. Натянув на нос очки в тяжелой оправе, он бегло просматривает содержимое, делая пометки на полях.

Откашлявшись, судья начинает зачитывать вслух вступительное слово, открывая первое заседание. Каждое слово кажется камнем, который призван утопить меня.

Заканчивая свою речь, он еще какое-то время хмуро всматривается в документ, а потом поднимает на меня взгляд.

— Линию обвинения Его Высочество ведет сам, — судья снова прочищает горло. — В качестве защиты госпожи Орвелл выступает… гера Иргания Дроуфор.

Кто⁈ Иргания? Черт. Если до этого меня ждала блокировка силы, то теперь это точно смертная казнь.

Иргания садится за стол рядом и даже не смотрит на меня.

— Зачем тебе это? — спрашиваю я тихо.

Причем тихо не потому, что не хочу, чтобы нас услышали, а потому что громче просто не могу говорить — голос осип.

— Мне вообще незачем, — отвечает она, раскладывая перед собой бумаги и посматривая на часы. — Если тебя будут о чем-то спрашивать, просто молчи, поняла меня?

— Что, у меня нет даже права защитить себя? — усмехаюсь я.

— Тебе так хочется закопаться? — Иргания, наконец, поворачивается ко мне.

В глазах — усталость и решимость, и ни капли злости, с которой она раньше смотрела на меня. Кажется, будто она просто смирилась.

— Что ж… Тогда начнем, — произносит судья, и предоставляет слово принцу Альберту.

Он начинает свою речь со слов «Алессандра Орвелл предала короля и нашу страну», и только удовлетворившись реакцией зрителей, продолжает о расследовании в академии, о том, как я пыталась скрыть информацию и обмануть комиссию, при этом бросая выразительный взгляд на Ирганию.

Она же только слегка поднимает бровь, никак иначе не реагируя на молчаливый выпад Альберта.

— Кроме того, подсудимая помогла сбежать главному преступнику — ректору академии Лоренхейта вместе со всеми представляющими опасность студентами факультета, — произносит принц, а потом подытоживает. — Представленные доказательства доказывают вину подсудимой. Обвинение требует лишения титула и родового имени и назначения наказания в виде пожизненных каторжных работ в северных шахтах.

Я нервно сглатываю. Интересно, а если я попрошу в качестве последнего желания принести мне артефакт и блокнот, они сделают это? Или решат, что я таким образом попытаюсь сбежать?

— Благодарю, Ваше Высочество, — произносит судья. — Защите есть что сказать в ответ?

Иргания берет в руки документы и неторопливо поднимается с места:

— Да, ваша честь, — произносит она так уверенно, что даже я ей верю. — Начну с того, что в самом начале, когда прибыла в академию в качестве члена проверяющей комиссии, я тоже предполагала, что именно магистр Орвелл…

— Прошу прощения, — перебивает принц Альберт, — Алессандра лишена степени.

— Об этом я тоже упомяну, Ваше Высочество, не переживайте, — недрогнувшим голосом отвечает Иргания, я даже уважением проникаюсь от того, с каким достоинством она встречает все палки в колеса. — Так вот, я тоже считала, что магистр Орвелл является главной причиной всех случаев, а кроме того также полагала, что небезопасно оставлять нестабильных студентов вместе с остальными.

Я сжимаю кулаки, чувствуя, как огненная магия внутри меня набирает обороты, потому что не имеет выхода: на руках наручники. Заставляю себе как можно сильнее расслабиться и дышать глубоко и медленно.

Иргания осматривает зал, бросает взгляд на часы и продолжает:

— Но только по-настоящему детальное расследование позволило мне заподозрить, что все намного сложнее, — она выкладывает перед судьей бумаги. — Профессор Ксавье шантажировал подсудимую и требовал от нее изготавливать зелье определенного состава. А потом, игнорируя ее предупреждение, что его можно использовать только с успокаивающим ингредиентом, выдавал их определенным студентам, которые, спустя некоторое время теряли контроль. Вот тут исследования пузырьков и состав.

— Позвольте, — вмешивается Альберт. — Но нет никаких доказательств, что это не Алессандра давила на Данте Ксавье, чтобы он выдавал зелье студентам. Все прекрасно знают, насколько госпожа Орвелл не любила нестабильных.

— Так зачем она тогда помогла им сбежать, Ваше Высочество? — спрашивает Иргания.

С ходу Альберт не успевает ничего придумать, потому она продолжает.

— В кабинет и лабораторию магистра Орвелл были проникновения человека с нестабильной магией, — выкладывает еще бумаги. — И в кабинете было заложено смертельно-опасное заклинание.

У меня по спине пробегает холодок, а потом я вспоминаю, что после того, как подслушала разговор Ксавье и принца, так туда и не добралась больше. Неужели если бы пошла, уже бы не вернулась?

— Служанка Алессандры пострадала, когда заходила в спальню, — Иргания достает еще одну бумагу. — Кто-то целенаправленно пытался избавиться от магистра Орвелл. Ваша честь, вам не кажется это странным? Особенно после того, как профессор Ксавье