За царством теней – рассвет - Мари Ви

И он помогал людям, даже несмотря на то, что шуитов они чаще всего не переносили. Сторонились, избегали, шептали защитные заклинания, держась за священные амулеты. Как будто шуиты были проклятием. Нет, все как раз наоборот! Бес злился, но все это держал в себе. Он просто делал дело. И если так случалось, что окружающему миру наносился ущерб, Бес не считал это таким уж ужасным. Даже если могли погибнуть люди.

Все погибают. Зато потом каждый получает право явиться на Суд Мертвых. Разве это не то, чего они все ждут? К чему стремятся? Он оказывает им услугу, если задуматься. Но люди никогда не бывают благодарными.

– Ладно, – Атсу нехотя смирился. – Рассказывайте и показывайте, что дальше.

– Ты все еще собираешься продолжать идти с нами? – с насмешкой спросил Бес.

Глаза меджая полыхали гневом. Сефу вертел головой, глядя то на Беса, то на меджая, опасаясь худшего, собираясь разнимать этих двоих, если придется.

– Я собираюсь проследить за тем, чтобы ты не нанес слишком большого вреда моему городу, – заявил меджай.

– Как самонадеянно, – фыркнул Бес. – Разве все здесь не принадлежит фараону?

– Я охраняю эти земли, я здесь родился, я здесь живу и буду жить. А ты – чужой.

– Я бы не задержался здесь, будь моя воля, но у меня ее нет. Только приказ или призыв. Напомню: я явился сюда не по своему желанию, а чтобы разобраться с тем, что угрожает твоему городу. С тем, с чем ты сам справиться не можешь. Поэтому заткни рот и помалкивай, пока я не отправил тебя на Суд Мертвых раньше времени.

– Бес, – одернул Сефу, но Бес уже развернулся и отправился обратно к бассейну. Меджай смолчал, Бес не оборачивался и не знал, сам ли он додумался или Сефу его остановил.

Сефу был хорошим другом. Как и остальные шуиты. Его единственные друзья. Если такой, как он, вообще может назвать кого-то другом. Они понимали его бремя, потому что несли то же самое на себе.

Никто из живущих не понимает его.

Но Миут живой не была. Бес продолжал возвращаться к ней мыслями снова и снова. Как ни странно, стоило только вспомнить о ней, и он подобрел. Конечно, он завоюет ее расположение вновь. Похоже на вызов, а это Бес всегда любил. Он разыщет ее и найдет причину, чтобы она осталась рядом. Она казалась ему живее многих в этом мире.

Но сначала дело.

Шуиты спустились на дно высохшего бассейна и пошли по тайному проходу до того места, где существо, с которым им пришлось сразиться, все это время пряталось. Меджаи спустились с ними, и Бес, хоть и хотел бы, чтобы они уже куда-нибудь ушли, возражать не стал. Пусть ему не нравилось недовольство Атсу, он понимал его цель. Меннефер – место, которое он называл домом. Конечно, он хотел его защитить.

В этот раз сопротивления не оказалось, они дошли до тупика достаточно быстро. Темнело, здесь совсем ничего было не разглядеть. Разожгли факелы, осмотрелись: на вид – грубо выдолбленный проход. Кроме места, которым все заканчивалось. Ложная дверь, нарисованная на более или менее ровных камнях. Место таинственного перехода между миром живых и миром мертвых.

Сефу подошел поближе, изучил надписи, провел факелом над каждым символом.

– Давайте подытожим, – предложил он, закончив осмотр. – У нас есть одна проклятая душа, сбежавшая с Суда Мертвых. Ей здесь задержаться очень трудно, а значит, нужно тело. Помимо странной смерти, произошедшей со жрецом, у нас есть его Ах, который похитили и разместили здесь, у ложной двери. Той самой, что соединяет мир живых и мир мертвых.

– Это точно? – осведомился Атсу, снова вступая в разговор. – Я имею в виду: через эту дверь способны пройти боги и души умерших?

Его это как будто бы напугало, он даже подался чуть назад. Бес ухмыльнулся, но смолчал. Сефу продолжал.

– Возможно, не боги, – заметил он, снова возвращаясь к надписям на стене. – Но этого вполне достаточно, если ты помещаешь здесь чей-то Ах и собираешься скопить в нем силы.

– Он находился здесь, чтобы копить силы как мира живых, так и мира мертвых, – продолжил мысль Бес. – Вот почему он здесь засел.

– Верно, – закивал Сефу. – Вопрос только зачем?

– Подождите, – вмешался меджай, осмелившись подойти ближе к ложной двери. Теперь и он обвел ее факелом, разглядывая внимательно. – Но если у нас есть проклятая душа, вернувшаяся в мир живых, как она может вернуться в тело, похитив чужой Ах?

– У нас? – пренебрежительно зацепился Бес.

Сефу бросил в его сторону умоляющий взгляд, и Бес не стал продолжать бодаться.

– Что-то не сходится, – заметил Сефу. – Нам бы больше узнать о том, что именно случилось на Суде. Пришла пора ехать в некрополь, в храм Анубиса.

– Ехать? – меджай чуть ли не загородил собой выход, настолько он был возмущен заявлением шуита. – Вы собираетесь бросить Меннефер так?!

– Конечно, нет, – спокойно ответил Сефу.

– Странно, что, несмотря на твое недовольство нашей работой, спокойствие Меннефера ты доверяешь именно нам, – хмыкнул Бес.

– Я прослежу за тем, чтобы пострадало как можно меньше людей, – мрачно повторил Атсу.

Пламя рисовало на его лице зловещие тени. Не настолько зловещие, как на лице Беса. Пару мгновений меджай смотрел на шуита уверенно, но потом пламя станцевало в сторону страха, и Атсу отступил, сжимая копье в руке до побелевших костяшек.

Бес развернулся и обратился к ложной двери. Он и Сефу подключили потустороннее зрение. Следы были здесь повсюду, но уже слабые. Они исчезали, а это означало, что, если что-то и осталось в Меннефере от создания, которого породил их враг, это уже не столь существенно. Однако стоило во всем убедиться.

Они выбрались из бассейна, забрались на уцелевшие крыши домов. Меджаи были очень недовольны этим, но отправились по улицам города, приглядывая за шуитами. Пришли еще меджаи, стали помогать простым гражданам разбирать завалы. Бес проигнорировал это, направившись по следу. Сефу и другие клинки не отставали.

На удивление, след расходился в разные стороны. Совсем уж слабый, но все-таки нужно было проверить. Они разделились: часть шуитов пошли по следу, что вел на восток, Бес и Сефу отправились на юг.

Как и предполагалось, след заканчивался ничем, прямо посреди дороги, которой днем пользовались простые жители. Бес и Сефу тщательно изучили все, просмотрели потусторонним зрением, нырнули под землю, рассчитывая обнаружить потайные ходы. Но все тщетно. След терялся и