Как приручить Снежинку - Татьяна Лаас

Шериф как-то по-своему интерпретировал её эмоции — он встал и направился к двери, запуская в палату двух укомплектованных в броню парней-полуорков. Еще и вооруженных.

— Это одни из лучших полицейских в Синеярске, Арина Семеновна. Они защитят вас. Младший унтер-офицер Вологодский и старший унтер-офицер Демешко.

Она лишь растерянно улыбнулась. Орки слабы к ментальным воздействиям. Будет нужно, она их на раз уделает. Как и тот, кто, возможно, идет по её следу. Парней стало жаль. Они огребут неприятности в любом случае.

Парни дружно засияли улыбками в ответ, демонстрируя выраженные нижние клыки, и дружно гаркнули:

— Не извольте сомневаться, сделаем все в лучшем виде!

Шериф поморщился и напомнил:

— Это больница. Тут пациенты лежат и требуют покоя. Ведите себя тише!

— Есть тише… — не смутились парни, осторожно выбираясь в коридор.

Нервничая, шериф пояснил:

— Может, они не самые сообразительные, но исполнительные точно. Еще раз: выздоравливайте, Арина Семеновна, и ни о чем не беспокойтесь. Это земская больница, тут все бесплатно. Врачи достойные, лекарства и прочее в достатке. Ваши вещи в рюкзаке в тумбочке. Куртку и джинсы с обувью, к сожалению, забрали криминалисты — вернут только после суда. Вещи приобщены в качестве улики. Эрки Орьевич, наш криминалист, из гномов. Он очень упертый. Я постараюсь как-то вам компенсировать потерю одежды.

Арина прикрыла глаза. Еще и это… Ладно, день-два, пока она пересматривает планы, она тут еще перекантуется. Но кто вмешался? Кто проболтался, ломая все?

Мужчины ушли, оставляя Арину в смятении.

В голове было пусто хотя бы потому, что всем, выжившим в Уральском инциденте, она доверяла, как самой себе. Предать никто не мог. Ладно, кое-кто мог, только по причине своего происхождения, но он настолько безмозгл сейчас, что ни на что не способен. Надо думать. Надо… пересмотреть планы. Всему своё время, как говорил Соломон. Её время плакать давно закончилось, а время смеяться вот-вот настанет. Просто надо связаться со Славкой, но сперва оценить свои потери. Потом она решит по обстоятельствам: бежать или остаться.

Пока не вернулась дежурная медсестра из ПИТа, надо проверить вещи.

Куртку было не жаль, как и джинсы. Все равно Арина собиралась покупать зимнюю одежду, чтобы не околеть в дороге. Вот обувь — это потеря. Где она еще найдет удобные военные ботинки, уже разношенные и неубиваемые даже разломными тварями? Ладно, глупо страдать по тому, что уже не исправить. Не зашла бы в Синеярск — не попала бы под удар. Если догадка с дроу и ядом верна, то её все равно бы догнали и остановили, только уже в безлюдном месте, где никто бы не пришел ей на помощь. Тогда весь Славкин план рухнул бы. Арина поморщилась. Та-а-ак… Помощь! Вчера помощь пришла так вовремя и так непредсказуемо, что подстава буквально кожей чувствовалась. Да, это могло быть изначальной прошивкой человечности в синеярцах — бескорыстно спасать раненых девушек-нищебродок, но… В том мире, где она жила, подставы — повседневность. Если учесть помощь, то… Что получается? Кому-то важно, чтобы она задержалась в Синеярске? Проклятье, что ж так все сложно!

— Ладно. Начнем с простого.

Арина в своем длинном одиноком пути привыкла говорить вслух, чтобы не сойти с ума. Она полезла в тумбочку — надо проверить, что ей оставили господа криминалисты? Подозревать гнома в краже сложно, это не про это племя вообще, но он же не один осматривал её вещи. Надо проверить, что прилипло к полицейским лапам, кроме её паспорта. Например, её одеяло. А еще же шарф и шапка были. Релонлей их не упомянул в качестве улик. Не счел необходимым, наверное.

Странно, но на Аринино одеяло никто не позарился. Хуже того. Оно было отключено и аккуратно свернуто. Кто-то еще заботливо уложил одеяло в непромокаемый пакет и приторочил к рюкзаку, как и положено. Вот это Релонлей всех выдрессировал в полиции! Если окажется, что и деньги не тронули, то она поверит, что в синеярцах всё же изначально прошита невероятная человечность.

Арина принялась проверять карманы рюкзака. Фонарь на месте. Отпугиватель диких животных тоже. Даже засунутая зачем-то Славкой ракетница в своем кармане. Соль, спички, зажигалка, нож, ложка с вилкой, компас, пачка лекарств. Ничего не забрали.

Арина открыла рюкзак и принялась дальше проверять вещи.

Сумку с умывальным переворошили, но ничего не своровали. Сложили не так аккуратно, как одеяло, но старались точно.

Пакет с нуждающимся в стирке: залезли, испугались и побросали все обратно. Арина их понимала — сама боялась этого пакета. Надо, пока в больнице, поговорить с местной сестрой-хозяйкой. Вдруг она разрешит постирать вещи? Не за бесплатно, конечно.

Две оставшиеся коробки еды-быстроразогревайки. Не тронули. Упаковку не повредили, а ведь могли — вдруг там не еда в контейнерах, а яды. Или?.. Арина завертела в руках коробки. Уверенности, что это те самые, которые покупала она, не было. Лучше выкинет и купит новые.

Пачка порошкового картофеля — на месте. Начатая пачка с рисом тоже. Их надо отправить на выкид след за быстроразогревайками.

Пакет с посудой осмотрен, ничего не пропало.

Одежда. Она лежала в самом низу рюкзака. Упаковка с бельем — посмотрели, сложили и вернули без потерь. Явно не впечатлились. В дороге главное не кружевная красота, а удобство. Проклятье, теперь синеярская полиция знает, что у Арины под одеждой. Хотя больничная сорочка, в которую ее переодели, сама по себе мало что скрывала. Релонлей мог рассмотреть все, что хотел, тем более у него зрение дополнено инфракрасным спектром.

Арина стала проверять дальше. Утепленные джинсы, ставшие единственными. Последняя пара чистых носков. Теплая толстовка. Она была в вакуумном пакете, чтобы не занимать много места — вскрыли, положили отдельно пакет, отдельно толстовку.

И… Арина осторожно прошлась пальцами по тайнику, спрятанному в шов. Нашли. Выпотрошили. Оставили хоть что-то? Она достала деньги. Они были скручены не так, как это делала Арина. Но все десять бумажных целковых на месте. Надо же! Синеярцы уникальны! Релонлей не даром ест свой хлеб, однако.

Арина сложила вещи и деньги обратно. Надо с кем-то переговорить из персонала — вдруг помогут купить зимнюю одежду и обувь? Если без куртки она как-то еще добежит до одежной лавки, то в одних носках точно нет.

Надо сделать вылазку: познакомиться с медперсоналом, переговорить с сестрой-хозяйкой, быть может с кем-то из выписывающихся пациентов — это тоже вариант. Но сперва, чтобы не было стыдно подходить к людям, надо помыться. Она накинула старый ситцевый халат, предоставленный больницей, взяла сумку с умывальными принадлежностями