Золотой жук: рассказы американских классиков [сборник] - Эдгар Аллен По

Чтобы не встретиться со старым фермером, которого он так возненавидел, что был бы очень рад, если б его повесили вместо мистера Хиггинботама, Доминикус встал до зари, запряг свою кобылу в зеленую тележку и рысцой погнал ее к Паркер Фоллз. Свежий ветерок, блеск росы на дороге, розовый летний восход вернули ему хорошее расположение духа, и, быть может, он даже решился бы повторить вчерашний рассказ, случись ему в этот ранний час какой-нибудь слушатель; но по дороге не попадалось ни одной упряжки волов, ни одного возка, коляски, всадника или пешехода. И только уже на мосту через Солмон-ривер повстречался ему человек с надетым на палку узелком на плече.

— Доброе утро, мистер, — сказал торговец, натягивая вожжи. — Если вы из Кимбалтона или откуда-нибудь поблизости, не расскажете ли вы мне толком, что там стряслось с мистером Хиггинботамом? Правда ли, что старика не то два, не то три дня тому назад убили негр с ирландцем?

Второпях Доминикус не успел разглядеть, что в незнакомце самом заметна примесь негритянской крови. Услышав этот неожиданный вопрос, африканец словно переменился в цвете: желтоватый оттенок его кожи уступил место мертвенной бледности, и, запинаясь и весь дрожа, он ответил так:

— Нет, нет, никакого негра там не было. Его повесил ирландец вчера в восемь часов вечера, а я вышел в семь. Его еще, верно, и не нашли там, в фруктовом саду.

На этом прохожий оборвал свою речь и, несмотря на то, что казался усталым, зашагал дальше с такой быстротой, что кобыле торговца пришлось бы показать всю свою прыть, чтобы за ним угнаться. Доминикус поглядел ему вслед, окончательно сбитый с толку. Если убийство совершилось только во вторник вечером, кто же был тот провидец, который предсказал его еще во вторник утром? Если родные мистера Хиггинботама до сих пор не обнаружили его труп, откуда же этот мулат, находясь за тридцать миль оттуда, мог знать, что он висит на груше в фруктовом саду, особенно если принять во внимание, что сам он вышел из Кимбалтона за час до того, как несчастный был повешен? Эти загадочные обстоятельства и, с другой стороны, испуг и смущение незнакомца заставили Доминикуса подумать, что, пожалуй, следовало задержать его как соучастника преступления, поскольку, видимо, преступление все-таки было совершено.

«Да нет, бог с ним, — решил, пораздумав, торговец. — Не хочу я, чтобы его черная кровь пала на мою голову, и к тому же, если негра и повесят, мистера Хиггинботама это не воскресит. Воскресить мистера Хиггинботама?! Хоть это и очень грешно, но я вовсе не хочу, чтобы старикашка во второй раз ожил и выставил меня лжецом».

С такими мыслями Доминикус Пайк въехал на главную улицу Паркер Фоллз, городка, процветающего, как и надлежит городку, где есть три бумагопрядильных фабрики и лесопилка. Машины еще не работали и двери лавок только еще начинали открываться, когда он въехал во двор таверны и первым долгом приказал засыпать кобыле четыре гарнца овса. Вторым его делом, как нетрудно догадаться, было рассказать конюху о гибели мистера Хиггинботама. Однако он счел благоразумным не называть чересчур определенно день этого прискорбного события, а также не давать точного объяснения, кто совершил убийство — негр ли с ирландцем, или сын Эрина один. Остерегся он также рассказывать всю историю от своего имени или от чьего-нибудь еще и выдал ее просто за слух, ходивший в округе.

Новость распространилась по городу, как огонь среди окольцованных деревьев, и (вызвала повсюду столько разговоров, что скоро уже нельзя было дознаться, кто первый пустил ее. Мистера Хиггинботама в Паркер Фоллз знал стар и мал, потому что он имел долю в лесопилке и держал солидный пакет акций бумагопрядильных фабрик. Жители городка чувствовали, что собственное их благосостояние связано с его судьбой. Волнение было так велико, что паркер — фоллзский «Курьер» вышел за два дня до положенного срока, (причем одна (полоса была пустая, а другую занимало сообщение, набранное в два столбца жирным цицеро[4] со множеством прописных, под заголовком «ЗВЕРСКОЕ УБИЙСТВО МИСТЕРА ХИГГИНБОТАМА». Среди прочих устрашающих подробностей в ртом печатном отчете описывался след веревки на шее покойника и приводилось точное число тысяч долларов, унесенных грабителями; в весьма трогательных выражениях говорилось также о горе его племянницы, которая с той самой минуты, как дядю ее нашли с вывернутыми карманами висящим на груше святого Михаила, лежала в обмороке, приходя в себя лишь для того, чтобы впасть в еще более глубокое беспамятство. Местный поэт сверх того увековечил скорбь молодой леди семнадцатью строфами в жанре баллады. Городской совет спешно собрался на заседание и постановил ввиду особых заслуг мистера Хиггинботама перед городом выпустить афиши с объявлением награды в пять тысяч долларов тому, кто поймает убийц и вернет (похищенное имущество.

Между тем все население Паркер Фоллз, состоявшее из лавочников, содержательниц пансионов, фабричных рабочих и школьников, толпилось на улице, безумолку треща, чем с лихвой возмещалось молчание прядильных машин, которые прекратили обычный свой грохот из уважения к памяти покойного. Если безвременно погибший мистер Хиггинботам Заботился о посмертной славе, его дух должен был наслаждаться этой суматохой.

Наш друг Доминикус, движимый праздным тщеславием, позабыл всю свою предосторожность и, взобравшись на городскую водокачку, во всеуслышание объявил, что он первый принес в город достоверное известие, которое произвело такой необычайный эффект. Он немедленно сделался героем дня и только что громовым голосом бродячего проповедника начал новый вариант своего рассказа, как на главную улицу Паркер Фоллз въехала почтовая карета. Она была в пути всю ночь и в три часа утра должна была менять лошадей в Кимбалтоне.

— Сейчас мы узнаем все подробности! — закричала толпа.

Карета с грохотом подкатила к таверне, и ее тотчас же окружило не меньше тысячи человек, потому что если до этой минуты кто-нибудь в городе и занимался еще своим делом, то тут уж все побросали всякие занятия, торопясь услышать новость. Торговец, бежавший впереди «всех, разглядел в карете двух пассажиров, которые, внезапно очнувшись от приятной дремоты, увидели себя посреди бушующей толпы. Каждый спрашивал о чем-то, все кричали разом, и оба пассажира от растерянности не могли вымолвить ни слова, хотя то были адвокат и молодая девушка.

— Мистер Хиггинботам! Мистер Хиггинботам! Расскажите нам подробнее о мистере Хиггинботаме! —