За царством теней – рассвет - Мари Ви

– Но я не смогу явиться на Суд, – снова вспомнила Шани, устало вздохнув.

– У каждого своя дорога, – он вдруг остановился. – Но запомни: главное – не цель, а то, как ты пройдешь свой путь.

Шани замерла напротив Нефа. Глядя на него сверху вниз, она все равно ощущала себя гораздо ниже него.

– Но ведь богиня дала мне задание, – напомнила она, смотря большими кошачьими глазами в бесцветные слепые глаза Нефа.

Мальчик улыбнулся.

– Не забывай смотреть по сторонам, – шепнул он.

Где-то совсем близко разлаялись собаки. Шани вздрогнула, взглянув в ту сторону, а когда обернулась к Нефу, он уже исчез, оставив в ее руке только прохладу своей маленькой ладошки. Шани еще недолго поплакала. Кошки сбежались на ее плач, окружили, стали ластиться, тереться о ее ноги, поддерживать.

И она поняла. Что такое любовь богини. Вот она. Безусловная любовь тех, кто выбирает, кого им любить. Присев, Шани погладила каждую кошку, пришедшую к ней. Их было так много, что в какой-то момент она рассмеялась.

Не забывай смотреть по сторонам.

То ли послышалось, то ли это отпечаталось в ее голове, но Шани прислушалась к этим словам и огляделась. Пустынная дорога, ничего особенного. Но Неф привел ее не куда-нибудь, а в дом жизни, библиотеку Меннефера.

Шани улыбнулась, а потом взглянула на свою руку – символы, что она вырезала на своем предплечье в том видении, все еще были здесь. Она выпрямилась и отправилась внутрь.

Она сбежала так стремительно, что Бес даже не успел определить направление. Только зажал рану от ее когтей на шее и некоторое время сдавливал горло, дожидаясь, когда рана затянется. Шуиты исцелялись быстрее обычных людей – это был один из даров Анубиса. Поднявшись, Бес еще оглядывался по сторонам некоторое время, надеясь заметить черную шерстку. Но – увы.

Сефу подошел к Бесу. Выглядел он уставшим даже для того, кем он являлся. Шуиты спали лишь изредка, только когда их ранили очень серьезно. В остальном им не требовались те же блага, что нужны были людям. Еще один из даров Анубиса в дополнение к обретенной силе.

Дар и проклятие одновременно. Ведь каждый из клинков знал, что путь к полям Иалу для них очень далек, если не невозможен. Пока никто из них не уходил на Суд Мертвых, чтобы предстать перед Осирисом. А значит, некому было поделиться опытом. Да и разве же станет кто-то таким делиться? И сможет ли, если путь после не предполагает возвращения в мир живых?

Бес вздохнул и отнял руку от раны на шее. Та затянулась, но резких движений совершать все же не стоило. Поэтому он медлил.

– Где Миут? – Бес сам не понял, как спросил.

Снова огляделся. Он помнил, что она сбежала, но понимал, что полез не в свое дело. Хотел извиниться.

Сефу рядом ухмыльнулся.

– Смирись, Бес: ты – верный пес, она – свободолюбивая кошка. Просто не будет.

Бес усмехнулся. Он вернулся к бассейну взглядом и с удивлением обнаружил, что тот иссох. На его месте теперь зияла дыра. Но там же образовался проход, по которому он и другие шуиты могли спокойно пройти.

Его отвлек звук, раздавшийся со стороны улицы. Остальные клинки сильно пострадали в схватке, с трудом поднимались на ноги, восстанавливали силы. Но и они обернулись на громкий звук, похожий на грохот падения чего-то большого. Бес поспешил туда вместе с другими воинами.

Они вышли за пределы места, где все происходило, и Бес заметил разрушения, которые нанес. Некоторые соседние дома были снесены, некоторые покосились, ближайшие пальмы были либо вырваны с корнем, либо клонились к земле.

Бес увидел меджаев. Они пытались помочь нескольким людям выбраться из-под завалов. Клинки направились к ним. По счастью, люди не особо пострадали, их завалило сухими листьями и корзинами. Ничего серьезного. Двое из них заковыляли куда подальше. Бес видел их взгляды, обращенные в его сторону. Страх и желание поскорее скрыться.

Но чего Бес не ожидал, так это смелости капитана меджаев. Тот вдруг пошел на него, толкнул в плечо, меджаю даже удалось сдвинуть Беса.

– Ты что творишь? – обвинил с ходу Атсу.

– Если ты случайно забыл: я разбирался с проблемой, – напомнил Бес сурово, начиная злиться.

– А что насчет невинных людей? – Атсу был в ярости.

– Тебе приказали их увести, – напомнил Бес.

– Людей с улиц, но ты не говорил, что собираешься разрушать все вокруг!

– Всякое случается, – Бес отвел взгляд, делая вид, что меджай перестал быть ему интересен. – Разве можно предсказать, что из себя представляет наш враг, пока не встретишься с ним лицом к лицу?

– Это недопустимо! – меджай все не мог успокоиться.

Но он не знал нрава Беса.

– Успокойся, меджай, – попытался вклиниться между ними Сефу, с силой отодвигая воина в сторону. – Не всегда это можно предсказать, Бес прав…

Но меджай его не слушал, он продолжал воинственно смотреть на Беса.

– Значит, для тебя жизни людей ничего не стоят?

– А я, по-твоему, кого спасаю? – теперь разозлился и Бес. – Если бы не мы, весь Меннефер уже лежал бы в развалинах, искупавшись не в реках Нила, а в собственной крови! Сопутствующий ущерб неизбежен!

– Не верю, что боги дали тебе силу, чтобы ты вел себя так! – меджай все не унимался.

– Все, хватит! – Сефу толкнул Атсу в грудь, чтобы встряхнуть его и привести в чувства. – Мы можем бесконечно обсуждать то, что случилось, или продолжить решать проблему. А она еще не решена. И угроза Меннеферу все еще существует.

В этот раз меджай замолчал, с трудом, желая высказать больше. Но Бес безмолвствовал и больше не провоцировал его, хотя мог бы. Его раздражала наглость этого глупого меджая. Если бы не Бес с Миут, кто бы вообще взялся что-то делать с этой мерзостью, с которой они сражались? Кому вообще давали силы, чтобы справиться с подобным? Ему. Он заслужил. Не от хорошей жизни, не за его достоинства, он делал дело, потому что это было необходимо.

Бес не ждал благодарности, но он уже давно потерял связь с миром живых. В прямом смысле. Однажды, сразу после того как он вступил в ряды клинков, он пожелал чего-то земного. Отправился на праздник, решил познакомиться с девушкой, хорошо провести время…

Она его не понимала. Она его испугалась. Сбежала,