(Не) достойная дракона. Академия Лоренхейта - Алена Шашкова

Я, кажется, слишком сильно задумываюсь, потому что Тайра не выдерживает и тормошит меня за колено:

— Ну ты чего? Все хорошо же! И я очень рада, что ты выздоравливаешь! — говорит она. — Только ты давай быстрее. В этом году бал решили перенести из столицы прямо сюда, в академию, представляешь!

— Бал? — я пытаюсь сообразить, о чем она.

Но я настолько мало осведомлена об академии, что, похоже, мне еще многое предстоит узнать.

— Ежегодный бал, Золотой маскарад! Там вручают дипломы выпускникам, — удивленно отвечает Тайра. — Я, конечно, знала, что тебя интересует только учеба, но не думала, что настолько. Как можно не думать об этом бале? Но обычно туда попадают только избранные, а в этом году — все студенты! Это подарок Холливана.

Что-то много от него подарков… Хотя какая девушка не мечтает попасть на самый настоящий бал?

— Мне даже идти не в чем, — пожимаю плечами я.

Тайра скисает, но потом задумывается.

— Мы решим этот вопрос, — уверенно говорит она. — Ладно! Я побежала, а то завтра контрольная, после нее и забегу. Тебе что-то надо принести?

— М… может быть, что-то про современные, самые новые артефакты, — говорю я.

— И ты снова учиться? — Тайра закатывает глаза. — Хоть здесь бы отдохнула.

— Нет, это скорее для развлечения, — улыбаюсь и подмигиваю подруге.

Пока мне бежать некуда, я все же попробую разгадать загадку того артефакта, который я нашла рядом с подсобкой. Мне уже давно кажется, что я близка, что мне не хватает только самой маленькой детальки, чтобы собрать эту головоломку.

— Развлечение — это хорошо, — раздается от входа голос Филиса. — А заниматься все равно придется.

Тайра протискивается мимо него, кажется, совсем не дыша и пытаясь не оставить тут отвалившуюся от удивления челюсть.

— А если я не хочу?

— Я… заставлю, — с хитрой улыбкой произносит Филис и закрывает за собой дверь.

— Мне кажется, или ты слишком самоуверен? — усмехаюсь я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Филис качает головой и засовывает руку за пазуху.

— Смотрю, ты мне особенно рада, — говорит он, — Но вот этому парню точно будешь рада.

Адреас достает Иридана и сажает на вытянутую ладонь. Мне всегда казалось, что у мне достаточно крупный хамелеон, но на руке Филиса Ири выглядит крошечным. Маленьким немного испуганным синим фамильярчиком.

— Мой Ири! — восклицаю я и дергаюсь, чтобы встать, но Филис мгновенно оказывается рядом, удерживает меня в кровати и передает хамелеона мне в руки.

— Касс сказала, что ему уже гораздо лучше, и нахождение рядом с хозяйкой пойдет ему только на пользу, — замечает Адреас, разворачивает стул и садится на него «верхом».

— А разве не профессор Флофф отвечает за фамильяров?

Ири перебирается мне на плечо и прижимается головой к моей щеке. Как будто нас на сто лет разлучили! Так соскучилась по нему!

— Касс взяла твоего фамильяра под личное кураторство, — пожимает плечами Филис. — Но ей я точно доверяю.

Глажу Ири по голове, а сама понимаю, что внутри меня снова поднимается волна того, что должно казаться противоестественным с учетом всех сложившихся обстоятельств. Ревности. И даже не к Джесс — с ней и так все ясно. К Кассандре, потому что каждый раз, когда Филис о ней говорит, его взгляд меняется.

— У вас… что-то было? — решаюсь спросить напрямую.

— У нас много что было, — откровенно смеется Адреас. — Кроме того, о чем ты подумала. Скажем так, она неплохо знает меня, а я кое-что знаю о ней. Но оба молчим.

Туманно, но не похоже на ложь.

— Но я думаю, мы не будем сейчас о моих бывших, так ведь? — спрашивает Филис.

По нему видно, что он так и не отдохнул. Похоже, увещевания целительницы прошли мимо него.

— Зачем ты тут? — спрашиваю я. — И ведь Курт не знает об этом?

Он качает головой и откидывает пальцами волосы назад.

— Я обещал ей взять зелье, но не обещал его выпить, — говорит Адреас. — А Ругро сказал, что если тебе восстанавливать магию, то только со мной, потому что я точно знаю, как ты умеешь ею обращаться. И затягивать нельзя, чтобы все каналы магические постепенно наполнялись.

— Ты зануда, — фыркаю я.

— Зато заботливый, — парирует он.

И… мне даже не хочется спорить. Хотя я могла бы припомнить его «заботу».

Филис требует, чтобы я поела, а потом начинает мне потихоньку давать простейшие задания. Получается не сразу. Кажется, что я вливаю капельку магии, а шарашит так, что Адреасу приходится брать мои плетения под нейтрализующий купол.

Филис периодически обхватывает мои ладони своими, чтобы они не дрожали. Он поправляет мои движения, аккуратно поддерживает в те моменты, когда меня отталкивает откатом. Ненавязчиво, легко, но при этом так, что я чувствую его поддержку, что в груди что-то оттаивает, хотя во взгляде Адреаса, которым он смотрит на меня, я вижу борьбу и какую-то обреченность.

Требуется около часа занятий и тонна терпения Филиса, чтобы простейшие плетения стали получаться нормально. Но, кажется, его это радует даже больше, чем меня. Из него получился бы отличный преподаватель.

И целитель, по словам Курт. И боевик — он же лучший выпускник. И артефакты он знает и понимает чуть ли не лучше, чем наш магистр. И… Да есть вообще что-то, в чем он плох?

— Я никогда не считал тебя пустышкой, — внезапно произносит Филис. — Хотя я искренне винил тебя в том, что ты сломала мне жизнь.

Он не смотрит на меня, он смотрит куда-то в пустоту, будто снова и снова проживает тот день.

— Знаешь, я считала, что ты сделал то же самое, — усмехаюсь я. — Я потеряла работу и осталась без гроша в кармане, при больной матери. Но, кажется, все повернулось как лучше.

— Вероятно, — отзывается Филис, переводя глубокий взгляд голубых глаз на меня. — По крайней мере, ты помогла мне понять, что для отца я навсегда останусь бесполезным щенком, которого так приятно тыкать мордой в ошибки и недостатки.

Его взгляд сначала скользит по моему лицу, перемещается на Ири, а потом