Преддверие II - Елена Федина
– Я понимаю. Я и хочу научиться собой владеть. А как тут совладаешь, когда нас три! Я полтора года жила в теле Жанет, Мария-Виктория жила в моём теле, теперь мы все перемешались. Я даже не знаю, кого я люблю!
– Поверь мне, – отец Робин подошёл и погладил меня по голове, – такое бывает со всякой женщиной. В каждой из вас живёт и Бог, и дьявол, и никогда в одном мужчине не будет всего, чего бы вам хотелось. Это причуды любви. Обыкновенной человеческой любви. А колдун Висконти здесь ни при чём.
– Висконти?! – У меня даже руки задрожали, когда я услышала это имя. – Вы знаете колдуна Висконти?
– О, как ты его ненавидишь! – усмехнулся святой Робин.
– Я раздавлю его, как клопа, – сказала я решительно. – Пусть он только попадётся мне!
– За что?
– Вы же знаете!
– Вот видишь. Ты ненавидишь, ещё не разобравшись. Не будь он так силён, он бы уже скончался от твоей ненависти.
– В чём тут разбираться? Он зло. Воплощённое зло! И я избавлю от него белый свет, и мне ещё спасибо скажут!
– Не волнуйся так, – сказал отец Робин, – а то погода совсем испортится.
Он налил мне воды в кружку и заботливо поднёс к губам. И мир перевернулся. Мне показалось, что меня затянет сейчас в чёрную воронку, что голова моя лопнет от прихлынувшей к ней крови, что сердце моё остановится и разлетится на клочки! Я узнала его руки. Ничего, кроме его рук, я и не видела. Тогда он тоже поил меня, только не водой, а дурманным зельем!
Зубы мои застучали о край кружки. Он как будто не заметил, что меня трясёт, спокойно отошёл и сел в резное кресло, всё такой же благородный и величественный.
«Уничтожу негодяя! – подумала я, кусая губы. – Так вот где ты скрывался все шесть лет, Висконти! Что ты мне тут болтаешь о добре и зле, подлый притворщик!»
– Перестань, – сказал он устало, – у меня от тебя уже голова болит. У тебя очень сильные эмоции.
Я хотела что-то ответить сгоряча, но в это время без стука ворвался Лесли:
– Жано, что случилось?!
– Познакомься, – я усмехнулась и кивнула на отца Робина, – это Висконти.
Лесли что-то свистнул по-птичьи и подошёл ко мне.
– Из тебя получится неплохой маг, Лесли, – сказал Висконти. – Как скоро ты её почувствовал! У тебя есть к этому способности. Мой брат уже кое-чему научил тебя, не так ли?
– Он читает мысли, – пояснила я, – так что не удивляйся.
– Я уже удивился.
Вслед за Лесли вошли сестра Мартина и сестра Глория. Мартина на что-то жаловалась, а Глория держала её под руку.
– Иди сюда, – сказал Висконти ласково и посадил Мартину на скамеечку у своих ног.
Он погладил ей лоб, посмотрел в глаза, посоветовал что-то на прощание, и она ушла, совершенно спокойная и просветлённая.
Висконти взглянул на меня, воплощённое зло и воплощённое добро в одном человеке. Разум отказывался это понять.
– Ты хорошо защитился, колдун, – сказала я. – Если я уничтожу тебя, на кого останутся все твои убогие и несчастные? Ты им нужен, хоть ты и миф. Нет святого Робина! Есть просто злодей, которому захотелось поиграть в добро. И он создал приют, и он прикинулся святым, и ему это так понравилось, что он и сам уже забыл, кто он.
– Ты искупаешь свои мелкие грехи, Юлиана, – усмехнулся он, – а я искупаю свои большие. Это моё право.
– Тогда зачем же два года назад, зимой, ты ездил в Безмолвный монастырь?!
Я послала ему столько злости со своим вопросом, что его даже передёрнуло от боли.
– Затем, – сказал он, сцепив руки, – что это был единственный способ тебя спасти. Уймись, я устал от тебя.
– Меня спасти? – не поняла я.
– А ты никогда не думала, что было бы с тобой, если бы не это?
– Я думала, что хуже быть не может.
– Ты жива. Ты сильна. Ты прекрасна. Ты любима. Чего тебе не хватает? Трона? Но даже я не мог предвидеть, что ты откажешься от него добровольно! А кажется, всё рассчитал.
– Разве можно рассчитать чужую судьбу? – проговорила я, запутавшись окончательно.
– Как видишь, нельзя. Но что-то предвидеть можно. И изменить что-то можно. Лесли, я вижу, тебе это интересно? Если хочешь, я всему тебя научу. У тебя получится.
– Дело не во мне, – сказал Лесли взволнованно, – я вижу, ты всё можешь, Висконти… Сделай её королевой. Она должна быть королевой! Наколдуй что-нибудь, чёрт возьми!
Ответ нас поразил.
– В этом нет необходимости. Она будет королевой через пять минут, и это не моя заслуга.
– Что это значит? – спросила я почти с возмущением, мне совсем не нравились такие шутки.
– Ждите, – усмехнулся Висконти.
Через пять минут в дверь влетел Зарих, за ним – Алигьери и чернобородый барон Оорл. Я даже ахнуть не успела.
– Где она?!
Меня закружило по комнате и обдало запахом лисьих шкур и конского пота.
– Юлиана! Я думал, мы вас догоним, мы даже видели ваши следы на тропинке!
– Откуда ты взялся, боже мой?!
– Ваша старуха сказала, что вы ушли с вещами. Алигьери догадался, что ты пошла к святому Робину… Юлиана… живая! Больше никуда от меня! Слышишь? Никуда!
Ещё какое-то время мы ошалело друг друга рассматривали: я – его постаревшее, со складками меж бровей лицо, он – мои седые волосы и впалые щёки. Время нас не украсило.
– Мой бедный король, – сказала я, – как же ты будешь воевать без надёжных союзников?
Зарих как-то легкомысленно, по-мальчишечьи махнул рукой и поморщился:
– Да как-нибудь… Не думай об этом.
Я огляделась. Мне показалось, что прошла вечность с тех пор, как он ворвался сюда. Может, так оно и было?
Братья-колдуны стояли лицом к лицу и переговаривались. Барон Оорл с достоинством сидел на скамье. Лесли отрешённо стоял у окна. Мы подошли к нему, обнявшись, но я скорее провалилась бы сквозь землю, чем посмотрела ему в глаза.
– Давно бы так, ваше величество, – сказал он. – Такая женщина не должна ютиться по чердакам.
– Поедешь с нами? – напрямую спросил Зарих.
Лесли покачал головой:
– Вот от этого меня избавьте.
Потом мы все сидели за широким столом в доме для гостей, что-то ели, о чём-то говорили… Ничего не помню. Как во сне была. Висконти сидел напротив, я знала, что он читает мои мысли, мои сумбурные, перепутанные мысли, и даже радовалась этому. Может, хоть он разберётся!
– Хочешь узнать своё будущее, Юлиана? – спросил он ласково, как всегда всех спрашивал.
– Хочу, святой отец!
– Ты будешь замечательной королевой, доброй и