(Не) достойная дракона. Академия Лоренхейта - Алена Шашкова

Мы сами боимся себе признаться в том, что жизнь, несмотря на всю кутерьму, сосредотачивается в той паре часов, которые мы проводим вместе. Наши занятия, призванные залатать дыры в моем образовании, неуловимо изменились. Они перестали быть просто уроками.

Каждый раз мы балансируем на грани легких прикосновений, игры слов и перекидывания взглядов, рискуя свалиться в пропасть, из которой возврата не будет ни одному из нас. Мы не говорим об этом. Мы делаем вид, что остаемся просто «наставником и подопечной». Но каждый раз, когда он смотрит на меня, я чувствую, как внутри расцветает что-то нежное и пугающе огромное.

Но даже будучи погребенная под проблемами и сложностями, я не могу пропустить, как меняется вся академия: она украшается золотыми лентами и магическими фонариками. В воздухе витает предвкушение праздника.

В коридорах, на занятиях, в столовой — везде, слышен девичий щебет о том, какие цвета в моде, какой фасон на какую фигуру подходит и кто в этом году будет Зимним принцем и Осенней принцессой.

Парни тоже не отстают — я не один раз слышала, как они спорили, кто кого первым пригласит.

Тайра уже все уши прожужжала про свое платье цвета «утренней зари» и про то, что она надеется потанцевать с кем-то из старшекурсников.

Но что неизбежно, но так хочется отложить, так это наступление третьего этапа отбора. Готова ли я к нему? Нет, конечно. Готова ли я к тому, чтобы сказать «нет, спасибо»? Еще меньше!

Поэтому, когда за мной захлопываются двери кабинета, в котором проводят индивидуальное собеседование, мне остается только сжать кулаки и… сделать вид, что я уверена в себе.

На меня сразу обращаются несколько внимательных взглядов. Обеспокоенный — Ферста, хмурый — Ругро, напряженный — Курт и воодушевленный — Холливана. Я даже почти не удивлена составом комиссии. Может, еще Мариенто ждала или Джонса, но, видимо, посчитали, что и так достаточно.

Я подхожу к столу, останавливаясь у кресла, в которое, видимо, должен садиться претендент. Но я не сажусь. Встаю за ним, кладя руки на спинку. На меня внимательно смотрят, но не уговаривают присесть, видимо, по моему выражению лица читается, что я все равно этого не сделаю.

— Итак, студентка Сирен, — голос Холливана довольный и очень заинтересованный. — Ваши результаты на всех этапах оказались достойными. Вы показали потенциал, который я ищу для поездки в Северную Айкидонию. Скажите, почему именно вы должны получить этот грант? Что вы надеетесь найти там, за закрытыми границами?

Я нервно облизываю губы и сжимаю пальцами спинку кресла. Я знаю, что хочет услышать Холливан. По тому, как он улыбается, как блестят его глаза, как чуть наклонена вперед его фигура за столом, заметно, что он доволен: он был прав, когда отправлял меня в академию. Я целиком и полностью оправдала его ожидания.

Но иногда отступить — значит выиграть сражение. И я к этому готова, как бы меня на самом деле ни тянула туда, к северным снежным горам.

Я поднимаю глаза и смотрю прямо на комиссию, на сосредоточенные лица остальных преподавателей, которые после всех событий почему-то кажутся почти родными. Точнее, не так. Кажется, что именно с ними я могу чувствовать себя в безопасности.

— Я не надеюсь в Айкидонии ничего найти, господин Холливан, отвечаю я.

Его бровь удивленно ползет вверх, а расслабленная поза вмиг исчезает. Он становится похож на хищника, от которого убегает жертва.

— Простите?

— Я отказываюсь от участия в гранте, — произношу я, стараясь всем видом показать, что меня не стоит переубеждать.

От волнения перед глазами все расплывается. Тишина обрушивается на меня с силой цунами. Никто из комиссии не ожидал от меня такого решения.

— Вы понимаете, от чего отказываетесь? — в голосе Холливана проскальзывают стальные нотки. — Это шанс, который выпадает раз в жизни. Вы же…

— Я понимаю, — не даю ему договорить я. — Но я уверена, что сейчас мне нужно получить базовые знания и умения тут, в академии. Рядом с мамой и со своими друзьями.

Ферст едва заметно ухмыляется, а Курт откидывается на спинку кресла и переплетает руки на груди.

— Это ваше окончательное решение? — сухо спрашивает Холливан, а в голосе звенит разочарование.

— Да. Окончательное.

— Что же… Желаю вам не разочароваться в вашем решении, — говорит Холливан.

Не очень благожелательно, однако… Но учитывая, как он «продвигал» мою кандидатуру, это не удивительно. Я очень надеюсь, что он понимает простое слово «нет».

Сдержанно киваю и, развернувшись на пятках, выхожу из аудитории, пока ноги меня все еще держат.

Снаружи я сразу же прислоняюсь к холодной стене, глубоко дыша и пытаясь успокоить нервное головокружение. Слышу хлопок дверей, закрывшихся за следующим претендентом.

— Ну как все прошло? — подскакивает ко мне Тайра. — Ты так быстро! Прошла?

Качаю головой. Подруга делает круглые глаза, а потом сочувственно выдает:

— Как же так? Ты же стопроцентно была лучшей! Они неправы!

— Нет, Тайра, успокойся, — говорю я, кладя ей руку на плечо. — Я отказалась.

По-моему, ее это шокирует еще больше.

— Как⁈

— Словами, — чуть насмешливо улыбаюсь я. — У меня здесь лучшие учителя, лучшие подруги и друзья… Ну что мне там делать?

— Ой, вот только не говори, что из-за подруг, не поверю, — фыркает Тайра, чуть кивая в сторону главного коридора.

Там, делая вид, что он просто тут случайно, стоит Филис. Наши взгляды на мгновение пересекаются, и, кажется, я замечаю в его глазах облегчение. Уголок его рта приподнимается в призрачной улыбке. Адреас отталкивается от стены, к которой прислонялся, засовывает руки в карманы и уходит прочь.

— А ты представь, если мне там дадут бестолкового наставника? Вот что я делать буду? — говорю я Тайре, и мы обе искренне начинаем смеяться.

Напряжение спадает, оставляя после себя невероятную легкость во всем теле. Решение принято, озвучено… Можно просто жить дальше и учиться. А трон… Да боги с ним.

В коридоре шумно. Мы стоим с Тайрой тут еще некоторое время, потому что я понимаю, что не в силах идти. Следующий за мной претендент выходит недовольный, я бы даже сказала, злой.

— Нет? — спрашивает его кто-то.

— Нет, — отвечает он. — Вот было бы у меня зелье удачи,