Быть человеком - Вадим Алексеевич Михейкин

«„Прибой“… „ПРИБОЙ“!»

Шквал воспоминаний обрушился на него, выдергивая из памяти кусочки, складывая в один пазл.

Еле слышно сталкер прохрипел:

– Прибой… Митяй! Ты… Прыгун – Митяй!

Мутант ослабил хватку и отпустил следопыта, не сводя с него хищного взгляда. На шее у существа что-то болталось. Жетон. И не простой, а черный, с какими-то странными символами. Метка?

Сорока поднялся на локтях, отпрянул от существа. Прыгун замер в метре от него, пристально наблюдая.

Сталкер потрясенно повторил:

– Митяй! Ты… так это ты! Все это время был ты!

Мутант едва качнул головой. Рваный шланг противогаза у него болтался, как хобот. Только сейчас сталкер разглядел его тело, сплошь покрытое ссадинами и рваными ранами. Мутант, казалось, не замечал их вовсе.

Сорока мирно выставил перед собой руки:

– Спокойно… спокойно. Я… я вот. Это твое? Твое?

Медленно, без резкий движений сталкер достал детектор и показал мутанту.

Прыгун рыкнул, заметно напрягся. Обнюхал. Этого было достаточно, чтобы стало ясно: мутант узнал вещь. Он понимал.

– Я нашел… Ты хотел собрать. Помнишь? Лазарь собрал…

Внезапно тварь яростно взревела. После того, как сталкер назвал имя диггера-брокера.

В сознании сталкера всплыла переписка Лазаря и Хандры.

«…Сдать клиента…» – вспомнил он строку.

– Точно… Лазарь, Сморода, Хандра… они предали тебя! – осенило бродягу. Он, все еще не веря своим глазам, смотрел на мутанта. – Они… ты же их убил… поэтому, да?

Спрашивал сталкер так, словно надеялся, что мутант ему ответит. Но в ответ тварь лишь бессильно мотала головой, издавая в затычку противогаза хриплые непонятные звуки. Остатки слов, которые уже не могли сложиться в речь.

– Что с тобой? Как так… что случилось? – Медленно, без резкий движений, сталкер начал подниматься. – Как ты стал?..

В сознании промелькнуло множество разных версий. Аномалия? Чьи-то опыты? Или, может… артефакт? «Сияние»?

Существо, когда-то бывшее человеком, будто прочитало ход его мыслей. Прыгун приблизился, указал мощной лапой на сталкера, затем рыкнул и ткнул ей куда-то в ночную топь.

Пыталось что-то показать? Что?!

Жетон блеснул, отражая блики костра. Прыгун отпрянул от сталкера и поманил его куда-то за собой. Рычание.

– Что? Ты хочешь мне что-то показать?

В ответ невнятное мычание. Но осознанное. Прыгун, как мог, пытался наладить контакт. Он звал.

– Туда? Сейчас? – осторожно спросил сталкер.

Тварь спрыгнула с судна в густую тьму.

Сталкер камнем застыл в одной позе, решая, как быть. Довериться ли мутанту? Или отбросить идею и созвать людей?

Решение пришло само. Сорока сперва осмотрел Масюка. Наемник был цел и без серьезных травм. Уложив его на спальник у костра, Сорока взял автомат и спустился вниз по дощатому мостику. Перехватил оружие поудобнее, осмотрелся. Прыгун ждал его на том же месте.

Одобрительно рыкнув, существо на четвереньках, почти кошачьей походкой направилось в ночные топи.

«Это безумие. Это чистое, беспросветное безумие!» – вспыхнула острая мысль. Сам не зная почему, Сорока решил довериться интуиции. Перехватил автомат поудобнее, поспешил за существом.

Мутант повел по бездорожью, петляя между ржавыми остовами и черными лужами. Он двигался быстро и в то же время бесшумно, лишь изредка оборачивался – проверял, не отстал ли сталкер. Сорока шел, вжимая голову в плечи, ствол он крепко держал в руках. Изредка на пути встречались туши собак. Растерзанные.

«Он заранее расчистил путь», – догадался следопыт.

Так они шли около двадцати минут в полной тишине.

Ночь была слепой, давящей, и лишь порывы ветра время от времени шелестели в сухом бурьяне, словно чье-то дыхание. Вскоре впереди за частоколом мертвых деревьев стала угадываться колея – дорога. Та самая «Линия жизни», которую использовал в своих нуждах военизированный клан «Штаб». И тут – темные, угловатые силуэты. Два грузовика и приземистый «уазик». Но что самое примечательное – они были заведены, а свет их фар бил куда-то в пустоту.

Прыгун уверенно двигался к ним.

Сорока осторожно последовал за существом, замедлился. И в какой-то момент он увидел хозяев грузовиков. В свете фар он заметил вокруг бесформенные силуэты. Это были трупы. От этой картины сталкер на миг замер, прижав к себе оружие. Прыгун издал короткий горловой звук – не рык, а скорее довольное урчание. Когтистой лапой он показал на грузовики.

Сталкер приблизился к ним и застыл как вкопанный.

Он стоял напротив армейского ГАЗ-66, именуемого в народе «шишигой», а вокруг лежали растерзанные тела бойцов военизированного клана. И судя по всему, убили их недавно.

– Какого… что здесь… это ты сделал? – охнул сталкер.

Прыгун вместо ответа запрыгнул на крышу машины и с утробным рычанием постучал по ней лапой. На лобовом стекле были видны следы крови и потертая табличка с надписью: «ГРУЗ 200». А на его борту белой краской была сделана отметка – латинская буква «Х».

«Грузовик смерти».

Сталкер попятился. Осмотрелся и покачал головой.

– Так… нет… стоп. Я не…

Первая же мысль: прочь. Сбежать, пока не поздно. Так сталкер бы и поступил, если бы не услышал приглушенный писк.

Следопыт замер, прислушался. Звук повторился. Глухой и настойчивый. Сталкер покрутил стволом автомата из стороны в сторону. По груде ящиков, по темным провалам между машин.

И тут что-то запищало.

Следопыт полез в нагрудной карман, вытащил на свет уже знакомый корпус «Ангары». Но на этот раз зеленая лампочка под стеклом, что ранее не горела, коротко и ярко вспыхивала, а откуда-то из корпуса шел тот самый писк.

Сталкер сделал шаг в сторону «шишиги». Звук усилился, превратился в прерывистую трель. Еще и еще – чем ближе, тем сильнее становился звук, вырастая в постоянный вой.

Следопыт подошел к кузову. Дернул брезентовый тент. Внутри, уходя вглубь, лежали деревянные ящики. Длинные, как гробы. От них пахло сырым деревом и гнилью. На крышке черная отметка – «Х».

Сталкер сперва отпрянул от них, сжав кулак свободной руки.

«Грузовик смерти». Труповозка.

Один из ящиков ближе к краю был приоткрыт. Детектор буквально исходил вибрацией и противным воем. И Сорока заглянул внутрь.

Вместо тела на жесткой подстилке лежали они. Сгустки светящейся материи. Они пульсировали, переливались ярким светом. Воздух над ящиком дрожал, как над раскаленным асфальтом. «Ангара» же в руке трещала, как счетчик Гейгера в Чернобыле.

«Невозможно!..» – пронзила жгучая мысль.

Ее оборвал чей-то хриплый кашель сзади.

Сталкер тут же вскинул автомат на источник звука, встав в боевую позицию. В темноте среди бетонных укреплений что-то шевельнулось. Сорока направил туда ствол и позвал:

– Кто здесь? – Его голос прозвучал как скрежет по жести.

– Эй, мужик! Ты убил его? – раздалось в ответ.

– Кто… покажись? – повторил следопыт, держа оружие.

– Что с Митяем? Он мертв или нет?

Свет фонаря выхватил из мрака