Лелея Хуа Чжи. Том 1 - Кун Лю

Хуа Чжи направилась прямиком к нему. Разве посмел бы Чэнь Цзинь преградить путь старшей барышне? Он попятился назад, пока не споткнулся о порог и не рухнул навзничь. Хуа Чжи, даже не взглянув на него, прошла дальше.

Поместье представляло собой дом за двумя воротами[63]. Во внутреннем дворе жили приезжавшие туда члены семьи Хуа. Семья Чэнь Цзиня жила в переднем дворе. У Да и остальные мужчины работали в главной усадьбе охранниками, а потому имели кое-какой опыт в подобных делах. Прикинув обстановку, они направились к восточной комнате и с ноги выбили запертую дверь. Там никого не оказалось.

У Да навострил уши – в соседней комнате раздавался какой-то шум. По пути он прихватил в коридоре метлу и, подав знак товарищам, со всей силы вышиб дверь. Несколько человек быстро ворвались внутрь.

Картина в той комнате была, мягко говоря, неприятной: невысокий мужчина, раздевшийся до одних исподних штанов, выставил напоказ свой круглый, белый, толстый живот – зрелище отвратительное до тошноты.

В углу комнаты, с растрепанными волосами и в разорванной одежде, стояла девушка, приставив к горлу острый фарфоровый осколок. Она дрожала, но одна рука с оружием, придерживаемая другой, по-прежнему не опускалась.

– Вы кто такие, не знаете, что здесь… – не успел договорить Чэнь Чун, как был сбит с ног одним ударом.

У Да стащил с кровати одеяло и набросил на потерявшего сознание Чэнь Чуна, дабы не осквернять сей картиной юную госпожу.

Вошедший следом Лю Цзян, не обращая внимания ни на что вокруг, мигом подбежал к сестренке, накинул на нее свою кофту, выхватил из окоченевших рук фарфоровый осколок и отбросил тот в сторону. Он стиснул зубы, не зная, как подобрать правильные слова, чтобы утешить девушку. Младшая сестра настолько ослабла, что даже не была в силах покончить с собой. Опоздай они хоть на чуточку, Чэнь Чун обнаружил бы это и…

При одной мысли о последствиях Лю Цзяну хотелось разорвать на части отца вместе с сыном.

– Братец? – хрипло позвала его девушка и, проморгавшись, пристально поглядела на Лю Цзяна, словно желая удостовериться. Она снова и снова звала его: – Братец… Братец…

– Я здесь, не бойся, я пришел. – Высокий мужчина с покрасневшими глазами самым мягким, хотя все еще несколько грубоватым тоном успокаивал напуганную сестренку.

– Братец… – Девушка разрыдалась, выплескивая через слезы весь свой страх и обиду. Даже у У Да с остальными парнями, не говоря уже о мягкосердечных служанках, сжималось сердце при виде такого. Сегодня ей очень повезло, что сюда приехала старшая барышня, иначе…

Эх, семейка Чэнь Цзиня – настоящие твари, а ведь семья Хуа относилась к ним очень даже неплохо.

Хуа Чжи с бесстрастным выражением лица слушала этот плач, затем спустилась с крыльца и пошла дальше. Все поспешили последовать за ней.

Сердце у Чэнь Цзиня хоть и колотилось бешено, но особого страха мужчина перед Хуа Чжи все же не испытывал.

– Не знал, что старшая барышня сегодня пожалует…

– Многого же ты не знаешь, и это не в счет. У Да.

– Слушаюсь, старшая барышня.

– Запри всю семью Чэнь Цзиня в дровяном сарае. Разведай, чем они тут промышляли на протяжении всех этих лет.

– Старшая барышня, я человек почтенной госпожи, вы не можете…

– Если почтенная госпожа прознает, чем вы тут занимались, прикрываясь именем семьи Хуа, она первой же с вас головы поснимает. – Хуа Чжи улыбнулась, но улыбка не коснулась уголков ее глаз. – Смех да и только! Хозяева семьи Хуа и то не позволяют себе злоупотреблять положением, а ты тут вот как распоясался. Чего медлите?

У Да немедленно подскочил и скрутил Чэнь Цзиня. Остальные отправились следом, и в итоге всю семью Чэнь заперли в сарае.

* * *

Прогремел гром, хлынул ливень. Хуа Чжи стояла в открытой галерее, рассеянно глядя, как крупные капли дождя разбиваются о землю, превращаясь в мириады брызг.

В это время Лю Цзян, обнаженный по пояс, приобняв сестру, вышел из комнаты. Увидев Хуа Чжи, он мигом просиял, быстро подошел к ней и вместе с сестрой рухнул на колени:

– Благодарю старшую барышню за оказанную милость при спасении сестры!

У Да хотел было остановить его, но не успел и быстро скинул свою внешнюю кофту, набросив на мужчину.

Тут только тот и вспомнил, что был неодет и тем самым оскорблял взор старшей барышни. Он поспешно, не поднимаясь с колен, натянул кофту и принялся снова и снова просить прощения за свою дерзость.

– Встаньте. – Глядя на по-прежнему дрожащую девушку, Хуа Чжи смягчилась. – Я тебя помню. Ты же Лю Цзюань. В прошлый раз, когда я сюда приезжала, ты несколько дней показывала мне окрестности.

Лю Цзюань снова встала на колени и низко поклонилась:

– Я, Лю Цзюань, за милость старшей барышни, спасшей мне жизнь, готова отплатить, усердно служа ей, работая словно вол, паша как лошадь.

– Мне даже неловко принимать от тебя столь низкий поклон. Чэнь Чун – слуга семьи Хуа. Значит, это мы плохо воспитали своих людей, раз подобное случилось. Это мне следует извиниться перед тобой.

Лю Цзюань растерялась:

– Старшая барышня…

Фудун подошла и подняла девушку. Ее голос, и без того мягкий, сейчас звучал еще нежнее.

– Наша барышня не любит, когда ей кланяются. Не стой на коленях. Я в прошлый раз тоже с госпожой приезжала, помнишь меня?

– Помню, ты угощала меня очень вкусными пирожными.

Фудун больше всего на свете любила, когда хвалили ее стряпню. Слова Лю Цзюань словно заставили ее прозреть[64], и она вся прямо засияла:

– Я как раз собиралась готовить для госпожи пирожные. Поможешь мне?

Лю Цзюань, конечно, хотела согласиться. Она оглянулась на брата, украдкой посмотрела на старшую барышню, не зная, стоит ли так поступать.

Фудун сразу поняла, чем та сейчас была озабочена, и потянула девушку в сторону кухни, приговаривая на ходу:

– В прошлый раз ты ела пирожные из маша? Кстати, сегодня жарко, барышня плохо себя чувствует[65]. Давай снова их приготовим…

Голоса девушек постепенно стихли. Лю Цзян, глядя, как сестренку одним лишь разговором вывели из прежнего состояния, с покрасневшими от слез глазами снова опустился на колени перед Хуа Чжи:

– С этого дня я, ничтожный слуга, буду в полном вашем распоряжении, старшая барышня. Что ни прикажете – все исполню.

– А ты мне и правда можешь пригодиться. – Хуа Чжи знаком велела ему встать. – Передай всем: с моим приездом