Город гоблинов - Марко Лис
— Ага, — довольно улыбнулся гоблин, любуясь пляшущими на кончиках когтей язычками пламени. — Вот и говорю, что ты идиот. Прикинь, если бы я вместо попыток бить исцеляющей руной приложил бы тебя вот этим, — он сжал горящие кулаки и выставил перед собой, будто хвастаясь.
— Убери, — попросил я, невольно отшатнувшись на полшага назад. — Или факелом по морде получишь.
Было малость неприятно осознавать, что мой гениальный план спасения мог обернуться феерическим провалом с запахом палёного мяса.
— Да ладно тебе, не расстраивайся, нэк. Я ведь тоже совсем забыл про твою руну.
В том, что Полуухий, находясь в невменяемом состоянии, не вспомнил, что его арсенал внезапно пополнился боевой руной это было такое себе утешение, но спорить я не стал.
— Пользуйся, — я развернулся и продолжил путь, стараясь не наступать на больную ногу слишком резко.
— В смысле? Ты что, даришь мне руну?
— Вот ещё, — хмыкнул я через плечо. — Я не настолько щедрый, чтобы раздавать руны всяким гоблинам направо и налево. К тому же тогда твоя сцилла не раскроет весь её потенциал. Поэтому руну я тебе продам.
— За сколько?
— За много. И не потому что я жадный, а потому что чем дороже — тем лучше.
Вот бы стать настоящим торговцем рунами. Не жизнь, а мечта. Постоянный поток клиентов, и никто из них не смеет торговаться, пытаясь сбить цену на редкий товар.
— И всё-таки, сколько ты хочешь? — не отставал Арах, семеня следом за мной.
— Арах, это же руна, притом весьма хорошая. Я с её помощью саму королеву Роя ранил, между прочим. Так что и цена будет соответствующая.
— Но не золото, да?
— Конечно, нет. Другая руна, осколки или услуга.
— Услуга? — зацепился гоблин за последнее, так как ни рун, ни осколков для обмена у него не имелось.
— Ага, но, разумеется, не какая-нибудь там мелочь.
— Это понятно, — как-то совсем понуро ответил гоблин.
Странный он. Может и не редкую, но точно ценную руну заполучил, а не радуется, вместо этого хмурится.
Мы шли дальше молча ещё некоторое время, огибая осыпавшийся участок стены, где давным-давно обвалилась часть свода, оставив после себя груду острых обломков, через которые пришлось карабкаться с особой осторожностью. С моей больной ногой лишний неверный шаг грозил новым разрывом едва сросшихся тканей.
Именно за этим завалом мы и наткнулись на заколоченную досками нишу. Небольшое углубление в скальной породе, всего шагов пять вглубь и примерно столько же вширь, явно служившее когда-то кладовой для шахтёрских припасов. Доски, скреплявшие вход, давно сгнили от сырости и поддались первому же несильному удару.
Внутри, среди слежавшейся пыли и обрывков истлевшей мешковины, нашлось сразу несколько масляных фонарей, аккуратно составленных в ряд вдоль дальней стены, будто кто-то заботливо оставил их про запас на случай нужды, да так и не вернулся забрать. Увы, целым из них оказался лишь один. Остальные пошли трещинами по стеклянным колбам и масло из них давным-давно вытекло и высохло, оставив после себя лишь тёмные разводы на камне.
— Хоть что-то, — я осторожно поднял уцелевший фонарь, проверяя, достаточно ли в нём масла.
В тот же момент из глубины ниши донёсся шуршащий звук, и мы оба синхронно отшатнулись. Прямо из-за груды мусора показалась громадная сороконожка, длиной, наверное, в добрый локоть, с блестящим, будто отполированным панцирем и множеством суетливых, быстро перебирающих лапок. Тварь замерла на мгновение, вскинув усики-антенны в нашу сторону, а затем, видимо, испугавшись куда сильнее нас самих, стремительно юркнула в узкую щель между камнями и была такова.
— Фу, гадость, — Арах передёрнул плечами, всё ещё держа наготове горящие кулаки, хотя опасность уже миновала. — Терпеть не могу многоножек, нэк. У нас в деревне такие же водились, только поменьше, но кусались знатно.
Мы забрали уцелевший фонарь и покинули тесную нишу, продолжив путь по всё той же бесконечной, петляющей штольне.
— Стоп! — снова нарушил тишину Арах через какое-то время, когда мы уже успели пройти добрую сотню шагов от каморки.
— Что опять?
— Получается, ты уверен, что даже если учитель погиб, мы всё равно продолжим путешествовать вместе?
— А почему нет? Ну или выплати долг за руну — и разбежимся, — я пожал плечами, хотя сам этот вопрос застал меня немного врасплох.
Я настолько далеко вперёд пока не загадывал, если честно. Нам бы сперва выбраться из-под земли живыми. Всё-таки старик предупреждал, что путь этот далеко не безопасный, и последние сутки более чем наглядно это подтвердили. А там, если повезёт остаться в живых, уже и буду думать, куда двигаться дальше и с кем.
Но поправлять гоблина я не стал. Трудно было представить себе попутчика хуже ноющего Араха, застрявшего наедине с собственными мрачными мыслями. Так что пусть уж лучше и дальше витает в облаках, размышляя о будущем, лишь бы не начал снова причитать и жаловаться на голод, жажду или насекомых.
— Я согласен, нэк.
— С чем? Или на что?
— Заплатить за огненную руну достойную цену. Клянусь перед своей сциллой, что не останусь в долгу.
Я невольно замер на полшаге, покосившись на него с некоторым удивлением. Сам бы я никогда не стал давать подобных обещаний перед собственной сциллой. Слишком уж серьёзная это вещь, чтобы разбрасываться ею почём зря. Мало ли как жизнь сложится. Нарушишь слово и будут крайне неприятные последствия.
С другой стороны, Арах высказался довольно размыто, без какой-либо конкретики насчёт сроков или точной формы платы. Так что вроде и подстраховался, оставив себе пространство для маневра, но тогда возникал резонный вопрос, а стоила ли овчинка выделки, если клятва вышла настолько обтекаемой, что почти ничего толком не гарантировала?
Впрочем, это была его собственная жизнь, и только ему одному выбирать, каким путём развивать свою силу. Может и правильно, что не спешит рисковать. То что повезло провернуть подобный фокус во время сражения с Теневым Монархом не гарантирует, что удача не отвернётся теперь.
— Ну, раз поклялся, значит поклялся, — я хмыкнул и зашагал дальше, стараясь не думать о том, что впереди нас ждёт ещё, возможно, не один день пути в кромешной темноте.
Тоннель тем временем начал понемногу забирать вниз, отдаляясь от