Threshing Day - Ребекка Яррос
— Что-то приближается. — Последние шесть футов я просто спрыгиваю и приземляюсь на покрытую листьями землю рядом с Коуэном, сгибая колени, чтобы смягчить удар, а затем отряхиваю ладони о брюки.
— Красный? — спрашивает он, и в его тёмно-карих глазах вспыхивает надежда.
— Цвет чешуи я не разглядела. — Я точно не скажу, что думаю, будто это Тэйн: мало что я ненавижу сильнее, чем ошибаться.
— Уф. — Он запрокидывает голову и стонет, а пятнистый солнечный свет ловит капли пота на тёплой коричневой коже его щёк.
— Можешь сам забраться, если думаешь, что справишься лучше, — предлагаю я, показывая на ствол и одновременно прочёсывая взглядом линию деревьев в надежде мельком увидеть то, что заставило мои инстинкты насторожиться.
— Я не виноват, что я невысокий. — Он подпрыгивает, тянется к ближайшей ветке, но не достаёт, лишь кончиками пальцев задевая нижнюю часть ветви, прежде чем приземлиться. — Поверь, если бы я мог внезапно вырасти ещё на пару дюймов и догнать тебя, я бы так и сделал. — Он быстро усмехается. — Тогда, может, я был бы лучшим в нашем выпуске. Или хотя бы составил бы тебе конкуренцию.
— Я не…
Рядом ломаются ветки, и мы оба резко поворачиваем головы налево.
Только бы это был Тэйн.
Из-за деревьев появляется рубиново-красная морда, прижатая к земле в боевой стойке. Скорпионовый хвост проходит примерно в сорока футах от нас, не обращая на нас ни малейшего внимания. Я опускаю взгляд на лесную подстилку на случай, если красный посмотрит в нашу сторону, и все мышцы моего тела каменеют.
Страх барабанит в сердце всё быстрее и пробегает по позвоночнику. Одно дело — видеть огромных драконов с переливающейся чешуёй, устрашающими шипами и смертоносными когтями, даже с такого близкого расстояния, как после Парапета и Представления. Совсем другое — когда один из них крадётся мимо, и ты знаешь, что сегодня он либо свяжется с тобой, либо убьёт тебя. Учитывая, что единственная связь, которую я почувствовала, была с Тэйном, этот красный наверняка испепелит меня, если я допущу малейшую оплошность.
А вот Коуэн…
— Вон твой красный, — шепчу я, бросив на него взгляд.
— Ага, он. — Он кивает, и его плечи быстро вздымаются и опускаются, пока он прямо смотрит на красного скорпионового хвоста. — Боги, вот оно.
— Осторожнее…
— Я справлюсь, — обещает он короткой улыбкой. — Даже ты не можешь защитить меня от судьбы. — Лук подпрыгивает за спиной, когда он бросается в лес вслед за драконом. — Удачи, Сорренгейл!
— Увидимся на лётном поле.
Шуршат листья, и я поворачиваюсь на запад, глядя на раскачивающиеся вдали ветви. То же покалывание в руке возвращается с удвоенной силой, когда движение в кронах приближается.
Двигайся.
Сердце колотится, но я снова доверяюсь интуиции: иду вперёд, в широкое пространство между деревьями, и выхожу под прямые солнечные лучи. Этот шаг оставляет мою спину открытой, и я не могу не подумать, не хочет ли этот дракон проверить, готова ли я стать уязвимой ради его благосклонности.
Я так и делаю, тут же задаваясь вопросом, не обеспечит ли это решение мне место в завтрашнем списке погибших.
Кроны прямо передо мной расходятся, и желудок подступает к горлу, когда в двадцати футах появляется огромный зелёный дракон, сложив крылья, чтобы протиснуться сквозь лес.
Это он. Тэйн.
Дракон опускает массивную голову и водит ею из стороны в сторону, как охотничье-зелёная змея. Змея с ногами. И когтями. И зубами. Из клыков капает слюна, когда он оскаливается и медленно идёт вперёд.
Мне требуется вся сила самообладания, чтобы не отступить.
Чёрт. Чёрт. Чёрт. Это действительно происходит? Или я сейчас умру, потому что мои инстинкты не так безупречны, как мне кажется, и это вовсе не мой дракон? Как же я хотела бы иметь знак генерала Мелгрена — способность видеть исход любой битвы, — но здесь придётся довериться инстинкту.
Его низкое урчание заставляет мой меч дребезжать в ножнах, и я напоминаю себе о необходимости дышать. Умереть от гипоксии было бы до нелепого стыдно, учитывая все остальные вполне достойные способы погибнуть, которые сегодня доступны здесь.
Погодите. Мне ведь нельзя смотреть ему в глаза, правда?
Нет. Это для красных. Нет… для зелёных тоже. Я опускаю взгляд на его когти. Чёрт. Там что-то про покорность и ожидание одобрения.
Да чтоб тебя. Вайолет знала бы ответ. Никакой стресс не способен вытеснить из головы этой девчонки миллиарды фактов. У неё есть до смешного милая привычка вслух выдавать информацию, чтобы успокоиться в ситуациях, когда ей самой стоило бы отступить ради безопасности.
Отступить. Я резко вдыхаю. Вот оно.
Никогда не отступай перед зелёным. Именно это вдалбливал нам Каори.
Я должна стоять на своём, чего бы мне это ни стоило. В классе, когда мы рассуждали о более рассудительном характере зелёных, это казалось бесконечно проще. Ничего в острых зубах существа передо мной не кажется разумным, потому что это всё ещё чёртов дракон. Может, он считает вполне разумным перекусить мной ради калорий вместо того, чтобы просто поджарить меня и уйти. А что вообще значит «разумный»?
Я сжимаю руки в кулаки, чтобы не дёрнуться, когда зелёный выдыхает воздух с запахом серы, окутывая меня паром. По крайней мере, это не огонь. Должно быть, хороший знак. Бреннан так же боялся, когда нашёл Мабха? У мамы дрожали колени, когда появился Эймсир?
Очень сомневаюсь.
Тэйн разевает пасть шире, чем мой рост, и моё дыхание сбивается. Затем он издаёт пронзительный рёв, от которого мои волосы отбрасывает назад, а кости содрогаются.
Не двигайся. Только попробуй, мать твою, сдвинуться. Ногти впиваются в ладони, но я не двигаю ногами, даже когда сердце пытается вырваться из груди, словно надеется сбежать.
Он резко выбрасывает голову вперёд, и зубы захлопываются в нескольких футах от меня — словно мне нужно напоминание, что он может откусить мне голову просто ради забавы. Но я не отступаю.
Он отводит голову ровно настолько, чтобы наклонить её вниз. Золотые глаза сужаются, откровенно