Госпожа Шим это убийца - КАН ДЖИЁН

Когда Сохва и Парень в очках официально стали парой, у меня не было другого выбора, кроме как покинуть общежитие. Они постоянно кормили друг друга гарнирами во время еды и заходили друг к другу в комнаты посреди ночи.

Тем временем жена Бёнпаля родила мальчика. Причина, по которой он мог позволить себе продолжать бездельничать, заключалась в том, что его жена была из обеспеченной семьи. Её старший брат, который однажды пришёл и устроил такой переполох во дворе, сжалился над своей бедной сестрой, которая связалась не с тем человеком, и дал ей деньги на проживание, а также рис и мясо, которые покупал для них каждый месяц. Бёнпаль стал отцом, но он всё ещё не смог взять себя в руки и бродил по улицам со мной, чтобы убить время. Он даже не мог вспомнить имя своего собственного сына и подшучивал над младенцем, называя его Хван Без Имени.

Примерно в то время, когда ребёнок начал делать свои первые шаги, жена Бёнпаля вернулась к своей семье. Она даже забрала залог за квартиру на крыше, оставив Бёнпалю упаковать свои вещи в один пакет и вернуться в общежитие. К тому времени мои раны начали медленно заживать. С возвращением Бёнпаля мы всерьёз решили заняться настоящими исследованиями брака, которые спасут человечество. Однажды он открыл книгу известных изречений со всего мира, заменил ключевые слова на «любовь» и «брак» и придумал всевозможные нелепые слоганы для бизнеса.

«Санхо, мне нужно, чтобы ты пошёл в почтовое отделение и отправил телеграмму», — услышал я, как моя мама говорит у двери моей комнаты. Странно, ни одного ругательства не было произнесено. Её просьба звучала срочно, поэтому я знал, что это серьёзно, и сразу же встал.

«Куда и что там написать?» — спросил я.

Она дала мне бумагу, которая выглядела так, будто её вырвали из телефонной книги. Адрес был в Хэнаме, провинция Южный Чолла, а получатель назывался Пак Чхольгон.

«Сохва умерла», — сказала моя мама. «Вчера вечером за ужином она жаловалась на боль в животе, а по дороге домой с занятий у неё лопнул аппендикс. Её парень отвёз её в больницу, и там сказали, что это перитонит, и перевезли её в университетскую больницу для операции. Но прежде чем её успели прооперировать, она умерла. Грустно, правда?»

Старая рана, которую я считал зажившей, снова открылась, как и её аппендикс, и наполнила меня болью. Похороны проходили в университетской больнице недалеко от нашего общежития. Отец Сохвы был рыбаком. Он не представился как таковой, но его глубоко загорелая кожа и узловатые руки говорили нам всё, и даже слёзы, стекающие по его лицу, пахли морем.

После похорон Парень в очках вдруг подошёл ко мне на крематории.

«Хён», — сказал он. «У меня проблемы».

«Как бы ни было тяжело сейчас, со временем всё станет лучше», — сказал я, стараясь, чтобы мои слова утешения были как можно кратче.

«Не в этом дело», — сказал он. «Отец Сохвы хочет провести "свадьбу с призраком", и я не могу просто отказать ему. Что мне делать?»

Со слезами и соплями, стекающими по его лицу, он действительно просил у меня совета. В тот момент я наконец понял, каким путём мне нужно идти. Живые люди могут вступать в брак без любви, чтобы способствовать развитию человечества, а затем, после смерти, они могут найти свою настоящую половинку и провести загробную жизнь вместе в гармонии.

«Ты собираешься это сделать?» — спросил я у Парня в очках.

«Нет! Как я могу жениться на призраке? Когда я жив и совершенно здоров? Сама мысль об этом ужасна».

Я мог понять его точку зрения. Мёртвый человек и живой человек — это несовместимая пара. Но если бы Парень в очках умер, это была бы совсем другая история. Две мёртвые души могли бы создать справедливый и гармоничный союз.

Месяц спустя, когда Парень в очках направлялся в свой родной город, чтобы сообщить хорошие новости о том, что он получил работу, он спрыгнул с поезда. Конечно, ему нужна была моя и Бёнпаля активная поддержка ради его гармоничного брака. Мы сказали ему, что хотим посмотреть на реку Сомджин, поэтому пошли с ним, и он, казалось, был рад, что мы с ним. В поезде Бёнпаль предложил Парню в очках сигарету и пригласил его в соседний вагон, чтобы покурить. В то время пассажиры могли самостоятельно открывать окна и даже двери в поезде. В любом случае, тело Парня в очках разлетелось на тысячи кусков. Люди, одетые в белое, вышли, чтобы собирать кусочки его плоти пинцетами и класть их в пластиковые пакеты, передавая его родителям самый большой кусок, который они смогли найти, и спрашивая: «Это подмышка вашего сына?» Родители были настолько уверены, что это его подмышка, что оба сразу же потеряли сознание при виде этого. До конца года Парень в очках и Сохва смогли произнести свои вечные клятвы в тихом буддийском храме. Это был поистине грустный, но красивый счастливый конец.

Хотя это были несчастные случаи, смерти двух молодых жильцов привели к постепенному упадку пансиона. Примерно в то же время у мамы ухудшились проблемы с коленями, и студенты начали предпочитать жить в одиночестве, что привело к резкому падению популярности пансионатов. Не желая упускать эту возможность, я умолял маму продать это место и дать мне часть денег от продажи, чтобы начать свой бизнес. Это было лето 1988 года, когда долгожданные Олимпийские игры проходили в Сеуле. Продажа пансиона принесла больше денег, чем я ожидал. С этими деньгами я купил небольшую, но новую квартиру в Вансимни и основал Институт изучения брака Ким Санхо.

Сначала у нас не было клиентов, поэтому я проводил весь день, сидя напротив Бёнпаля и глядя на телефон.

«Эй, у нас проблемы. Я расхваливал это как отличную бизнес-идею Мисук, но теперь она без конца меня допрашивает об этом».

Тем временем Бёнпаль во второй раз женился. Или, чтобы быть более точным, он нашёл другую женщину, с которой мог бы жить. Она была не такой богатой, как Ли Окджа, но она была красивой и на двенадцать лет младше нас.

«Стоит ли нам попробовать рекламу?»

У нас был ограниченный бюджет, но я спросил Бёнпаля, что он думает о размещении небольшой рекламы в газете.

«Чувак, что мы будем рекламировать? "Мы найдём идеальную пару для вашего покойного ребёнка. Бывший партнёр их жизни отказывается слушать? В Институте свадебных исследований Ким Санхо мы решим этот вопрос, даже не позволяя мышам или птицам услышать ни слова". Что-то вроде этого?»

«Что в этом не так?»

«Что в этом не так? Это