Как приручить Снежинку - Татьяна Лаас

Обычно орки не любопытны, но не когда на кону туманник. Кузнецов вернулся первым на поляну, удивленно присвистывая:

— Ого, не знал, что в лесу так много мышей. А лис-то и не видать…

Грим, что-то пытаясь понять, морщился, напоминая зеленый урюк.

Игнат, чуть пошатываясь от накатившей слабости, позволил ветру быстро заметать землю. Он знал, что тонкие, узкие, похожие на мышиные норы следы оставили отнюдь не грызуны. Одно но. Раньше эти твари никогда не выбирались на поверхность. Что ж, всегда бывает первый раз. Только Игнат промолчит о своих выводах — облавы на соплеменников не хотелось. Он вернется в город, решит проблемы Снежиной, хорошо вооружится и уйдет на одиночную охоту.

Грим уточнил, что-то все же решив для себя:

— Я, так понимаю, не туманник, да?

До Кузнецова тоже уже дошло — он стащил респ. Тот болтался у него на могучей шее.

— Может, новая мутация ракоэфирников?

Грим облизнулся:

— Обожремся от пуза раковыми шейками…

Игнат не стал разрушать их гастрономические мечты. Он направился к камере — ему нужно еще слизняка сдать на анализы.

Светало. Метель утихала, и на тракте уже начали работу дорожники, расчищая снежные перемёты. Игнат, проклиная всех моллюсков этого мира, несся обратно в Синеярск. В салоне нестерпимо смердело разлагающейся слизью. Закупоренный в прозрачном баке слизняк не вонял — «благоухал» чем-то тухлым Игнат, перемазанный в его слизи. Эта эфирная брюхоногая сволочь, когда её снимали с камеры, попыталась экстренно размножиться — прямо на Игната.

Кузнецов тихо давился смешками, а Грим прямолинейно заметил:

— Дык, говорил же — заморозить и долбануть. А так… Удачно вывести мальков, Игнат Нилдинович.

Кузнецов хрюкнул от смеха:

— Личинок, Грим, личинок!

Всё бы им смеяться. Другие услужить бы попытались, сами стаскивая слизня. Эти же… Игнат признал всё же — сам виноват. Зазевался, устав после огромного залпа призрачного пламени, за что и поплатился. Хорошо, что в управлении есть душ, а в кабинете всегда хранится запасная одежда.

Ему только и оставалось нестись в город и мечтать о мытье. Изгвазданную и не подлежащую чистке куртку он бросил на заднее сиденье к пятилитровому баку со слизнем.

Понимая, что опаздывает, Игнат позвонил Вигго, напоминая, что Снежина на нем — он должен её доставить в управление к десяти на встречу с дроу. Наличие всех дроу проконтролировать под роспись.

— И вас тоже, Игнат Нилдинович? — не скрывая ехидства уточнил Александров.

Только его еще не хватало! Игнат рявкнул:

— Ты мне еще поболтай! В патрульный пункт «Черный шаман» пулей вылетишь.

Там из-за удаленности патрульные группы менялись раз в месяц.

Вигго в сообразительности было не отказать. Он понял, что шефа уже кто-то изрядно достал. Александров уже до отвращения мягко, словно Игнат прокаженный, сказал:

— Понял, вашу подпись не брать. И не волнуйтесь — тут все тихо. Правда, Шенк сообщил, что на террасе центра откуда-то паутина появилась. Он никого не заметил из-за метели.

— Хор-р-рошо, — не сдержал рыка Игнат. — Скоро буду!

— Осторожней на дороге, — все же пожелал Вигго напоследок.

Все одно к одному. Тварь у Разлома. Восьмилезвийный нож. «Паучьи лапки» на жертвах. Паутина возле Снежиной. И её плен у дроу. Может, местные и ни при чем. Это она притащила за собой тварь.

В управление Игнат ворвался после десяти часов утра. В рабочем зале было тихо. В холле тоже. Посетителей не было. Только бессменная Эмилия Соломоновна скучала за стойкой, перебирая бумаги. Впрочем, заметив Игната, она подобралась и принялась рассматривать его поверх очков. Голова её полыхала фиолетовым любопытством.

Игнат заставил себя остановиться возле стойки и поздороваться — в его неприятностях канцеляристка не виновата:

— Добрый день, Эмилия Соломоновна. Как у нас дела?

— Как обычно до маньяка. Тишина и спокойствие, только подозрение на туманника, но вы уже в курсе. А у вас как дела? Вас кто-то в болото макнул?

Игнат, игнорируя Эмилию Соломоновну, водрузил на стойку бак со слизнем и попросил:

— Оформите, пожалуйста, и передайте криптозоологам. Пусть поищут что-то вроде ампул Лоренцини.

Эмилия Соломоновна стукнула аккуратным ноготком с алым лаком по стеклу бака.

— Как-то он на вас, Игнат Нилдинович, влюбленно смотрит. Не жалко на опыты?

Игнат скрипнул зубами, понимая, что часть кладки все же где-то сохранилась — скорее всего на волосах. И Кузнецов с Гримом промолчали!

— Роман Федорович в управлении? — стоически спросил Игнат. Он чувствовал, как Эмилию Соломоновну подташнивает от запашка, и теперь мстил за «влюбленный взгляд» слизняка.

— Нет.

Если она надеялась так быстро избавиться от него, то напрасно. Игнат уточнил:

— Уже нет или еще нет?

Эмилия Соломоновна обиделась за своего любимчика:

— Уже нет, Игнат Нилдинович! Как вы могли такое подумать на Романа Федоровича. Он побывал у токсикологов, забрал анализ яда…

— Он уже готов? — Игнат забылся и подался на стойку. С пряди волос капнула слизь с остатков кладки. Эмилия Соломоновна побелела, но храбро платочком протерла деревянную поверхность.

Игнат ждал ответа, и канцеляристка, бросая платок в мусорку, пояснила:

— По первой жертве. Что-то экзотически растительное.

— Простите?

Она качнула головой:

— Я не химик. Там формула на полстраницы. Роман Федорович сказал, что это что-то растительное и ужасно редкое. Он поехал к Сидорову….

— Кому? — Игнат после ночи без сна плохо соображал.

— К Прокопу. Тот специализируется на ядах. В том числе и торговле из-под полы.

— Почему он не стал ждать меня? Прокоп — тот еще тип.

Эмилия Соломоновна кашлянула и все же выдала:

— Просто кое-кто последнее время ведет себя странно. И это не Баев. Вас, кстати, Ядвига Феллимовна искала.

Игнат наклонил голову. Что ж, стоило ожидать, что Баев натравит на него «Этику». Только этого не хватало!

— Ясно. Что-то еще?

— Кроме необходимого вам душа?

— Кроме этого, — подтвердил Игнат.

Эмилия Соломоновна вздохнула и повторилась:

— И кроме Ядвиги Феллимовны? Вам её мало? Пришла госпожа Снежина — готовится к занятиям с вашими сородичами под присмотром Александрова. Вы точно уверены, что Ядвига Феллимовна ничего не заметит и не поймет?

Игнат вместо ответа поблагодарил её и направился-таки по коридору к душевой, хотя тут же вернулся, косясь на слизняка — тот уже свернулся клубком и смотреть влюбленно просто не мог.

— Чуть не забыл… Вы просили найти