Threshing Day - Ребекка Яррос
«Ты всегда будешь ставить других выше собственных интересов?» — спрашивает он, когда снег усиливается.
Я не всегда ставлю других на первое место. Я тоже многого хочу для себя. Я смотрю на север, затем на юг, выбирая лучший путь вокруг скал, потому что, во имя Малека, точно не собираюсь карабкаться по ним.
«Хотеть чего-то — или кого-то — для себя не то же самое. Важны поступки, а ты привык действовать в интересах других».
Или, возможно, интересы других совпадают с моими. Я морщусь, когда снег хлещет мне в лицо. Неужели здесь вообще не бывает ничего мягкого? Я немного меняю маршрут и выбираю южный путь вокруг валунов. Здесь снега больше, но идти на север кажется неправильным. Зато я хотя бы смогу видеть следы других кадетов на снегу.
«Я знаю всё о твоих интересах, Гарик Тавис». Его раскатистый акцент особенно заметен на «р» в моём имени. «Я знаю, какая сила понадобится тебе, чтобы добиться их».
«Тогда ты знаешь, что я сделаю всё необходимое». Я прикрываю глаза ладонью и бреду вперёд, пока видимость становится отвратительной.
«Именно поэтому я ищу твою родословную».
От этих слов я вскидываю брови, но продолжаю двигаться вперёд, огибая самый большой валун.
«Именно поэтому я ищу тебя».
Земля справа от меня приходит в движение, и я отпрыгиваю в сторону, а сердце едва не выскакивает из груди: валун разворачивается, стряхивая снег с тёмно-коричневых чешуек и являя мне огромного дракона со Скорпионхвостом.
Я ошарашенно смотрю на него снизу вверх. Я всегда гордился своей наблюдательностью, а теперь уже во второй раз за сегодня оказался совершенно ослеплён собственной невнимательностью.
Он расправляет крылья, стряхивая снег с их кончиков и обнажая многочисленные шрамы на полупрозрачной перепонке, а затем снова складывает их. «Я тоже нахожу твою невнимательность весьма озадачивающей».
«Я постараюсь лучше», — обещаю я, изучая узор его рогов и узнавая его по карточкам, которые Каори заставил нас выучить наизусть.
«Знаю. Ещё одна причина, по которой я наконец решил снова иметь дело с вашим родом». Он смотрит на меня немигающими золотыми глазами.
«Ты Крад», — медленно произношу я на случай, если ошибаюсь, потому что это «снова» и его голос определённо сбили меня с толку.
«Теперь, когда мы представились…» Он выпрямляется во весь рост. «Отправимся? Снег меня не беспокоит, но я не желаю потерять тебя из-за обморожения после того, как наконец выбрал тебя».
Снова это «наконец». «Согласно Каори, ты никогда раньше не связывался с всадником. Тебе всего двадцать семь». Это не имеет смысла.
«А что вообще такое год?» — он склоняет голову. «Ну что, погода для тебя слишком суровая?» — насмешливо бросает он.
«Тебя может удивить, но для меня нет ничего слишком сложного». Я разминаю пальцы, возвращая им чувствительность, затем бросаюсь к его передней лапе. На полпути снег заставляет правый сапог соскользнуть с его чешуи, но левый удерживается. Я с усилием забираюсь наверх, мысленно благодаря все уроки скалолазания, которыми Льюэллен когда-то меня мучил, и перебираюсь через его плечо.
«Совсем наоборот. Я на это рассчитываю».
Я стряхиваю снег с чешуи у его холки, устраиваюсь пониже в седле, и мы взмываем в небо.
Через полчаса мы приземляемся на лётном поле, и моё сердце ликует.
Возможно, я прибыл последним, но все десять из нас связались с драконами. Все десять — всадники.
Пошла ты, Наварра.
632 AU
Кэт — красный Мечехвост
(самец) потомок линии Беррадхдир
Предполагаемый возраст: 89 лет
Зарегистрированные всадники: 2
— «Свод драконов», последнее обновление: полковник Валин Каори
Даин
«Больше мне нечего вам сказать, кроме: „Удачи“». Каори долго смотрит на нас, и меня охватывает неприятное чувство, будто он пытается запомнить наши лица, чтобы потом при необходимости спроецировать их. Затем он кивает самому себе и уходит вправо, скрываясь среди деревьев, ведущих вверх по склону из чашеобразной долины, которая станет могилой для некоторых из нас.
Быть последним профессором, который видит нас всех живыми, — профессором, ответственным за подготовку к столь смертоносному дню, — должно быть тяжёлым бременем.
Отряды вокруг меня распадаются: кто-то сразу направляется в лес, а кто-то задерживается, чтобы попрощаться с друзьями.
«Пойдём вместе?» — спрашивает Сианна, собирая светлые кудри в хвост и поворачиваясь ко мне. Из всех в нашем отряде с ней я лажу лучше всего.
«Мы должны входить поодиночке». Я подавляю желание поддаться страху, сжимающему мне горло. Было бы приятно, даже утешительно, иметь там друга, но драконы хотят проверить, способен ли всадник держаться самостоятельно.
«Я слышала, некоторые отряды Четвёртого крыла собираются действовать группой». Она смотрит вправо, где Четвёртое крыло, похоже, формирует небольшие группы.
«Только те, кто любит ходить по краю правил». Аура косится на меня. «Наверняка ты рад, что тебя не определили в отряд Ксейдена Риорсона. Говорят, этот парень тебя терпеть не может».
«Только потому, что отец Даина — помощник генерала Сорренгейл», — говорит Сианна, будто это каким-то образом всё объясняет. «И… ну, ты знаешь. Он помог ей выследить Фена Риорсона, чтобы казнить его».
«Уверена, он был бы рад бросить тебе вызов». Аура склоняет голову набок и изучает меня.
«Ну да. Его отец убил старшего брата моей лучшей подруги во время того бессмысленного восстания, так что поверь — чувства взаимны». С того самого момента, как я пересёк парапет, я проверяю каждый тёмный угол на присутствие Ксейдена Риорсона. Во-первых, этот заносчивый ублюдок владеет — из всех возможных способностей — тенями, а во-вторых, его желание моей смерти вовсе не секрет, хотя он пока не пытался меня убить. Слава богам, в следующем году Вайолет отправляется в Квадрант писцов, потому что Риорсон наверняка нарушил бы каждое правило Кодекса, лишь бы убить её.
Мне остаётся лишь надеяться, что Риорсон не воспользуется Молотьбой как предлогом убить меня.
«Кадет Аэтос!» — голос отца гремит у нас за спиной, и я сжимаю челюсти, чтобы не поморщиться.
Я люблю своего отца. Он — воплощение того, каким должен быть всадник: верным, стойким и дисциплинированным. Через несколько лет я хочу стать таким же, как он, и сделать его